Не помню, как оказалась посреди ночи перед дверью комнаты Чейза, но я больше не могла быть одна. Находиться в комнате и терзать себя страхом. Не давая себе шанса на передумать, я постучалась и стала ждать. Через минуту взъерошенный и сонный Чейз открыл дверь.

– Что случилось?

Действительно, что случилось? Большой и сильной девочке приснился страшный сон, и она прибежала за защитой? В мыслях это звучало дико, но если бы я сказала это вслух, то и вовсе могла бы показаться неадекватной.

– Не могу уснуть.

Я больше ничего не объясняла, Чейз все и так понял, он отступил в сторону и пропустил меня в комнату. Лег на кровать и откинул одеяло, я опустилась спиной к нему и тут же попала в теплые объятия. Сначала я чувствовала напряжение, но тепло, исходящее от Чейза, аура его уверенности, чувство безопасности сыграли на моих нервах в положительном ключе, и я уснула.

Последние три дня я приходила в комнату к Чейзу и засыпала в его объятиях, мы больше не целовались и даже не упоминали тот поцелуй на крыльце.

Мне было необходимо чувствовать себя не одинокой, и Чейз как никто другой обеспечивал меня этим.

День Икс настал, от этого стало волнительно и страшно. Все было готово. Транспорт, продовольствие, оружие, аптечка и прочие мелочи, которые должны были помочь нам сбежать из Ристалища и выжить за его пределами. Мы следовали четкому плану побега из-под банки, но у нас была одна проблема, от которой избавиться было не в наших силах. Беда в том, что теперь за нами постоянно летали камеры. От них было невозможно отделаться, стоило выйти из дома, как летун уже встречал меня и провожал, куда бы я ни отправилась. После игр мой рейтинг увеличился, и теперь я основательно застряла в сотне под номером семьдесят четыре. Чейз и Джек описали интерес Столицы и Секторов к моей персоне ставками, которые люди делают на мое существование. Чейз предположил, что они ждут, когда Велас найдет меня и расправится так, как он это умеет – зрелищно и кроваво.

За эти дни, что прошли после игр, я ни единого раза не покидала пределы Феникса, Чейз постарался и каким-то образом убедил Ханта, что мне на данный момент нечего делать на вылазках, которые наша команда не прекратила ни на один день. Мое место заняла Шанти, а вот место Рика пустовало. Келли стала сама не своя, потеря Рика выбила ее из колеи, но она старалась делать вид, что все нормально. Получалось это у нее фигово.

Когда я оставалась в доме, то много разговаривала с Женеврой. Она старалась не рассказывать мне про Столицу, не знаю, с чем было связано ее молчание, но иногда она все же проговаривалась, но из этих корявых ответов, я ничего не могла понять. Вивиан меня тихо ненавидела, она, как и все в доме, знала, где я проводила ночи. Остальных это не трогало, а вот Вивиан была зла, если бы она не боялась кары Чейза, то уже придушила бы меня.

Хант в наш дом больше не приходил, но один раз вызывал меня к себе. Разговор был о пальце, который он был готов подарить мне, если я войду в топ-50. Я сказала, что постараюсь, так как палец мне нужен. Не уверена, что Хант поверил. Казалось, что мы два лжеца, которые пытаются навешать на уши собеседника еще больше вранья.

Около часа назад из дома вышли Джек и Женевра, потом Чейз и одуванчик, теперь моя очередь, все мы должны встретиться за брошенным домом, который сгорел еще в прошлом году. Там уже стояла машина Чейза, которую он подготовил заранее. Задние кресла предусмотрительно были сняты, там будут прятаться Женевра и одуванчик, ведь они не могут выходить за пределы Клана, у них нет на это разрешения.

Я выждала определенное время и поднялась с дивана в холле первого этажа. С долей печали посмотрела на дом, который стал мне нравиться. Это место было единственным, где я чувствовала себя под защитой. Если не считать времени, когда я была маленькой и знала, что мама всегда защитит меня. Печально улыбнувшись воспоминаниям о маме, я отправилась вон из дома. Стоило мне выйти на крыльцо, слева тут же показался летун. Я, как и всегда, сделала вид, что его не заметила, удобней перекинула рюкзак с едой, которая понадобится нам на рассвете, и зашагала в нужную мне сторону. Летун не отставал. Солнце клонилось к закату. Я шла. Нервы натягивались. Мне казалось, что вот-вот из-за кого-нибудь поворота выйдет Хант и скажет – попалась, я все знаю. Даже на этот поворот у меня были четкие указания Чейза, я должна любым способом добраться до машины в определенное время, ведь другой попытки у нас не будет. Любой способ – это убийство Ханта, но я не уверена, что смогла бы его одолеть. Но и проиграть я не могу, остался последний шаг, последний рывок, и я свободна.

Когда я дошла до сгоревшего и перекошенного от напасти огня дома, то меня встретила Келли, на ее лице была скорбь по Рику, он должен был быть с нами, парень не дожил всего четыре дня до момента, ради которого столько старался. Жизнь паскуда.

Когда мы с Келли завернули за дом, то я увидела Шанти, в этот момент она показывала средний палец Джеку, тот улыбнулся ей и покрутил пальцем у виска. Чейз что-то складывал в багажнике. Остальных не было видно, и буквально через мгновение Шанти тоже исчезла в машине.

Я, Чейз, Джек и Келли разместились на своих обычных местах и сразу же поехали в сторону ворот, летун следовал за машиной с эмблемой Феникса и меткой Чейза. Солнце продолжало опускалось к горизонту. Ворота мы проехали без препятствий, Чейз сказал охраннику, что мы вернемся утром, тот записал это и открыл ворота. Всю дорогу до купола я была в напряжении. Мы останавливались трижды. Чейз спрял в лесу сумки, которые должны помочь нам добраться до столицы. Еда в банках, оружие, сменная одежда и медикаменты. Когда мы остановились третий раз, одуванчик и бедная Женевра наконец-то выпрямились и вылезли из-под тряпок, которыми были закиданы.

Всю дорогу до купола в машине стояла тишина. Думаю, мы боялись спугнуть удачу, которая в кои-то веки повернулась к нам не задницей.

Солнце уже полностью село, я боялась, что из-за деревьев вот-вот покажется изуродованное лицо Веласа, но нужно было опасаться другого.

Рябь прошлась по воздуху. Деревья исказились, это было едва различимо из-за туч, они прятали луну и перекрывали нам обзор на лес, который находился слишком близко, чем нам того бы хотелось.

– На выход! – крикнул Чейз, и мы вывалились из машины, и все побежали к багажнику.

Не прошло и минуты, как в руках у всех, даже у Женевры оказалось оружие. Кочевники не сразу приобрели свой обычный вид. Еще около десяти минут деревья шли рябью, кочевники двигались, но сложно было понять, сколько их.

– У нас нет времени на игры с ними, – сказал Джек.

– Верно, – согласился Чейз и выстрелил.

Что-то упало. Я услышала, как тело кочевника упало на землю, а потом они стали видимыми. Нас разделяло расстояние в пятьдесят метров, тучи решили помочь нам и открыли лунному свету путь к земле. Я увидела грязно-серых чудовищ, которые как один побежали в нашу сторону. В этот раз я испугалась их куда меньше, чем в прошлый, но на мгновение все же онемела. Десяток тел с обезображенными мордами неслись к нам.

Не знаю, кто открыл по ним огонь, но я подстроилась тоже. Прижала рукоять к плечу, примерилась и выпустила очередь. Легкая отдача заставила меня отступить назад. Я не прекращала стрелять, а они не переставали бежать. Раненые кочевники неслись к нам и в итоге сбили Шанти с ног. Один удар серой конечности отправил подругу в полет. Я побежала в ее сторону, отстреливая кочевника, которые навис над Шанти. Она лежала без движения. Позади меня кто-то закричал, но я не поняла, кто именно.

Выстрелы, серые тела, кровь, страх, адреналин: все смешалось.

Кто-то расстрелял кочевника, который склонился над Шанти, он завалился на бок, пару раз дернулся и замер. Я добежала до подруги и прикоснулась к шее. Она была жива, но без сознания.

Время. Купол вот-вот падет, мы должны перейти эту границу или… даже не буду думать, что с нами будет, если мы останемся здесь. Это будет навсегда.