Слишком тихо.

Волчонок взвизгивает, и его шерсть становится дыбом. Слышу, как в нашу сторону кто-то бежит. Слишком быстро бежит.

Кровь холодеет от страха.

Срываюсь с места и несусь в противоположном направлении. Воздуха не хватает, легкие болят, как вывихнутое плечо и ноги. Бегу по траве и надеюсь на то, что не наступлю в какую-то яму.

Неожиданно, справа от меня из тумана возникает фигура, врезается в моё тело, и я вскрикиваю от силы удара, хотя сбивший меня переворачивается в воздухе, и я падаю на него. Волк воет и бросается мне на помощь.

Толкаю руками в грудь нападавшего, но тут слышу человеческую речь.

– Успокойся!

Бьюсь, но с третьего "успокойся" замираю. Это Закари. Он переваливает меня на землю возле себя и отстреливается. Прямо над нами один за другим возникают зараженные. Насчитываю пять выстрелов, слышу пять падений тел, сажусь и быстро поднимаюсь на ноги. Волк вьется у моих ног, его шерсть становится дыбом, а зубы виднеются в хищном оскале.

Закари поднимается.

– Я сказал тебе, сидеть в машине.

– Я помню.

Как же я рада его видеть.

– Незаметно.

– Там был военный, он…

– Мертв.

– Как ты узнал, что я здесь?

Закари достает что-то наподобие сотового телефона, дисплей загорается, и я вижу красную точку возле зеленой стрелки.

– Здесь забиты все данные с браслетов солдат из команды Зейна. Я сделал это на случай, подобный тому в Дрим Сити в торговом центре.

Нащупываю браслет на руке. Маячок.

– Зачем тебе это?

– Чтобы знать, где Зейн и что с ним происходит. Пора уходить, мы и так нашумели.

Идём в сторону машин, и я мысленно благодарю Закари за спасение. Одним ножом я бы не справилась.

– Ты всегда знаешь, где я нахожусь, – как бы сама себе говорю я.

– Да. Советую не снимать браслет.

В голове всплывает момент из торгового центра. Тогда Зейн сказал, что за нами скоро придут. Теперь я не уверена, что тогда в мою первую вылазку мы не выполнили задание, проиграв команде Закари. Скорее всего Зейн специально передал доктора на базу номер девять. Как и посылки, из-за которых я шантажировала его.

Что, твою мать, происходит?!

– Что у вас с Зейном? Вы живете на разных базах, отношения у вас не очень-то и братские, но вы…

– Но мы братья, несмотря на наше отношение друг к другу. Если бы я доверял тебе, то рассказал бы куда больше.

– Я тебе не лгу, – снова напоминаю я, но это звучит настолько неуверенно, что даже Волк не примет мои слова за истину.

На это Закари ничего не говорит, и мы возвращаемся к машинам. Все уже на своих местах. Забираюсь на переднее сиденье, Волк устраивается у меня в ногах. Стараюсь не думать о том, что прямо возле машины остались кости мужчины, которому я не смогла помочь, да ещё и сама чуть не умерла.

Машина страгивается с места, и я спрашиваю:

– Многих потеряли?

– Двоих. Это ровно на два больше, чем должно быть.

– Нео и Рэнли…

– Живы.

Пару мгновений собираюсь с мыслями и всё же тихо произношу:

– Спасибо, что не бросил меня.

– Какого бы мнения ты обо мне не была, – говорит Закари и бросает на меня внимательный взгляд. – Но я не чудовище.

Хотелось бы верить. Ой, как хотелось бы.

Закари стоял недалеко от входа в церковь, облокотившись о каменную стену, он выпускал очередное облако ментолового дыма. Техника продолжала работать, изредка доносились выстрелы, стена росла день ото дня. Закари знал, что настанет момент, и только эта преграда окажется между ужасом изменившегося мира и выжившими.

Временный глава базы номер девять стоял здесь уже больше сорока минут и напряженно думал. Сегодня он потерял двоих, но выполнил задачу. Сколько ещё должно погибнуть, пока Лейзенберг найдет спасение? Доктор и те, кто стали работать под его началом, утверждают, что они уже на пороге величайшего открытия человечества. Закари понимал, что вакцину искать уже бесполезно, все зараженные обречены. Лейзенберг уверен, что вакцину можно сделать, но Закари поставил перед ним другую задачу и для ее выполнения нужна была девушка. Та самая особенная Роберта, которую Зейн был не в силах достать из лап полковника. Крохи информации, которые Зейн принес ему сегодня, уже ничего не значат, Закари опередил полковника в изобретении и больше услуги брата ему были не нужны.

Роберта. Она была ему нужна. Лейзенберг видел данные о девушке и был уверен, что из её плазмы можно было вывести недостающий компонент.

Бросив окурок в урну, Зак тяжело вздохнул. Время уже давно перевалило за полночь, но он о сне ещё даже не думал. После возвращения из последней поездки он много рассуждал о девушке с волком. Для чего она была здесь? Правды от неё было не дождаться, но он не мог жить бок о бок с человеком, которому абсолютно не доверял. Зак продержит её месяц, и если брат не выполнит условие и не доставит ему Роберту, то он отправит девушку обратно на базу номер восемь.

Спустя пару минут из тумана вышли Рэнли и Нео. Не дожидаясь вопроса, Рэнли сказал:

– Она что-то скрывает.

Так Закари и думал, но ему важнобыло знать, что именно таилось в голове у Александрии Брукс. Если его мать затеяла новую партию их многолетней игры, он должен был знать правила.

– Что удалось узнать? – спросил Зак и перевел взгляд на Нео.

Друг провел с девушкой куда больше времени, чем он и Рэнли вместе взятые.

– У неё есть сестра, и она осталась на базе номер восемь. До появления тумана Алекс жила с матерью в Дрим Сити, на базу номер восемь попала практически случайно, она мало рассказывала о том, как там очутилась, но могу сказать с уверенностью, что полковника она знает очень плохо.

В разговор вступил Рэнли.

– Но ей удалось сделать что-то такое, что полковник обратила внимание на девушку и хотела убить.

– Хотела бы, убила, – уверенно заявил Зак.

На минуту все замолкли. Каждый думал о девушке. Нео было жаль её, она не казалась ему отвратительным человеком, а чутье его редко подводило. Рэнли мысленно возвращался к тому, как легко она с ним общалась, да, ему не составляло труда разговорить девушек, но разговоры с Алекс больше походили на подшучивания брата и сестры. Может, если бы Зак приказал ему провести с девушкой больше времени, он и выяснил бы больше. Закари думал об Алекс, как о непредвиденной помехе, которая не давала ему расслабиться даже в стенах своей базы.

– Все наши разговоры с Алекс заканчивались вопросами о тебе, – добавил Нео.

– Моя мать послала её следить за мной? Может это и так, я обнаружил в её рюкзаке рацию, но я не понимаю, зачем полковнику это нужно. Прошло столько лет.

– Так выясни, – сказал Рэнли. – Ты-то уж точно сможешь разговорить маленькую и очень даже обворожительную Александрию. Или это могу сделать я.

– Рэнли, захлопнись. Даже не смотри в её сторону.

Закари сам удивился злости в своём голосе. Его друзья переглянулись и снова посмотрели на Закари.

– Я просто предложил.

Ответил Рэнли на выпад друга пожатием плеч и непринужденным тоном, хотя все трое заметили остроту слов Зака, но никто не посмел сказать об этом вслух.

– Ладно. Нео, отправляйся к её двери. Я должен знать о каждом шаге нашей шпионки. Рэнли, отдыхай, с утра сменишь его.

Зак не стал дожидаться выполнения приказов, первым вошел в церковь, холл практически опустел, осталось всего десять подконтрольных ему человек. Он поднялся на свой этаж и на мгновение остановился перед дверью в комнату Алекс.

Что ты скрываешь?

Ответа не последовало, и Зак отправился к себе. Разоружился и оставил всё на столе. Отправился в комнату, там на кровати лежала Герда. Она зазывающе улыбнулась ему и поманила к себе пальчиком.

– Что ты тут делаешь? – спросил он, уже зная для чего она пришла.

– Жду тебя.

– Я устал.

"От тебя" хотел добавить он, но не стал.

– Я тут для твоего расслабления.