– А девочка? – спрашиваю я.

– А девочка просто им пользуется.

Ничего не говорю в ответ, возможно, Рэнли и прав. Мне дорога дружба Лари, но ведь я всегда знала, что нравлюсь ему и, что греха таить, пользовалась этим. Я заставила его бросить семью ради меня, и он пошел на это, а теперь я неизвестно где, и оставила его там, куда он вовсе не стремился.

Я плохой друг.

– Я не хотел обидеть тебя, – говорит Рэнли.

– Чтобы меня обидеть, нужно куда больше постараться.

Какое-то время мы сидим в тишине, а потом Нео уходит, остаюсь наедине с Рэнли, мы непринужденно болтаем, а после отправляемся в столовую, следом в комнату. Оставшись одна, думаю о том, что ждет меня вечером. Ужин с самим Закари Келлером. Ужас, тем не менее я вижу в этом возможность. Разговаривая с ним я явно приближусь к выполнению приказа полковника.

Только оставшись наедине со своими мыслями, я осознаю, насколько Закари Келлер упростил мне выполнение задачи полковника. Я всё ещё надеюсь на Зейна, но если у него не выйдет вытащить Лексу, Лари и детей, то мне придётся заманить Закари на базу номер восемь.

Как мне это сделать? Этот вопрос мучает меня и ночью, и днём.

Предложение или же пожелание Закари было неожиданным, как появление тумана. До сих пор не представляю, как именно будут проходить ужины в его компании, но знаю одно – это возможность выведать у него хоть что-то, найти зацепку, разговорить и узнать рычаги давления.

Если они вообще у него есть.

Он кажется неуязвимым. Да, именно это слово ассоциируется у меня с Закари Келлером. Каковы его слабости? Герда? Не думаю. Его чин? Сомневаюсь. Семья? Это предположение даже в мыслях звучит смешно. Стена, база? Возможно, но мне не утащить стену к восьмёрке, поэтому даже если это место и есть его слабость, подобные знания мне не помогут. Никак.

Стук в дверь заставляет меня подпрыгнуть на месте. Хватаюсь за сердце и поднимаюсь с кровати. Я настолько погрязла в мыслях о слабости Закари, что потеряла счёт времени.

Подхожу к двери и открываю её. На пороге стоит Рэнли. Блондин без чувства такта и голоса играет бровями и задаёт вопрос:

– Слышал, у тебя свидание?

П-ф-ф. Что-что, а ужин, который состоится сегодня, не является свиданием. Даже с натяжкой. Более того, я уверена, что моё нахождение на базе напрягает Келлера.

– От кого ты это слышал?

– Да ходят подобные слухи, – с улыбкой сообщает Рэнли.

Он так внимательно смотрит на меня своими зелеными глазами, что я начинаю оправдываться. Руки сами по себе упираются в бока, а голос повышается как минимум на октаву.

– Это не свидание.

Рэнли осматривает меня с ног до головы и утвердительно кивает.

– Определенно не свидание. Одежда говорит о том, что ты волка собралась выгуливать или в урну с мусором залезть, или примкнуть к фанатикам, или…

– Достаточно.

Опускаю голову, хотя и так знаю во что одета. Обычная черная футболка, штаны с выпученными карманами и берцы.

Да не похожа я на бомжа или фанатика.

Поднимаю взгляд на Рэнли.

– Предлагаешь нарядиться в платье?

Брови Рэнли взлетают вверх, и он тут же спрашивает:

– А оно у тебя есть?

– Было, остались только лохмотья.

Нежданный гость корчит лицо как у великого мыслителя, прикасается пальцами к подбородку и, подумав пару мгновений, выдает:

– Может, это и лучше. Ты в лохмотьях…

Рэнли улыбается ещё шире, и я подхватываю его настрой. На него невозможно сердиться. Парень смотрит на часы, что красуются на его левой руке.

– Вообще-то он ужинает в восемь, и ты уже опоздала на десять минут.

Опоздала?

– Откуда мне это знать?

Рэнли отходит в сторону и освобождает мне проход. Покидаю комнату, волк выходит следом.

– Дружок, а мы пойдем гулять, – говорит Рэнли.

Ха. Нет уж, я пойду только в сопровождении волка. А что, если Закари… я даже не могу предположить, что он может сделать, но присутствие Волка даст мне лишнюю каплю уверенности.

Как совпало, ведь моя чаша с эликсиром "уверенность" полностью расплескалась ещё утром.

– Он не пойдет с тобой, – уверенно произношу я, и только тут замечаю в руках Рэнли черный непроницаемый пакет.

Он открывает его и достает отменный кусок мяса. Рэнли машет им перед собой и с улыбкой маньяка зовет волка за собой.

Моя надежда на четвероногого друга даёт трещину, как только волк делает первый шаг в сторону Рэнли.

Предатель!

Они уходят, и я чувствую себя максимально одиноко. Словно волк предал меня за кусок мяса. По сути, так и есть. Успокаиваю себя мыслью, что ему нужно уметь жить и без меня, ведь рано или поздно меня лишат жизни либо полковник, либо её старший сын. Или младший. Кто-нибудь да покусится на моё жалкое существование.

Преодолеваю коридор и тихо стучу в дверь напротив. Я никогда не была внутри, надобности не было. По ту сторону тихо, и я решаюсь приоткрыть дверь. Ладони потеют, и я трижды отдергиваю руку от преграды.

И о чём я буду с ним разговаривать? Нет, не так. Развлекать беседами.

Единственное желание – бежать. Нужно уносить отсюда ноги. Что-то внутри меня, скорее всего интуиция, вопит, чтобы я ретировалась от двери в царство Аида.

"Это ловушка!" – подхватывает нутро.

Печально улыбаюсь. Как бы не вопила моя душа, а повернуть назад я не могу.

Вытираю ладони о брюки и толкаю дверь, она открывается так же плавно, как и моя, нет ни скрипа, ни скрежета. Ворам бы понравилось.

Заглядываю внутрь. Это кабинет. Обычный непримечательный кабинет. Цепкий взгляд падает на стол, там порядок, но не столь идеальный, как у Зейна и полковника. По центру стола в хаотичном порядке лежат три белоснежных листа. Да вы, мистер, – неряха.

– Входи.

Голос звучит приглушенно, причина этому – Закари находится в соседней комнате. Сглатываю ком и прохожу к единственной двери, не считая входной. Она приоткрыта, но, чтобы попасть внутрь, мне приходится отодвинуть полотно ещё дальше.

Спальня.

Твою ж мать…

Взгляд тут же падает на широкую кровать, она заправлена темно-серым мягким покрывалом. Две огромные подушки стоят идеально бок о бок. С одной стороны кровати расположилась тумбочка, на ней наручные часы и рация. Два окна с двух сторон комнаты. Отсюда можно было бы наблюдать и за закатом, и за восходом солнца, жаль, туман и этого нас лишил. Внутри спальни, прямо справа от входа расположен стол и два стула друг напротив друга. Комната раза в четыре больше моей каморки, скорее всего до моего приезда он хранил там что-то типа обуви. Закари стоит у одного из окон и смотрит наружу. Что он там увидел?

Медленно подхожу к нему и становлюсь немного позади. Сердце бухает о ребра, словно я вошла в логово самого опасного хищника. Один неверный шаг, и он сожрет меня с потрохами. И тогда слово "ужин" заиграет новыми красками. Выглядываю в окно и ничего не вижу.

Закари молчит и даже не поворачивается ко мне.

И я молчу.

Нервы начинают трещать от натуги, и я снова обтираю ладони о брюки.

Какого хрена он молчит?

Чтобы прекратить тишину, произношу первое, что пришло в голову:

– Я пришла.

Закари поворачивается, медленно оглядывает меня с ног до головы, остановившись на глазах, произносит:

– Я заметил. Голодна?

– Думаю, да.

Закари кивает в сторону стола, и мы отправляемся туда. Сажусь и только сейчас замечаю три накрытых крышкой блюда. Стол сервирован на двоих. Но больше всего меня напрягает бутылка красного вина и два бокала на тонких ножках.

Отлично. Значит будем пить.

С каждой секундой я начинаю нервничать всё больше и больше.

– Какой-то праздник? – спрашиваю я.

– Думаю, да, – отвечает Закари.

Он убирает крышки, и я тут же давлюсь слюной. Удивительно, я безумно голодна, но не уверена, что хоть кусок этого великолепия влезет мне в рот и не попросится обратно.