– Все нормально, – сказал он. – Ты просто уснула.

Не нормально это, я ведь планировала не спать, но говорить об этом сейчас не стала.

Весь день я страдала, оказалось, что жизнь настолько приучила меня к деятельности, к любой, что бездействие настолько меня утомило, к вечеру я была уже готова выть, лишь бы выбраться из бункера.

Шанти отказалась говорить про "мужа", которого ей приписали. Вивиан прихорашивалась, она сменила больше десяти одеяний в этот день. Она даже надела платье, которое практически не прикрывало ничего, Джек при виде нее запнулся в коридоре и чуть не завалился. Келли закрылась у себя в комнате, и я не видела ее до самого вечера. Чейз с Джеком расположились в одной из кухонь и большую часть дня вели разговоры.

А я снова обшарила весь бункер. Я не могла сидеть на месте, но не знала, чем себя занять. Наряжаться не хотелось, да и в моем шкафу были только мужские вещи, я стащила пару женских брюк, ботинки, водолазку и нижнее белье из соседней комнаты, переоделась один раз и успокоилась. На первом этаже я нашла помещение, которое было уставлено закрытыми шкафами полными книг. Они смотрели на меня из-за стекла, и я взяла пару. Спасибо маме, что научила меня читать. Только я устроилась на кровати и открыла книгу под названием "Уроки самообороны", как в дверь постучали. В комнату заглянула Шанти.

– Что-то случилось? – спросила я.

– Да. – Она зашла и закрыла за собой дверь. – Хочу поговорить, эта передача на экране, она взбесила меня.

Я пододвинулась на кровати.

– Садись.

Шанти рухнула рядом и, прикрыв глаза, сказала:

– У меня действительно есть муж.

– Да? Почему не рассказывала?

– Потому что он один из немногих, кого я яро ненавижу. Вообще представляла, что он умер и я вдова.

– Если не хочешь рассказывать, не рассказывай. Мне не важно есть у тебя муж или нет.

– Просто я теперь думаю о нем. В день, когда я пошла добровольцем, я сбежала из дома, предварительно вырубив ублюдка сковородой.

– Он тебя не отпускал?

– Практически. Я уже не могла жить с ним, видеть его лицо и ложиться в одну кровать. Кажется, из-за него я теперь вообще не перевариваю мужчин. Точнее тех, кто обращают на меня внимание.

– Из-за этого ты так бесишься на Джека.

– Да. Я сразу вспоминаю мужа, он тоже был веселым и вроде как заботливым. Настолько, насколько это принято в Синте. Но как только мы стали вместе жить, он изменился. Из-за него я трижды чуть не умерла. Я ждала, понимаешь, я ждала момента, когда будут набирать добровольцев.

– Ты была готова пойти на смерть, лишь бы не быть с ним.

– Да.

– А уйти ты не пробовала?

Шанти хмыкнула.

– Идти было некуда, только если не в проститутки. Но я пыталась, трижды.

Шанти не стоило объяснять, что за эти три попытки муж ее чуть и не забил.

– Надеюсь, ему хреново живется, – сказала я.

– Надеюсь, что я не просто оглушила его сковородой, – прошептала Шанти.

Больше про прошлое Шанти мы не говорили. Я читала вслух книгу, которую не успела начать до прихода гостьи. Кое-какие советы по самообороне мы попрактиковали, падая на пол и отбивая себе задницу в сотый раз, смеялись. В итоге Шанти уснула в моей комнате, я еще немного почитала и тоже улеглась спать.

В эту ночь Велас не преследовал меня во сне. Возможно, не присутствие Чейза отгоняло кошмары, а понимание того, что рядом кто-то есть.

Утром нас с Шанти разбудил нежданный гость. В дверь стучали так настойчиво, что не услышать этот грохот было невозможно. Разлепив веки под недовольное бормотание Шанти, я выбралась из кровати и пошагала к двери. За ней оказалась Вивиан.

– Чего тебе?

– Ты одна?

– Нет.

Вивиан поджала губы, но я ее успокоила.

– Это не Чейз.

– Нужно приготовить сегодня праздничный ужин, – сказала Вивиан.

– Для чего? Одобрение от Ханта тебе не дождаться, его не будет.

– Мы сделали столько всего, чтобы выбраться из Ристалища, что должны отметить это как следует.

За спиной раздался громкий зевок и голос Шанти:

– Это идея. Один фиг тут нечего делать.

Вивиан улыбнулась всего на мгновение.

– Жду вас на второй кухне через тридцать минут.

Она так быстро удалилась, что я не успела возразить. Хотя и возразить было нечего. Закрыв дверь, я обернулась.

– Не знаю, как выдержу ее и не прирежу кухонным ножом, – сказала я, потягиваясь.

– Она не так плоха, как ты думаешь, просто ваш взгляд пал на одного и того же мужчину. А в этом случае даже самая безобидная леди может стать непереносимой мегерой. Да и она Чейза присмотрела гораздо раньше тебя.

– Мы что, на гонках?

– Я нет, а вот вы с ней – да.

Когда мы вошли на кухню, там уже во всю что-то кипело, жарилось, резалось и мариновалось. Вивиан была в своей стихии и полностью поглотила меня и Шанти. Мы были чисто на побегушках. Резали, мазали, красиво раскладывали.

Не знаю сколько тянулся этот ад, но в итоге я спросила:

– А где Келли?

Вивиан, захлопнув бедром духовой шкаф, ответила:

– Она отказалась помогать.

Я зыркнула на Шанти. Оказывается, можно было отказаться. А не вот это вот все. По кухне витали вкусные ароматы, я уже изнывала от голода, но Вивиан ничего не разрешила есть. И мы почему-то ее слушались. Чейз и Джек заглядывали на кухню, но Вивиан их тут же прогоняла, и они уходили. Казалось, стоило Вивиан оказаться на кухне, как вся власть и сила нашей команды перешла к ней, а мы стали заложниками дамы в фартуке.

Когда все было готово, наш командир отпустила нас, чтобы мы смогли привести себя в порядок, отдохнуть и прийти, помочь ей перенести еду в холл. Как оказалось, Джек и Чейз уже унести туда столы и стулья. Молодец какая, всем нашла работу.

Когда мы с Шанти вышли из кухни, я протяжно выдохнула. Никогда не думала, что приготовить еду настолько сложно, долго и муторно. Но незаметно для себя я прожила большую часть дня в бункере и ни разу не захотела сбежать, только если из кухни.

Приняв душ, приведя себя в порядок, а точнее, расчесав волосы и одевшись, я еще немного постояла перед зеркалом. За последние дни я стала лучше выглядеть, нормальный сон, достаток еды и пауза от побегов поспособствовали исчезновению синяков под глазами. Как минимум.

Когда я спустилась в холл, за столом еще никого не было, кроме Вивиан. Она нашла где-то еще одно платье. Желтое и достаточно облегающее ее тело, что можно было понять, нижнего белья на праздничный ужин она не надела.

Я села, она разместилась напротив меня. Мы молча ждали, чтобы хоть кто-нибудь пришел, но все как на зло где-то застряли.

– Я стараюсь на тебя не злиться, – сказала Вивиан, разглаживая на столе салфетку.

– За что тебе на меня злиться?

Она подняла взгляд, и я там действительно не увидела ничего, кроме усталости.

– Ты прекрасно знаешь, что мне нужен Чейз.

– Зачем?

– Я люблю его, – она сказала это легко, так словно уже срослась с этой мыслью воедино. – И он меня полюбит.

Что я могла ей на это сказать? Неловкость разговора зашкаливала.

– Может, тебе перестать? – спросила я.

– Что?

– Не кривляйся перед ним. Ты ведь вполне сносный собеседник, но как только Чейз появляется в поле твоего зрения, ты сходишь с ума.

Вивиан смотрела на меня совершенно непонимающим взглядом, и только в этот момент я поняла, что она не специально становилась тупой при виде Чейза. Она просто старалась вылезти из кожи вон, чтобы понравиться ему, заставить Чейза обратить на нее внимание.

Я услышала голоса со стороны лестницы, наклонилась над столом и, смотря Вивиан в глаза, сказала:

– Просто будь собой, не притворяйся лучшей версией, Вивиан. Если уж и желать чьей-то любви, так пусть она будет настоящей, а не подстроенной.

Остальные присоединились к нам. Вивиан погрузилась в мысли, это был первый раз, когда она не подскочила и не побежала к Чейзу, а я в этот момент подумала, какая же я дура, что дала Вивиан совет.