Когда у меня появилась Сара, я многое понял. Как сжимается родительское сердце от боли за своего ребенка. Это возможно только почувствовать, нет слов, которые опишут это щемящее чувство тревоги, которое не покидает тебя ни на мгновение.

При встрече, когда отец увидел меня, он молчал буквально пару секунд. Да и слова были ни к чему, я увидел в его глазах то, что дало мне понять, как он переживал, пока меня не было. Я подошел к нему, протянул руку для рукопожатия, но он впервые за всю нашу жизнь, сжал мою ладонь до боли и притянул к себе, крепко обнял меня на глазах у охраны и Аномальных, которые стояли за моей спиной. Тогда я понял, что мы на одной стороне.

— Да остановись ты уже. — устало говорит Пятнадцать и потирает шею. — Три не говорила, что ты ужаленный.

— Какой? — переспрашиваю его я. Восемь уехал с моим отцом в Скалу, Пятнадцать всегда находится рядом со мной, таков приказ Королевы. Из-за необразованности Аномальные часто путают слова или же вообще придумывают свои, из-за этого я постоянно переспрашиваю, чтобы понять, что же они на самом деле имеют ввиду.

— Какой, какой. Никакой. — в раздражении отвечает Пятнадцать.

Останавливаюсь у джипа и вслушиваюсь в звуки предрассветного леса. Ещё раньше, ночью, до нас доносились выстрелы и крики, но нам строго настрого запретили переходить черту. Не метафорически, это в прямом смысле черта красного цвета, которая красуется на середине поля. Да я и не собираюсь влезать в распри внутри города. Меня это не касается.

— Идут. — без эмоций говорит Аномальный, поднимается на ноги и берет автомат.

— Эээ. Нет, дружище. Без оружия. — останавливаю его.

— Ладно. — тут же соглашается Пятнадцать и опускает автомат на землю, приставив его к дереву, у которого сидел ранее.

— Так просто?

— Я и без оружия могу их всех прикончить. — совершенно искренне отвечает он.

— И то верно. — соглашаюсь с Аномальным. Его чувства намного сильнее обострены, и поэтому я спрашиваю его. — Сколько их?

— Пять мужчин и одна женщина.

Оборачиваюсь в сторону города. Женщина. Это не может быть она. Просто не может.

Теперь время играет со мной по другим правилам. Оно тянется засохшей жвачкой, ещё секунда, и оно разорвется ко всем чертям.

— А, нет. — словно принюхиваясь говорит Пятнадцать.

— Что нет?

— Спереди идут всё так же четыре мужчины и женщина, а за ними больше сотни человек с оружием. — выгибает бровь дугой. — У них много-много оружия. Поступь очень тяжелая. — бросает взгляд на меня. — Может я возьму свой автомат?

— Нет. Мы пришли с миром и должны доказать это. — я не сомневался в Боа, трусы никогда не ходят по одному.

— Ага.

— Идем.

Совершенно безоружные направляемся навстречу маленькой армии. Я должен думать сейчас о мире, который стал возможен, но мои мысли только о девушке. Я знаю, что Амели всё же стала женой Боа. Об этом трубили во всех городах, ведь теперь ясно каждому — если напасть на Флэнтон, то Скала прибудет на помощь и наоборот. Мне нужно увидеть её и понять, что всё хорошо. Что она жива и в безопасности. Она была добра ко мне, когда другие не были. Амели являлась единственной, кто проявлял ко мне человечность из всей Скалы. Я постоянно думал о ней, временами мне казалось, что я схожу с ума. Это ненормально столько размышлять о постороннем человеке. Но я не считаю её посторонней, в этом-то и проблема. За столь короткий промежуток времени она стала важна для меня.

— Стой. — говорю я Пятнадцати, и мы замираем на расстоянии шага от красной линии, которую люди заблаговременно нарисовали, распылив вонючую краску прямо на траве в середине поля.

На мгновение прикрываю глаза и прислушиваюсь к энергии, которая бурлит внутри меня. Внешне я собран, а вот внутри — раздрай. Потому что среди всех аур, что приближаются к нам, я отчетливо чувствую одну… и с ней что-то не так.

Распахиваю веки и на расстоянии полукилометра вижу… её. Амели идет в черном спортивном костюме, светлые волосы собраны в обычный хвост. Она находится немного позади Боа и постоянно теребит рукав толстовки. Она не видит меня, а вот я не могу отвести от неё взгляда. Я надеялся увидеть её, но не думал, что от созерцания Амели испытаю то, что сейчас разрывает меня изнутри. Тем временем, девушка бросает взволнованный взгляд направо и смотрит на парня, который идет слишком близко к ней. А это ещё кто такой? Их взгляды пересекаются, парень кивает ей, и Амели это немного успокаивает.

С каждой секундой они всё ближе, но меня так и подбивает переступить через эту чертову красную линию и пойти навстречу. Но я этого не делаю. Сейчас от моих действий зависит слишком многое, и свои желания мне нужно запихнуть куда подальше. Я и так в жизни многое наломал, но с этой задачей справлюсь.

— Тебе что, плохо? — спрашивает Пятнадцать.

— С чего ты взял?

— Я слышу, как твоё сердце забилось чаще, почти в два раза.

— Лучше слушай сердце ублюдка Боа, если он нам соврет, мы узнаем.

— Ты и сам можешь послушать его сердце.

— Нет, я буду слушать… другое сердце.

Они подходят, и как только носки кроссовок Амели останавливаются, не достигнув красной линии, бросаю на неё взгляд. Она смотрит на меня и слегка улыбнувшись уводит взгляд в сторону. Её губы улыбнулись, но голубые глаза — нет. Они остались такими же наполненными беспокойством. Хочу прикоснуться к ней, чтобы понять, что она не мираж, что это не игра моего воображения. Собираюсь сделать шаг вперед, но парень, который поддерживал её, делает ответный шаг в мою сторону и прикрывает Амели своим плечом. Что за? Это муж должен её защищать, а не этот… кто-то. Амели слегка отрицательно качает головой и закусывает губу. Останавливаюсь, так и не сделав этого шага. Амели кладет ладонь на плечо парня, его плечи слегка расслабляются, и он снова встает рядом с ней, но не спускает с меня цепкого взгляда. А супруг Амели ничего этого не видит, так как странная картина разыгрывается у него за спиной, а всё внимание ублюдка направлено на меня. Он даже не посмотрел на Аномального, который застыл, словно статуя.

— Не может быть. — в шоке говорит Боа, но спохватившись разворачивается лицом к Амели, берет её за руку и притягивает к себе. Ну не ублюдок ли? — Милая, не хочешь поздороваться с нашим старым другом?

— Здравствуй, Тони. — слишком тихо говорит она, но я слышу. Слышу её. Это действительно она. Живая.

Амели изменилась. Её глаза не сверкают так, как раньше. Сейчас она меньше всего походит на слабую девушку, она выглядит как холодная женщина. Точнее, старается выглядеть именно так. Но прошло слишком мало времени, чтобы она смогла кардинально измениться. И я чувствую её энергию. Она боится. Она безумно встревожена и ещё она рада. Я искренне надеюсь, что она рада мне.

— Здравствуй, Амели. — в ответ говорю я и чувствую, как биение её сердца учащается, и запускается ответная реакция моего сердца. Я не думал… что наша встреча всколыхнет во мне это чувство, а я определённо знаю, что это оно. Я испытывал его раньше… очень давно.

Мне действительно тяжело это сделать, но я всё же отвожу от Амели взгляд, смотрю на Боа и приступаю к делу, ради которого проделал весь этот путь:

— Мы здесь по поручению Королевы Аномальных.

— Ты что, стал посыльным? — с издевкой спрашивает Боа.

— Получается, что так. — я не собираюсь попадаться на его глупые шутки. — Аномальные, Моры и большинство людей хотят прекратить Мертвую войну раз и навсегда.

— Большинство людей?

— Да. Мы уже были в более маленьких городах, и все согласились на встречу, которую предлагает Три. На данный момент мой отец лично поехал в Скалу для разговора с Максвеллом, а я отправился сюда.

Боа выпускает Амели из захвата, и от этого мне становится легче дышать, ровно до того момента, когда она снова начинает теребить рукав кофты. Бросаю взгляд на её руки и вижу до боли родной браслет. Она сделала это. Амели нашла его. Внутри я искренне улыбаюсь, я рад, что эта вещь всё время была у неё.