Бегу. Дальше и дальше.

Постепенно голоса и выстрелы остаются позади. Кажется, оторвалась. Не сбавляю темпа, но позволяю себе выпрямиться и перехватить рюкзак поудобнее. Бегу и бегу. Пока легкие не начинают плавиться, а ноги гудеть от непривычного напряжения.

Останавливаюсь. Прислушиваюсь — тихо. Лишь ночной шорох леса окружает "одинокую персону девушки в обличии мальчика". Я не думаю, что люди из машины будут преследовать меня. У них дела поважнее — нужно собрать зерно, которое в наше время дороже любых богатств. И уж тем более дороже бродячего мальчишки.

Отдышавшись, начинаю медленное движение… не знаю куда, но главное, как можно дальше от Флэнтона. В голове возникает образ парня, которого я приняла за Лукаса, наверное, это его брат. Мы никогда не говорили о родственниках, поэтому я вообще не знаю ничего о странном человеке, который охранял меня. Иногда я задавала вопросы, которые в итоге помогли мне сбежать, а он отвечал. Ни больше, ни меньше.

Дыхание полностью пришло в норму, а вот ноги до сих пор гудят. Но на лице впервые за долгое время появляется улыбка. Это непривычно. Теоретически, я могу остановиться и посмотреть на карту с помощью фонарика, который тоже у кого-то утащила, но боюсь того, что кто-то может заметить исходящий от него свет.

Кто-то… стоило мне об этом подумать, как мурашки табуном пробегают по позвоночнику и заставляют остановиться. Что-то не так.

Тихо. Слишком тихо. Я не слышу даже насекомых или… вообще никого. Кажется, что тихий ветерок и тот замер.

Хаотично бросаю взгляд из стороны в сторону. Деревья, высокая трава и…собака. Нет — не собака! Это койот. Он неотрывно смотрит… на меня, медленно поднимает переднюю правую лапу и переставляет её ближе ко мне. То же самое проделывает со второй. О, Боже! Я стараюсь не шевелиться, но левая нога без моего ведома отступает назад. Животное с великолепной грацией приближается ко мне, поднимаю пистолет и навожу его прямо на морду зверя. Но не могу выстрелить. Может он не набросится на меня? Оцениваю противника, койот меньше волка в размерах, в длину примерно метр, но весит он плюс-минус как я. У него стоячие уши и пушистый длинный хвост. Я даже могу разглядеть бурую окраску, крапленую черным и серым. Форма морды более вытянутая и острая, чем у волка, больше напоминает лисью.

Койоты редко забредают в леса, но этот здесь неспроста. По словам Лукаса, Аномальные и люди Флэнтона выловили большинство животных в округе, и данный луговой волк ищет пропитания. Он голоден. Очередной оскал показывает мне длину и остроту клыков зверя. Койот очень худой и… очень злой.

Делаю следующий шаг назад, не спуская взгляда с волка. Ветка под моими ногами хрустит. На это действие койот начинает лаять, как обычная собака, потом пригибает морду к земле и прыгает.

Нажимаю на курок, но пуля улетает в неизвестном направлении, а волк в прыжке валит меня на землю, прикрываю лицо рукой и его острые зубы впиваются в неё.

Я не могу закричать!

Снова, я не могу закричать! Шок сковал гортань. Рука расслабляется и пистолет падает на землю, пытаюсь столкнуть животное с себя, но его ведет голод. Клыки погружаются глубже в руку, и слезы боли выступают на глазах. Сжимаю зубы до скрипа и другой рукой пытаюсь добраться до глаз волка. Я не для этого сбегала из Флэнтона.

Животное начинает трепать мою руку из стороны в сторону, и тут мой крик разносится по округе. Слезы уже вовсю стекают по вискам и поливают землю подо мной. Пытаюсь ногами скинуть животное, но ничего не получается, он вцепился в меня мертвой хваткой.

Недалеко я ушла. Недолго прожила.

Вспоминаю про нож, который уже послужил мне сегодня, свободной рукой тянусь к нему (я примотала его тряпкой к ноге под штаниной у щиколотки), но в этот момент зверь отпускает мою руку и пытается укусить меня за горло. Подставляю обе руки, и его клыки впиваются в ту, что ранее была цела.

Очередной крик боли прорезает пространство. Я готова сдаться, лишь бы это прекратилось.

Хлопок. Ещё один. Скуление зверя, его клыки перестают сдавливать мою руку, а туша падает на меня. Моментально выбираюсь из-под животного, правой рукой, которая пострадала меньше, хватаю пистолет и встаю на ноги. Меня немного штормит, в глазах двоится, но я жива.

Но не благодаря себе! А кому тогда я этим обязана? Озираюсь по сторонам, но никого не вижу. От этого мне становится только страшнее, но самое удивительное то, что я не чувствую боли. Я и позабыла, что у меня руки покусаны койотом. Новый страх, заставляет забыть всё, что было до него, и погрузиться в новый ужас с головой.

— Амели, это я. — доносится голос со стороны, куда я сейчас смотрю.

— Лукас? — непонятно зачем переспрашиваю я, хотя и так узнала его голос.

— Да это я. Не стреляй.

Он медленно выходит из-за дерева, с поднятыми руками, в которых нет оружия.

— Как ты меня нашел? — спрашиваю и понимаю, что он вернет меня во Флэнтон.

— Ты залезла в машину с зерном, а внутри чисто случайно оказался мой брат. — он делает паузу и, кажется, слегка улыбается. — Он связался со мной по рации, сразу же после того, как какой-то сумасшедший парнишка вывалил машину зерна на дороге и сбежал.

— И?

— И я понял, что это ты.

Я вообще не очень понимаю, что сейчас происходит. Зачем он здесь? Как он понял, что мальчишка это я? И тут меня осеняет:

— Ты знал, что я собиралась бежать. — это не вопрос. Раньше я могла только догадываться, а сейчас это и дураку понятно.

— Знал. — спокойно отвечает он.

— Но не остановил.

— Не остановил.

Мы молча смотрим друг на друга. Понимаю, он хочет вернуть меня, но также я знаю, что не вернусь.

Живой не вернусь. Там меня все равно казнят за смерть Боа, так уж лучше здесь в лесу. Ведь на мои похороны при любом раскладе никто не придет. Это просто никому не нужно, мертвой я не представляю никакой ценности.

— Я не вернусь. — говорю шепотом и отступаю на шаг.

Луна выходит из-за туч, и сейчас я отчетливо вижу лицо Лукаса. Он печален. Ему действительно грустно, мне тоже. Но я не вернусь. Просто не могу. Зеленые глаза гипнотизируют меня, отвожу взгляд.

— Амели, ты должна…

— Нет. Ты не понимаешь! — перехожу я на крик. — Меня там убьют… за то, что я сделала.

Он делает шаг и протягивает ко мне руку ладонью вверх:

— Об этом никто не узнает.

— Что? Это невозможно! Я убила Боа, а главу города рано или поздно…

Лукас отрицательно качает головой и перебивает меня:

— Это был не Боа.

В голове происходит нечто странное, а точнее ничего. В данный момент там абсолютная пустота. Не Боа? Нет, это был он. Ключа кроме меня и него ни у кого не было.

— О чем ты говоришь? — спрашиваю я.

— В комнате был не Боа, а Майя.

Рука с пистолетом опускается, и я осаживаюсь на землю, прямо в кровь койота. Что он сказал? Майя? Боа жив. А я убила… не его.

— Этого не может быть. — говорю я сама себе.

Лукас каким-то образом оказывается возле меня, и садится на корточки.

— Сегодня днем, перед тем как мы ушли из дома, Майя и Боа поссорились, он наказал её и прогнал. Но она не из тех девушек, которые легко переживают отставку. — делает паузу, отводит от меня взгляд и продолжает. — Она выкрала у Боа ключ и пробралась в спальню, как я полагаю, она попала в комнату, которая должна была служить тебе мастерской. Майя дождалась, когда ты уснешь, а после этого видимо напала. Это всё я могу судить только по тому, что увидел в комнате.

Смотрю на него с сомнением:

— Что ты делал в моей комнате?

— Когда вернулся в холл, то не обнаружил полоски света под дверью.

Эти слова заставляют меня отвернуться, мне мерзко от того, что он знает мой позор. Он знает причину круглосуточного горения света в моей комнате. Он знает слишком многое. Перевожу тему разговора и возвращаю взгляд на Лукаса:

— Но она даже не кричала… она молчала, и я подумала… что это он.

— Она не смогла бы закричать.