– И касательно меня, пожалуйста. – вставляет своё слово Серена и снова показывает знак "рот на замок".

Бенджамин сделал вид, что не услышал слов девушки, развернулся лицом к Адаму и спросил у него:

– Что было в твоём пакете?

– Это. – говоря, Киллер встает с дивана и отдает небольшой лист старшему Аллену.

– Что это? – недоумевает тот.

– Думаю, это для Серены, не для нас. – отвечает Адам.

Бенджамин передает лист девушке, и она примерно минуту разглядывает его. Потом складывает лист в маленький квадрат и убирает себе в карман:

– Да, это определённо для меня. Это ключ для обхода систем безопасности.

Эта информация мне ничего не дает, и я не хочу знать, что за системы безопасности. Неожиданно открывается дверь кабинета, и входит… Тони. В серых брюках и белой рубашке, ворот которой расстегнут на две пуговицы. Его улыбка выбивает меня из колеи. Он выглядит вполне здоровым и живым. Оказывается, я не готова была увидеть его так быстро после аварии. Сердце замирает в груди. Боже мой. Я испытываю страх перед этим Мором. Он неадекватен, я даже не представляю, чего от него можно ожидать. Тони проводит взглядом по собравшимся здесь, как только его глаза находят меня, он начинает улыбаться ещё шире и подмигивает мне. Вот ублюдок. Нет. Теперь я вовсе не жалею про мысли о его смерти. Как только Киллер видит, кто пожаловал в кабинет, он срывается с места и подлетает к блондину. Секунда, и улыбка Тони исчезает, а глаза расширяются от страха. Мгновение, и Тони лежит на полу кабинета отца, а Адам с остервенением разбивает ему лицо, при этом он что-то говорит, но я не понимаю слов. Наверное, этот язык принадлежит Морам.

– Боже, Адам же убьет его! – кричит Серена.

– Не убьет. – спокойно отвечает Бенджамин.

А я не могу оторвать взгляда от картины. Тони весь в крови. Ещё пару мгновений назад он пытался защититься руками, прикрыть лицо. Но сейчас он недвижим. И, кажется, он больше не дышит, но я-то знаю, что это всё блеф. Пройдёт немного времени, и он будет цел и здоров, в отличии от девушки из мотеля, от Дакоты и мужчины-таксиста. Киллер останавливается, и я не понимаю как, но в его руке появляется нож. Он замахивается и втыкает его в живот обездвиженного Тони. Прокручивает, и странный звук разрезаемой плоти заставляет меня сдержать рвотный позыв. Черт! Серена! Оборачиваюсь и смотрю на девушку. Отлично, она скорее всего многого не увидела, так как потеряла сознание. Хорошее качество, не нравится происходящее? Падай в обморок.

Адам как ни в чем не бывало вернулся на диван, из внутреннего кармана куртки достал платок белого цвета и сейчас вытирает кровь Тони со своей правой руки. Перевожу взгляд на свои руки. Я даже не заметила, когда сжала кулаки, да так сильно, что теперь глубокие полумесяцы прорезают мои ладони. Возвращаю внимание на Серену, слегка встряхиваю её, и она начинает что-то тихо бормотать. Жить будет.

– Ну, думаю, можно продолжить. – говорит Бенджамин. – У нас есть план, составленный самим Тобиасом, а кому, как ни ему доверять в этом вопросе? Он видел будущее и знал, что именно мы сможем остановить Совет. Я надеюсь, ни для кого не нужно объяснять серьезность нашего дела? Если мы облажаемся, то миру придет конец. – мэр делает паузу, не услышав ничего в ответ, он продолжает. – После прибытия, нас всех вместе проводят в сад для прощания с Тобиасом. После общей молитвы я, Тони и Серена отправляемся в главный зал, отдать дань уважения теперь уже Совету семерых.

Адам бросает окровавленный платок на стол Бенджамина и говорит:

– Серену не пустят туда, она же человек.

– Но Рейчел ведь пустили. – произносит Бенджамин и ухмыляется. – Для того, чтобы попасть туда нам просто нужен повод. Серена пройдет как будущий член моей семьи, то есть как невеста Тони. Ей нужно будет попасть туда, чтобы поймать сигнал бомбы, которую ранее установил сам Тобиас.

– Что же будем делать мы? – спрашивает Адам.

– Вы должны достать нам вертолет и пилота.

– Как? – спрашиваю я.

– Этого в записях Тобиаса нет. Но я уверен, вы справитесь. – отвечает мэр.

– Подождите. – говорю я. – А когда вы собираетесь взорвать бомбу?

Бенджамин Аллен всматривается в мои глаза, и я думаю, он понимает, что именно меня интересует.

– После того, как все Моры отдадут дань уважения новому Совету семерых. Как только последний Мор покинет их замок, Совет уходит в трехдневную молитву. К ним никто не приходит и не имеет права отвлекать их от данного действия. Это лучший момент.

Смотрю на Адама и спрашиваю:

– Но ты говорил, что большая часть Совета хочет раскрыть тайну Моров миру. Не все.

Киллер слегка кивает головой.

– Но вы хотите убить всех. – ошарашенно говорю я.

– Дело не в том, чего хотим мы. – произносит Бенджамин. – Единственно важное ‐ убрать тех, кто хочет повергнуть мир в хаос. В таких делах сопутствующий ущерб необходим.

– Я поняла. – говорю это и смотрю на свои руки. То есть я стану убийцей. Бросаю взгляд на Тони, который по-прежнему не пришел в себя. Я стану подобной ему.

– Вылет завтра в шесть утра. И дайте своей подруге что-то успокоительное, чтоб завтра на острове она не выдала нас. – это последние слова, которые были сказаны в том кабинете.

Мы сразу же покинули резиденцию мистера Аллена. Но, прежде чем отправится к Киллеру, мы заехали в дом к Серене. Она забрала с собой Пончика. Сейчас они спят в соседней от меня комнате. Я же не могу сомкнуть глаз. Понимаю, что сон мне сейчас необходим, но уснуть не могу. Я вспоминаю, с каким убийственным взглядом Киллер заносил кулак для очередного удара по лицу Тони. Потом думаю о том, как он держал меня за руку, когда мы ехали обратно. Как только машина сдвинулась с места, Киллер сразу же протянул ко мне руку и уже привычным движением сомкнул наши пальцы, создав из этого своего рода замок.

Переворачиваюсь в очередной раз на другой бок. Боже, как же я сама себя бешу. Когда это я успела стать кроткой и нерешительной? Сажусь на кровати и смотрю на дверь. Если я сейчас выйду из комнаты, поверну налево и сделаю четыре шага, то буду стоять напротив двери в комнату Киллера. Это очень глупо, но мне будет спокойнее рядом с ним. Все эти дни мы ни разу не затрагивали тему той ночи, он ни разу не задал вопрос о том, вымышленном мною ребенке. Он просто делает вид, что ничего и не было. Я тоже стараюсь держаться особняком. Но разве есть смысл быть особняком, если есть вероятность того, что завтра наступит конец света? Думаю, нет. Да я уверена, что нет.

Так или иначе судьба снова свела нас вместе. Встаю с кровати и с каждым шагом задаю себе очередной вопрос, который заставляет меня двигаться в направлении комнаты Киллера. А что, если завтра что-то пойдет не так? Если нас поймают? Если не удастся спасти этот мир? Если кто-то из нас умрет? От каждой из этих мыслей мне становилось только поганей и поганей.

С последним заданным вопросом самой себе я оказываюсь перед комнатой Адама. Тут заканчивается моя уверенность. Стою и переминаюсь с ноги на ногу. Рейчел, ну ты и трусиха! Эта мысль служит своего рода пинком. Заношу руку и стучу.

– Что случилось? – доносится из-за двери спокойный голос Киллера.

Вдох. Выдох. Протягиваю руку к ручке и поворачиваю её. Вхожу в комнату и вижу, как Киллер лежит на кровати, закинув одну руку за голову. Он слегка хмурит брови. Видимо, думает, что я сейчас ему что-то дельное скажу. Не просто же так я посреди ночи пришла? Молча подхожу к кровати и боюсь, что сейчас он попросит меня покинуть его комнату. Тогда я просто сгорю со стыда и улечу жить на другую планету. Но он молчит. Откидываю одеяло и забираюсь к нему на кровать. Я пришла сюда за успокоением, но сейчас сердце настолько быстро стучит, что ещё секунда, и оно пробьет грудную клетку. Всё это время Адам молча смотрел за моими действиями.

Ложусь лицом к нему и из-за свечения ночника отчетливо вижу его лицо. Он напряжен? Рассержен? Он так странно смотрит на меня. Я собираюсь что-то сказать. Не важно что, что угодно. Но Киллер не облегчает мне задачу и спрашивает: