Он внимательно рассматривает меня, словно не видел долгое время. Я чувствую его взгляд настолько остро, будто он касается меня руками.

– Зачем ты позволил мне влезть в твои воспоминания? – прямо спрашиваю я.

Брайан концентрируется на моих глазах.

– Ты знаешь ответ на этот вопрос.

Знаю, но хотелось бы услышать это от него. Отворачиваюсь, лишь бы не смотреть на него, и тут Брайан говорит:

– Ты должна была это увидеть.

– Что именно? – уточняю я, не поворачиваясь к нему лицом.

– Что ты нужна мне больше, чем я тебе.

Все же оборачиваюсь.

– Как это понимать?

Брайан только собирается отвечать, как Охра начинает шевелиться. И в этот момент единственное, что я хочу сделать, так это вырубить ее снова.

– Эшли, – зовет она.

– Мы не договорили, – сообщаю я Брайану и подхожу к Охре.

Помогаю ей сесть на стул, вспоминаю, с какой легкостью Брайан уже убивал на этом же месте, но решаю не сообщать Охре о былом инциденте.

– Эшли, Крис сошел с ума, он угрожает мне и…

– Охра, – спокойно говорю я, смотря ей в глаза. – Это не угрозы. Крис сделает все, что обещал. Уж такой он человек, даже если дает необдуманные обещания, он их выполняет.

Слышу, как Брайан хмыкает у меня за спиной, понимая, что это была отсылка к нашему с ним делу, а не к Охре.

– Но я ничего не делала, – жалобно стонет она.

– Объясни, – прошу я и сажусь напротив девушки.

Она то и дело бросает на Брайана взгляды, полные ужаса. И я понимаю ее страх. Сама когда-то его испытывала. Славные были времена.

– Почему вы решили, что я как-то причастна… к этому? – спрашивает Охра, располагаясь на стуле.

– У нас есть доказательства, – нагло вру я.

Взгляд Охры бегает по моему лицу, ища там признаки лжи. Жаль ее расстраивать, но она там не найдет ни единого следа. В искусстве обмана я уже много лет, и чаще всего не по своей воле. Ни один мускул на моем лице не дрогнет.

– Я не думала, что все зайдет так далеко, – шепчет она, тем самым подводя черту.

Твою же мать, Охра.

– Зачем ты это делала? – спокойно спрашиваю я, давая понять, что я на ее стороне как и мое сердце, полное сострадания.

– Это… я бы сказала, что это досталось мне по наследству, – выпаливает она.

– Как это? – уточняю я.

Охра бросает взгляд на Брайана, потом снова смотрит на меня.

– Поул пришел в мой дом, когда мне было двенадцать. Он разговаривал с моим отцом, папа тогда работал в охране Куина-старшего, но занимал достаточно посредственную должность. Его никто не замечал, он всегда был на десятых ролях и пытался как-то прожить и вырастить троих дочерей.

Троих дочерей? Во времена напряженной рождаемости, семья Охры достаточно богата.

– У тебя есть сестры? – не веря, спрашиваю я. – Люк говорил, что у тебя никого нет.

– Они есть, но с того дня я их никогда не видела.

– Поподробнее и побыстрее, – торопит Брайан.

Охра тут же кивает, да так сильно, что я боюсь, как бы голова не свалилась с плеч.

– В тот день папа заключил соглашение с Поулом. Поул пообещал забрать старших дочерей и приютить их в Ротоне. Он обещал полностью их обеспечивать и найти достойных мужей, которые смогут вывести их в так называемый высший свет того города. Папа согласился, потому что уже тогда болел и знал, что после его смерти нам будет… тяжело. Взамен на благополучие моих сестер, он пообещал, что будет делиться информацией с Поулом. А потом, после смерти папы, все это должна буду делать я.

– Ты могла сказать, что отказываешься, – говорю я.

Охра смотрит на меня полными боли глазами.

– Тогда он бы убил сестер, ведь они находятся там. В Ротоне. Это папа дал слово и завещал держать его, чтобы хоть кто-то из его дочерей смог жить нормально.

– И как много ты рассказывала Поулу? – спрашивает Брайан.

Как только он начинает говорить, Охра вздрагивает, а я пытаюсь унять мурашки, что без моего ведома бегут по его зову.

– Папа познакомил нас через шесть месяцев после того, как сестры покинули Салем. Но его не было долгое время. У нас есть место, куда я должна приходить каждый день, там Поул оставляет записки с заданиями и просит рассказать то, что ему нужно. Также в письме я уношу ответы, – рассказывает Охра, смотря на свои сжатые в кулаки пальцы.

– И что он просил? – спрашивает Брайан.

Охра бросает на него испуганный взгляд:

– В основном его интересовал Люк и Эшли.

– Ты специально попала в дом Люка? – интересуюсь я.

– Нет. Это вышло случайно, он предложил работу, я согласилась.

– И предавала его каждый день, – подмечает Брайан.

– Нет, – шепчет Охра. – Я спасала сестер.

Кажется, что девушка сейчас снова заплачет, глаза уже полные слез, но Брайана это не останавливает от очередного вопроса.

– А ты не думала, что они уже мертвы?

– Нет. Они пишут мне письма, иногда я нахожу их там же, вместе с посланиями от Поула. Он правда не выдал их замуж, как обещал, но они работают в его доме, даже являются личными охранниками Поула. Они довольны своей жизнью. У них все хорошо.

Твою ж мать…

Я кажется догадываюсь, кто скрывался под масками. Девушки, что сопровождали меня на встречу с Поулом, вероятнее всего, они сестры Охры.

Брайан продолжает закидывать Охру вопросами, она отвечает, потупив взгляд. Мне жаль ее, но именно Охра является еще одним доказательством, что чувства только мешают. Из ее рассказа становится понятно, что это она попросила своего парня открыть ворота, ведь его туда отправили по моему приказу, чтобы Охра и охранник Дэймона не играли в любовь, пока ребенок спит. А в итоге я только упростила Поулу задачу, чтобы он вошел в город. Именно они вдвоем и вынесли меня за пределы Салема.

– Где сейчас твой парень? – жестко спрашивает Брайан.

– Я не знаю, – всхлипнув говорит Охра, – я его после этого не видела.

– Поул убрал его, – уверенно сообщаю я.

– Кто еще с тобой работает? – спрашивает Брайан.

Взгляд Охры концентрируется на мне, и она трясущимися губами просит меня поверить, что больше никто не знает о ее делах. Что она не хотела этого. Что ей жаль…

Я киваю, но тут же говорю:

– Мне нужны доказательства.

– Что? Я не смогу этого доказать, – лепечет вусмерть запуганная девушка.

Поднимаюсь и обхожу стол, Брайан не останавливает меня.

– Ты же не будешь меня пытать? – спрашивает Охра, выпучив красные глаза.

– Нет, – обещаю я и касаюсь ее головы.

Пробраться в сознание Охры не составляет труда. Оно не спрятано за массивной дверью, как это было у Беринга. Оно скрывается за тоненькой шторкой, которая растворяется передо мной. Электрический разряд зарождается внутри меня, и я импульсом посылаю его в кончики пальцев.

Вхожу в воспоминания и проваливаюсь в жизнь Охры.

Я вижу подтверждение каждого ее слова и от этого становится легче. Кроме нее и охранника, больше никто не знал про Поула. Я пробираюсь в воспоминания, где Охра была еще совсем маленькой девочкой, она не помнит мамы, но бесконечно любит отца. Она всегда старалась сделать все так, чтобы он обратил на нее внимание и заметил, но постоянно оставалась в тени старших сестер. Когда в жизни их семьи появился Поул, отец наконец-то заметил младшую дочь. Для нее тот день был счастливым, сестры уехали, а она осталась с отцом. Перехожу от одного воспоминания к другому и вижу, с каким страхом и отвращением она выполняла поручения для Поула. Тем не менее, она всегда делала, что он просил.

Теряю связь с реальностью и отпускаю Охру. Боль тут же пронзает виски, уверенные руки Брайана поддерживают меня и усаживают на стул.

– Ты как? – спрашивает он.

Фокусирую зрение и только после того, как мне удается разглядеть черты его лица, неуверенно киваю и шепчу:

– Нужно немного отдохнуть.

– Что ты увидела?

– Она сказала чистую правду. Не убивай ее.

Перевожу взгляд на Охру, она снова валяется на полу, ее разум был слаб, а я пробыла там слишком долго. Охра второй раз лишилась сознания.