Бросаю взгляд на Люка, он сидит по другую сторону кровати. Обвожу его профиль взглядом. Мне так хочется сказать ему правду. Он поможет во всем разобраться. Или не поверит ни единому слову.

– Люк, – тихо зову я.

Он тут же поворачивается, и я тушуюсь. Должна ли я сказать ему? Как Люк отреагирует? Придушит меня на этой кровати? Поймет и предложит помощь? Отвернется и возненавидит?

Слишком много неопределенности.

Беринг хотел избавиться от всех наследников Куина. Но здесь, в стенах острова, Люку не грозит никакая опасность. Беринг не дурак и не будет так подставлять себя и свою власть.

– Ты что-то хотела сказать? – спрашивает Люк.

– Да, но я думаю это подождет.

– Уверена?

– Да. Когда нам выходить?

Люк бросает взгляд на часы.

– Сейчас.

Он встает с кровати, я тоже поднимаюсь, но не двигаюсь с места, потому что Люк уже стоит напротив. Поднимаю голову и смотрю на уже такое родное лицо. Я ведь ненавидела его всей душой, а теперь боюсь того, что он возненавидит меня.

– Эшли, – шепчет он и нежно отодвигает волосы мне за уши. – Я всегда буду рядом. Не бойся их. Хорошо?

Киваю, ведь сказать ничего не могу. Ком закрыл проход для слов напрочь.

Покинув наше временное жилище, беру Люка под руку и прижимаюсь к нему так, словно он может раствориться в любую секунду. Когда-то я этого желала, но не сейчас. Мне куда спокойнее, когда он рядом. Вчера, после того как воспоминания о пропавших годах обрушились на меня и я потеряла сознание, Люк принес меня в комнату и не отходит ни на шаг. Он заботиться обо мне, а я ему лгу.

После разговора с Берингом я обязательно поговорю с Люком. Должна.

Мы дошли до нужного места слишком быстро. Это самое большое здание на острове. В нем нет окон, чтобы никто из местных не мог подслушать или подсмотреть, что же происходит за круглым столом, который расположили в центре на первом этаже. Вокруг стола стоят тринадцать стульев, напротив, на столе, лежат папки разных цветов. Зеленые находятся четко напротив черных.

За красными папками уже сидят двое. Люк сразу же ведет меня к ним. Он предупредил, что я должна буду познакомиться со всеми. Правила приличия, видите ли.

– Эшли, хочу представить тебе семью Миров. Элли, глава города Дэйли, и ее муж – наследник Патрик.

– Приятно познакомиться, – говорю я и пожимаю руки.

У Элли рукопожатие твердое и уверенное. А вот у Патрика вместо пальцев спагетти. Элли открыто улыбается мне и спрашивает:

– Эшли, как вам остров?

– Замечательный, – отвечаю я и возвращаю ладонь на изгиб руки Люка. Он тут же накрывает мои пальцы своими и нежно поглаживает их, не сводя взгляда с Элли.

– Мне тоже он по нраву. Хотелось бы, чтобы весь мир был таким безопасным, но мы имеем то, что имеем.

– Согласна с вами, безопасность превыше всего, – поддакиваю я.

Элли снова улыбается и переводит взгляд с меня на Люка.

– И где это ты нашел ее? Еще на прошлом сборе ты говорил, что брак не для тебя. А я ведь хотела сватать свою дочь.

Не знаю, как у Люка получается, но сейчас он снова совершенно другой. Он подстраивается под собеседника, обстановку словно хамелеон. Он рассказывает Элли нашу выдуманную историю, а я наблюдаю за реакциями Патрика и Элли. Элли приятно удивляется, узнав, что я работаю в доме Печали. Из-за этого я понимаю, что именно Дэйли отвечают за медицину, и она – та самая женщина, о которой ранее упоминал Люк. Реакции Патрика никакие. Он сам по себе вообще никакой. Если я отвернусь, то тут же забуду, как он выглядит. Я бы описала его одним словом – серый. На нем ярко-красный плащ, но это не отменяет его невзрачности.

Со второго этажа по круглой лестнице спускается пара в желтом. Это оказались представители города Мега. Рита и Олиф Рэтт – супруги. Обоим около пятидесяти лет. И они очень похожи внешне. Русые волосы с проседью, короткие стрижки, светлые глаза и овальные лица. У них даже рост одинаковый. Если снять с головы Риты диадему, то я бы их не различила. После того, как Люк представил меня им, они уселись на свои стулья и со скучающим видом стали смотреть на входную дверь.

Следующими пришли Отто и Маргарет Блум из города под громким названием Олимп. Брат с сестрой были облачены в ярко-оранжевые мантии. Держались особняком, а высокомерностью от них разило так сильно, что слезились глаза. Они уселись по правую сторону от нас с Люком и тут же начали вести разговор между собой, словно посторонних и не было. Они жаловались друг другу на местные удобства и отсутствие нормальной дороги от посадочной площадки до причала. Во втором я с ними согласна, а в первом – они конечно охренели.

Следующими пришли Дик и Рикардо Хитты главы города Мирод, именно это поселение отвечает за консервацию. Они готовят еду к холодам и на случай непредвиденных засух, палящего солнца и прочих капризов природы. Отец и сын уселись, всем кивнули и не проронили ни единого слова.

Потом пришел Бертрам Соул, старик в нежно-голубой мантии. Он был один, еле шаркал ногами. Не представляю, как он прошел дорогу до причала. Как его никто не сожрал и не покалечил? Как сердце не остановилось? Если учитывать его скорость перемещения по залу, то он шел не неделю, как мы с Люком, а месяца четыре.

– Почему он один? – спросила я шепотом у Люка.

– Он последний из своей семьи.

– А кто будет владеть городом после того, как… ну ты понял?

– Неизвестно. Соулы первые, кто не расплодился направо и налево.

Киваю и перевожу взгляд на старика. Он продолжает шаркать, а входная дверь снова открывается впуская внутрь две черные накидки. Семья Беринг. Мой бывший покровитель – Эратон и его сын Поул, мой бывший жених. Или настоящий.

Поул немного изменился с нашей последней встречи. Кажется, стал шире в плечах, а в глазах появились искры превосходства над остальными. Он похож на своего отца, но ему не хватает харизмы, он словно не дотягивает до именитого родственника. Старается пародировать, но из-за недостатка актерского таланта, это выглядит неубедительно.

Отец и сын устраиваются напротив нас, приветствуют всех. Поул никак не показывает, что был знаком со мной ранее. Я же не могу отвести от него взгляда. За те годы, что я провела в их владениях, я слишком часто с ним виделась. Какой-то симпатии между нами не было. Он пытался угодить отцу и взял бы в невесты даже зараженную. Я заключила договор. На этом мы и сошлись. Однажды даже обсуждали нашу жизнь после заключения брака. Мы решили жить в разных комнатах, а на людях показывать себя, как сплоченная семья.

У меня что, на роду написано играть роль чьей-то половинки?

– Давайте ознакомимся с насущными вопросами, – предлагает Бертрам Соул скрипучим голосом.

Все открывают папки и начинают читать. Следую их примеру, пролистываю страницы. Тут написано о былых договоренностях между городами. У некоторых срок действия подходит к концу, там подписаны новые предложения или предлагается пролонгация. Кто-то за что-то просит неустойку. Мирод просит увеличить срок поставок консервированной продукции во все города на две недели. Объясняется это тем, что один из станков находится в ремонте и они не успевают.

Продолжаю просматривать столбики цифр, даты договоров, пробегаю взглядом по ничего для меня не значащим текстам.

Как же это все неинтересно.

Скука слишком быстро подкрадывается ко мне. Желание закрыть папку слишком велико, но я продолжаю листать ее с умным, как мне кажется, видом.

Чувствую на себя взгляд и медленно выглядываю из-за папки. Поул внимательно смотрит на меня, дарит короткую улыбку и легкий кивок.

Сердце срывается с места. Что если Люк заметил? Перевожу взгляд на него, он полностью поглощен в бумаги. Между бровями залегла складка.

Успокаиваю сама себя и снова делаю вид, что читаю документ. А сама думаю, как бы мне оказаться наедине с Берингом. Как выловить главу семейства так, чтобы ни одна живая душа этого не заметила?

Да никак мне этого не сделать. Люк всегда рядом.