Гаррет не дожидался моего ответа. Он развернулся и ушел, словно не хотел находиться рядом со мной. Оно и понятно, чтобы спасти меня, он лишится холостяцкой свободы. Не думаю, что какому-либо мужчине было бы приятно, чтобы единственным выходом из сложной ситуации стал брак с посторонним человеком.

Я осталась сидеть на высоком стуле и гипнотизировала на бумаги, словно они были ядовитыми. Первые десять минут я даже не могла к ним прикоснуться. Старалась делать вид, что этих бумаг вообще не было.

Я что должна стать женой Гаррета Уорда?

По-настоящему?

Да нет, скорее я все поняла не так. Хотя с моей удачливостью Гаррету придется недолго терпеть звание женатого. У него есть все шансы превратиться во вдовца к вечеру после свадьбы. Хотя она уже, получается, прошла.

Я запуталась. Операции на мозг, знаете ли, дело нешуточное.

Когда напиток остыл, и я смогла выпить его полностью, я подтянула к себе бумаги и стала читать. Там было не много листов, всего три. Из условий, которые были прописаны мне, оказалось всего одно, я должна была сказать Гаррету, когда наш брак станет для меня невыносимым. С его стороны было куда больше обязанностей. Он обещал оберегать меня, не давать в обиду, отстаивать мои права перед остальными, какими бредовыми бы они ни были. Гаррет обещал предоставить мне жильё, машину, огромную сумму на счет, которой я смогу пользоваться по своему усмотрению. Мне нужно было только поставить подпись в конце каждой страницы. Не знаю, как долго Гаррет мучил эти листы, но они были изрядно помяты.

Ну это же бред чистой воды. Какой брак?

Я не подписала бумаги по двум причинам, но не зацикливаясь на них, спрыгнула со стула и пошла на крышу, забыв про то, что мне нужно было одеться. Кроме бутафорского брака, у меня имелось еще куча вопросов, на которые кроме Гаррета никто не мог дать ответов.

Выйдя на крышу, я тут же поежилась. Пошла в сторону кресел и опустилась на второе, Гаррет, не смотря на меня, спросил:

– Подписала?

– Нет.

Он повернулся.

– Я сам не в восторге от этой перспективы, но, боюсь, у тебя нет более приемлемого варианта. Если ты не подпишешь, то я не смогу тебе помочь. Рихан схватит тебя, как только ты выйдешь из квартиры. Я тебе скажу больше, за дверью уже стоят его люди.

– Я не хочу вешать тебе на шею этот камень. Мы друг друга не знаем, какой брак? Гаррет, это все какой-то бред.

– Я бы не назвал это бредом.

– Ты сам сказал, что не в восторге от этой перспективы. – Я поднялась и, кажется, даже повысила голос. – И я тебя понимаю, для чего тебе нужна в качестве жены беглянка из нищего Сектора, которая не понимает в столичных делах вообще ничего? Которую постоянно преследуют неприятности? – Я подняла вверх левую руку. – Для чего тебе нужен уродец? Гаррет, просто увези меня за пределы Столицы и оставь там. Так всем будет лучше. Я выживу, справлюсь, сбегу куда-нибудь.

Он встал и медленно подошел ко мне. Пришлось вскинуть голову, иначе я бы смотрела на его шею, а не в глаза. Я чувствовала его присутствие, словно он был не передо мной, а вокруг меня.

– Кто тебе давал право решать, что мне нужно, а что нет? – тихо спросил он. – Я сказал, что не в восторге от данных событий, и это действительно так. Я вообще никогда не думал, что у меня будет жена, и уж тем более не собирался ее об этом упрашивать. Понимаешь, я бы предпочел подождать, когда бы ты этого сама захотела. Возможно, не брака, а нахождения рядом со мной. Я бы предпочел подождать момента, когда ты бы поняла, что я достоин твоего внимания, а не наоборот. – Я слушала его и понимала, что сердцебиение разгонялось с каждым сказанным Гарретом словом. – Ты не урод, не беглянка из нищего Сектора, и ты не обязана разбираться в столичной жизни. У меня таких требований к жене нет.

– А какие есть?

Гаррет глубоко вздохнул и обведя мое лицо взглядом, начал говорить:

– Мне нужны взаимопонимание, верность, честность и скорее всего любовь.

Теперь была моя очередь сглотнуть, но сказать я ничего не успела, Гаррет печально улыбнулся и продолжил:

– Но ты к этому не готова. Я понимаю, поэтому с твоей стороны и прописан всего один пункт, сказать мне правду о том, когда тебе этот брак станет невыносим. Мы разберемся с Риханом и всей этой хренью, что называется политикой, а потом ты сможешь уйти. Уйти, Рэйвен, не убежать.

Перспектива не бегать всю жизнь очень привлекала, но я не хотела того, чтобы Гаррет в один прекрасный день возненавидел меня из-за того, что я бы мешала его жизни.

– Гаррет, вокруг столько девушек, тебе не стоит тратить свою жизнь на меня. Ты достоин куда большего. Я не смогу тебе дать того, что ты ждешь от брака. Взаимопонимание, это очень соблазнительно, но порой я даже не понимаю, о чем ты говоришь. То про каких-то черепашек, то еще про что-то. Верность, с этим проще, но с моей стороны мужчинам я в этом плане больше доверять не могу. Честность, да, это я могла бы тебе дать, но не любовь. Ее у меня просто не осталось.

– Ну вот, честность уже на нашей стороне. Мне нравится, что ты не боишься своих истинных мотивов и мыслей, не прячешься за пустыми словами. Ты мне ничем не обязана, если после времени, что мы проведем вместе, после того, как Рихан будет закрыт за измены Столице, ты можешь просто подойти и сказать мне, что с тебя довольно. Мы разведемся, и ты будешь свободна. Этим контрактом… Рэйвен, я не собираюсь заковать тебя в кандалы и заставлять быть со мной до моего последнего вздоха.

– Ты не будешь держать меня? – прошептала я.

– Не буду, если ты сама этого не пожелаешь.

Не знаю как, но Гаррет стоял уже слишком близко ко мне, я чувствовала жар его тела, он обволакивал и окутывал меня со всех сторон. Я кивнула. Гаррет не предлагал мне брак в обычном его понимании. Этот союз способен помочь нам обоим. Я стану неприкосновенной для Семьи Основателей, и не буду свидетельствовать против Гаррета.

– Не думал, что перспектива брака со мной настолько ужасна, что мне буквально приходится тебя уговаривать, – сказал Гаррет, и на мгновение я увидела в его взгляде то, чего там никогда не было. Печаль. Настолько сильная печаль, что она отозвалась во мне, и сердце сжалось.

Гаррет начал отходить, я схватила его за руку и подступила, нас теперь практически не разделяло никакое расстояние.

– Это не так, – прошептала я, Гаррет опустил взгляд на мои губы, а потом снова посмотрел в глаза. – Я просто не хочу, чтобы ты об этом жалел, а потом и вовсе меня возненавидел. Я ведь тебе не нравлюсь. А это будто важно для брака. Хотя я там и не была, и не собиралась, но что-то же должно быть.

Какое-то притяжение, но этого я уже не сказала, потому что с моей стороны, это, кажется, было.

– Кто это сказал? Кто сказал, что ты мне не нравишься?

– Ты. Гаррет, ты постоянно сравнивал меня с Джо, – говорила я и чувствовала, что это сравнение было мне неприятно. Стало неприятным. – Как бы мы ни были похожи, я бы хотела, чтобы ты видел меня, а не ее призрак.

Гаррет сжал пальцы на моей ладони и прошептал:

– Я уже давно вижу тебя. Не ее.

В груди защемило. Я не ожидала, что разговор зайдет в такое русло. Теперь не я ходила по минному полю, а мы вместе кружили по тонкому стеклу, которое хотело разбиться вдребезги от одного неосторожного слова, обещания или действия.

Я кивнула.

– Я подпишу, но после того, как все это закончится, мы разведемся. Хорошо?

Дело было не в том, что брак с Гарретом казался для меня ужасным. Совсем нет. Но я действительно не хотела становиться камнем на его шее. Я была ему бесконечно благодарна, за все, что он сделал для меня и за то что собирался сделать, но насильно мил не будешь.

– Я согласен.

Он отпустил мою руку и вернулся на кресло. Я опустилась на соседнее. Мы просто поговорили, а казалось, что я бежала сутки, так устала и перенервничала, что голова пошла кругом. Гаррет не смотрел на меня, а я наблюдала за его профилем. Гаррет был… грустным. Словно я сказала то, чего он не хотел услышать. Но я не была столь высокого мнения о своей персоне и понимала, что Гаррета гложили другие проблемы. Чтобы разобраться, что происходило, пока я была в отключках, я спросила: