– С пальцем? Отрезали.

– За что?

Перед глазами появилось лицо Веласа, но не то, когда он отрезал мне палец, а перекошенное, наполовину сгоревшее, с приоткрытым ртом.

– Не послушала предупреждение опасного человека.

Пару мгновений тишины, а потом бродяга кивнул и продолжил есть.

– Бывает, – сказал он.

– Надеюсь, не повторится.

Я не могла сидеть с бродягой вечно, нужно было возвращаться в квартиру, но я не хотела туда идти. Даже думать о новых баталиях была не в силах.

– Ты не городская, – тихо проговорил бродяга. – Они к нам никогда не подойдут, боятся, брезгуют. На столичную тоже не похожа, слишком неприметная.

– Тебе лучше не знать, откуда я.

– А если я уже знаю?

Сердце пропустило удар. Я медленно повернулась к бродяге, он внимательно смотрел на меня. Я начала подниматься, но слова бродяги остановили меня.

– Я никому не сказал. Точнее, не передал в службу охраны.

Я не видела в его глазах лжи, хотя прекрасно понимала, если довести искусство вранья до идеала, то и сам будешь путаться, где правда, а где нет.

– Почему? – Голос звенел от напряжения.

– Мне с этого никакого толку. А помогать столичным толстосумам я не собираюсь. Они мне ничем не помогают.

– Откуда ты узнал кто я? – спросила я в надежде, что он перепутал меня с кем-то.

– Севилья сказала.

– Кто?

Он кивнул в сторону.

– Рыжая проститутка. Севилья пришла к нам из центра, ее выперли за то, что откусила клиенту член. Там она теперь в черных списках. Работы ей не видать.

Я перевела взгляд на Севилью. Высокая, с грязной копной рыжих волос, в короткой юбке и с шикарной грудью, которая прикрыта лоскутом ткани.

– И что она тебе сказала?

– То, что вы беглецы из Ристалища и вас показывают по всем центральным экранам.

Я вернула внимание к бродяге. Этот вопрос мучил меня, когда я осталась одна в квартире мистера Берьетты, а Вивиан ушла за остальными. Я много думала о том, что нас уже должны были узнать. Будучи в бункере, мы видели репортажи, там были не только фото, но и видео с нашим участием. Из передач было понятно – нас тут ожидают. Но вот мы в Столице, и никто не узнал шестерку беглецов.

– Но нас до сих пор никто не узнал. Кроме вас.

Я думала об этом, но ответа так и не смогла найти. Не думала, что мне его даст бродяга из подворотни.

– Посмотри на них, – сказал бродяга, и я перевела взгляд на прохожих. – Они не видят ничего дальше своего носа. Столичные заняты только собой, своими шмотками, домами, семьей, развлечениями. Городские заняты работой, они приезжают сюда и горбатятся за копейки, лишь бы накормить семью и прикупить им теплую одежду к холодам. Даже если ты сейчас встанешь и крикнешь, что ты сбежала из Ристалища, они не остановятся посмотреть на тебя. Им это просто неинтересно.

– Но не тебе. Тебе это интересно.

– Сидя здесь большую часть дня, я имею возможность наблюдать, слушать и складывать обычные примеры.

– Какие?

– Такие, что ваша компания скоро будет поймана, но тем, кто проходит под этой аркой день изо дня, им будет плевать пойманы вы или нет.

Бессмыслица какая-то.

– Тогда зачем нас ловить? – спросила я.

– Для тех, кто под этой аркой никогда не проходит.

– Я не понимаю.

Я продолжала провожать взглядом людей. Они действительно были слепы ко всему, что их окружало.

– Вас поймают для Семьи Основателей и для тех, кто живет в центре. Если сунешься туда, то не продержишься и суток. Именно там ваши лица на каждом экране. Они настолько засвечены, что даже проститутки в курсе, кто вы и сколько на вас поставлено.

Я наконец перевела взгляд от людей, которые были мне неинтересны, так же, как и я им, и посмотрела на профиль бродяги.

– Это предостережение?

– Можно и так считать.

– С чего вдруг? Ты меня вообще не знаешь.

Он перевел на меня насмешливый взгляд.

– Мне необязательно знать тебя, но я тоже уважаю честные сделки. Ты могла не приходить и не отдавать мне деньги и тем более могла не приносить суп. Ты мне нравишься больше столичного люда.

Я кивнула и предложила:

– Может, мы заключим новую сделку?

– Какую? – Прищурился бродяга.

– Я буду приносить тебе еду, а ты будешь рассказывать мне о Столице.

Он криво улыбнулся.

– Что тебя интересует?

– Все.

Пару мгновений бродяга смотрел на меня, в итоге кивнул и протянул руку, я пожала ее.

– Договорились, – сказала он.

– Мое имя…

– Я знаю. Рэйвен из Синта.

– А твое?

– Рэндал.

– Приятно познакомиться, Рэндал.

Так была совершена вторая сделка за два дня. Я была слепа в Столице, как новорожденный котенок. Но теперь у меня появился человек, который в силах объяснить мне правила местной жизни.

Вернувшись в квартиру, я села в обустроенный мной и Шанти угол и думала о том, что узнала от своего нового знакомого. Я не стала рассказывать остальным, что в Столице есть люди, которые знают о том, кто мы такие и что мы уже здесь. Я знала, что Чейз моментально начнет собираться, и мы отправимся в неизвестном направлении.

Следующие три дня я думала о том, что с моей стороны было неправильным держать мои походы под арку в секрете. Точнее, все знали, что я уходила, но не знали куда. Эти три дня показали, что Рэндал не собирался сдавать меня. Хотел, сделал бы это уже давно.

Мы прожили в квартире мистера Берьетты три недели. Три недели тесного соседства с незнакомым столичным цветком и недовольным Чейзом. Мы так и не поговорили. Мы были единственными, кто уходил из квартиры. В разное время, по разным причинам. Мы отдалились. Несколько раз я хотела подойти к Чейзу и поговорить, но что я могла ему сказать? Я до сих пор считала, что была права, и знала, что он своего мнения из-за захвата квартиры мистера Берьетты не изменил. На второй день нашего прибывания в квартире зеленоволосого мистера, он сообщил нам, что через день ему нужно было идти на работу. Изначально это показалось проблемой, но Берьетта связался с работодателем, через Ами и сообщил, что берет отпуск, который он пропустил в прошлый раз. Работодатель был не рад, но смирился.

На душе скребли кошки. Я часто ловила на себе задумчивые взгляды Чейза, но как только наши взгляды встречались, он отворачивался. Наше былое взаимопонимание казалось сном.

Три недели я выходила из дома в одно и то же время и отправлялась к Рэндалу с едой наперевес. Мне удалось узнать о жизни Столицы многое. Во-первых, отсюда не так просто выбраться. Три уровня защиты, которые я видела при въезде, нельзя обойти, они окружают Столицу непрерывным кольцом. Чтобы выбраться нужно передвигаться только на специальном транспорте или в машинах, вертолетах Семьи Основателей.

Во-вторых, я узнала, что в Столице, как и везде, есть иерархия. Самые сливки общества, как и Семья Основателей живут в центре. Там, естественно, собралось все самое лучшее. По сути, мы жили на окраине Столицы. Расплачиваются здесь так же марками, как и на Синте, в центре только электронно, на окраине бумагой. Центр отделен от окраин не только визуально, но и физически, там стоит магнитный барьер, который сообщает о количестве людей, благодаря карточкам, которые все без исключения, если не считать Семью Основателей, носят при себе, безопасники знают всех поименно – могут отследить по картам. Кроме этого, в центре много военных, которые оберегают столичные сливки от прокисших с окраин. Безопасниками их называют в Столице, но по сути это те же самые блюстители в Синтах.

В-третьих, столичные жители помешаны на внешнем виде. Чем ярче – тем привлекательней. Золотой цвет под запертом, им пользуется только Семья Основателей.

А вот о корпорации Рэндал мне ничего не рассказал. Все знают, что корпорация и Семья Основателей правят Столицей, городами и Секторами, но вот представителей корпорации никто никогда не видел.

Три недели спокойствия и новой информации прекратились, когда Чейз вернулся домой глубоко за полночь. Он разбудил всех и сообщил нам новость: