– Зачем?

– Мне доложили о сегодняшнем инциденте с Веласом. Я хочу объяснить тебе, как обстоят дела на Ристалище. У нас постоянно, с разным промежутком времени происходят Игры. За победу на этих Играх мы получаем необходимые вещи. Без них мы бы уже давно вымерли. У нас тут нет заводов, фабрик, ткацких мастерских, нет ничего. Только люди, идущие за своим главным инстинктом. Инстинктом выживания. – Он подержал паузу, чтобы последние слова дошли до меня и укоренились. – Мы как дети, которые полностью зависят от родителя. И родители дают нам то, что нужно, а точнее, то, что они считают нужным. В последние две победы мы получили новое оружие, но без патронов. Старые заканчиваются, они уже практически на нуле. На данный момент патроны есть только у Топоров, и они нам нужны, чтобы выжить.

Не понимаю, зачем он тратил время, чтобы сказать мне то, что я и так знала.

– При чем здесь я?

– Ты была там и слышала условие Веласа.

Я перевела взгляд на Чейза, его лицо не изменилось. Он так и был холоден. Да что, черт возьми, с ним такое? Он ведь всегда защищал меня. Не знаю почему, но это действительно было так.

– Вы хотите меня продать? – спросила я, смотря на Чейза.

– Обменять, – ответил Хант.

Я тут же начала пятиться к двери. Нет. Нет. НЕТ!

– Вы этого не сделаете.

– В Фениксе проживает слишком много людей, Топоры стали нашей опасностью. – Кажется, Хант начал выходить из себя. – Они постоянно нападают, стали чаще побеждать на Играх, так как у них больше людей, входящих в сотню. Еще немного, и они смогут нас уничтожить. Подумай о людях, которые живут в этих стенах.

Он замолчал, скорее всего думал, что его тирада убедила меня.

– Прости, Хант, но я думаю только о себе. Жизнь научила.

Он отрицательно покачал головой.

– Здесь так не получится.

– Тогда я уйду. Я не выживу, если попаду к Веласу, он убьет меня, а патроны рано или поздно у вас снова закончатся. – Я заводилась с каждым сказанным словом. – Понимаю, что вам плевать на мою жизнь, но я не пойду туда! Найдите другой выход. Я не согласна положить свою жизнь на коробку патронов. Это дебилизм.

Видела, что Ханту не нравилось, как я с ним разговаривала, но он пока не пристрелил меня, да и не будет этого делать. Я оказалась нужна ему. Какой неожиданный поворот. Я всего лишь валюта, не больше, но это дало мне уверенность.

Чейз вступил в разговор, а я и вовсе позабыла, что он здесь. Если думает, что я буду хранить его секреты, а он не встанет на мою сторону, то пиздец как ошибается.

– Ты отправишься в Топоры…

– … Нет.

– Послушай меня, – спокойно продолжил Чейз. – Мы не продаем тебя и даже не обмениваем. Так должен думать Велас, не ты. Уже долгие месяцы мы не можем подобраться к их Клану. Они практически никого не берут из новых, из старых и подавно. Помнишь день, когда мы праздновали победу на Играх?

Я тут же вспомнила, как танцевала, а потом целовалась с Джеком.

– Да.

– Тогда нам удалось получить в дар взрывчатку, которую мы хотим разместить в главном здании Топора.

– Так разместите.

Все нутро противилось тому, что Чейз и Хант пытались мне объяснить. Мне было плевать, что в их словах была логика. Но на кону стояла моя жизнь.

– Не можем, – сказал Чейз. – Велас слишком осторожен. Нам не забраться на территорию их Клана, не подговорить тех, кто там живет. Мы пробовали оба этих варианта. Несколько раз. Но ты стала интересна Веласу, и эта наша возможность, убрать его навсегда.

– Ты видел, в каком плане я была ему интересна! Да он бы изнасиловал меня и убил!

Сердце колотилось в районе горла.

– Нет. Этого не произойдет. Всех рабынь Велас держит в другом здании, в первый же день, когда ты попадаешь туда, то выйдешь из этого здания и откроешь ворота, которые находятся на задней стороне…

– Вы сошли с ума. Я не смогу это сделать.

– Сможешь, – сказал Хант, развалившись в кресле. – Ты слишком любишь жизнь, чтобы сдаться.

Вот именно, поэтому я туда не сунусь.

Но я решила сменить тактику и не пытаться их облагоразумить. Ладно Хант, ему плевать на меня, но я предполагала, была практически уверена, что Чейзу нет. О чем я вообще думала?

После недолгой тишины, я спросила:

– И что я должна сделать?

– На третьем этаже есть окна. Спустишься там, потом дойдешь до задних ворот, они охраняются намного хуже, чем главные, это мы знаем уже давно. Откроешь ворота, пустишь меня и выйдешь. Тебе нужно будет пройти не больше километра, Джек заберет тебя, – Чейз говорил это таким будничным тоном, словно мы обсуждаем не шизанутую идею моей скорой смерти, а прогулку под луной.

– А ты? – спросила я у Чейза.

– Я вернусь сам.

Какая самоуверенность.

– А если я не смогу?

Я задала вопрос Чейзу, но ответил Хант. В своей напыщенной манере.

– Не думай, как проигравшая. Ты многому научилась.

– Да, – с сарказмом согласилась я. – Бросать ножи мимо цели. Думаю, это мне очень поможет.

Я была зла на Чейза. Как же я злилась, но не могла понять, почему не рассказываю его секретов Ханту. Что-то останавливало меня. Скорее всего я надеялась, что все это неправда и как только Хант уйдет, то Чейз скажет – тебе не нужно туда идти. Что у него есть другой план, и он снова окажется на моей стороне.

Но этого не произошло. Хант сообщил, что сегодня же меня увезут к стенам Клана Топоров и удалился. А я так и осталась стоять в центре кабинета.

– Это ведь неправда? – спросила я Чейза.

– Правда.

Нет. Чейз, пожалуйста, не разочаровывай меня.

Сердце сжалось до боли.

– Ты не можешь так поступить, – прошептала я.

– Нам придется. Но ты там пробудешь не больше одной ночи. Мы позаботимся, чтобы Веласа в эту ночь не было на территории Клана, не было рядом с тобой. Но я должен попасть туда. Понимаешь? Другого шанса нам не представится. Он должен думать, что победил. Что ты на его территории, только из-за его желания.

– Ты через два месяца слиняешь отсюда. На кой черт тебе вообще все это нужно?

Чейз сжал пальцы в кулак.

– Я не могу позволить Ханту прознать про наш план.

– Твой план.

– Наш план. Ты тоже решила уйти отсюда.

Потому что ты меня позвал. Идиот.

– Будто у меня был выбор.

Чейз сжал переносицу двумя пальцами и глубоко вздохнул.

– Рэйвен, вот сейчас у тебя действительно нет выбора. – Он снова устремил на меня пристальный взгляд. – Тебе придется туда пойти. Я тебе обещаю…

– Да как ты можешь мне что-то обещать? Тебе ничего не стоит оставить меня там и дождаться, когда купол падет, и ты сможешь сбежать в Столицу!

Я все это прокричала, но замолчала, как только увидела злость во взгляде Чейза. Я не хотела его злить. Вообще предпочитаю не находиться со злящимися людьми в одном помещении.

– Ты не должна думать, будто я тебя там оставлю.

– Но я так думаю.

Тихий смешок и неверящий взгляд. Чейз смотрел на меня так, словно в его голове не укладывалось то, что я ему не верю.

– Не понимаю, как это возможно, – сказал он. – Я никогда не давал тебе повода так думать. Не буду вспоминать моменты, когда я рисковал и вытаскивал тебя из передряг, хотя мог этого не делать.

– Я не понимаю твоих мотивов не оставлять меня там. Ты же понимаешь, что он сделает со мной? Он… он чудовище, которое…

– Которое мы уберем вместе с тобой, а потом уйдем. Тебе больше не нужно будет бояться.

Как это сладко прозвучало. Но я не знаю жизни без страха. И мне кажется, это абсурд. Страх полезен, он спасает меня уже больше двух десятков лет. И сейчас он настойчиво, даже более чем, твердит: "Не соглашайся, беги отсюда. Ты ошиблась. Нет у тебя союзников и нет команды".

– Не могу, – сказала я и развернулась, чтобы уйти. В голове я уже прокручивала, как угоню Непобедимую и свалю в закат. Как-нибудь проживу еще два месяца, а потом сама покину Ристалище, ведь я знаю, когда купола не станет.