– Прости брат, у меня свой интерес находиться здесь. Как бы все не обернулось, мое место здесь, я это чувствую, я не уеду, – уверенно проговорила она, а Виктор просто взвыл от обиды. Как она не понимала, что он пытается ее спасти. Закинув голову, он сжал решетку обоими руками, и резко ударился лбом об нее. Сейчас сестра в свете факела могла увидеть лысую голову собеседника и ужаснуться еще раз. Неожиданно до Виктора дошло понимание, ведь она и вправду не представляет, во что лезет. Миа думает, что его казнят, видимо хочет присутствовать, попрощаться в последние минуты и все такое. Девушка скорее всего не догадывается, что у него запланирован побег с очередным массовым убийством всех в замке совета. Всегда проще совершить подобное, находясь в его сердце, пусть и выглядящим, как тюремное крыло.

– Если ты не уедешь сейчас же, ты умрешь, – глаза собеседника блестели, в них колыхалось отражение пламени факела. Отступать от него ей было больше не куда, и Миа отчетливо чувствовала, что вся дрожит. Перед ней стоял вовсе не тот брат, каким она его запомнила. Неужели он угрожает ей? Может ли Виктор лично убить ее, да и как, если сидит здесь, за решеткой? Нет, уехать она не могла, Венториэль в любую минуту мог явиться за пленником, а значит, им предстоит встретиться. Только эта мысль имела какое-то значение в ее жизни сейчас, и потеряв ее, Миа боялась потерять цель в своем побеге вообще. Ну почему он такой? Неужели весь совет настолько ужасен, раз он решил пойти на столь отчаянные меры, как убийство советников? На самом деле дочь герцога плохо его понимала, ведь у нее самой уже сложилось положительное отношение к людям здесь. Ну разве что Джорах слишком резко повел себя с Рэндаллом, а в остальном все слишком хорошо, чтобы быть правдой. Здесь ей самое место.

– Да, я умру, но явно не раньше тебя, – услышала она свой собственный голос, и ужаснулась. Когда она стала такой жестокой, да и откуда вообще взялись эти слова. Сил больше не оставалось, стоять, прижавшись спиной к решетке и смотреть на монстра, каким выглядел брат в ее глазах, она не могла. Сорвавшись с места, девушка бросилась прочь, оставив пленника в гордом одиночестве. Хотя нет, у него была компания, тарелку с обедом облюбовали мыши, накинувшись на него так, словно это их последняя еда.

Пнув поднос со всей силы ногой так, что тот отлетел к стене, посуда побилась, а грызуны разбежались, парень сел на кровати, склонил голову к коленям, и обхватил ее руками. «Надо все ей рассказать» – крутилась мысль, но уже было поздно, сестра ушла. Сон, он мог погрузить девушку в сон и сообщить все там, никто не подслушал бы их разговор, и знала бы лишь она, сможет спастись. Закрыв глаза и вздохнув, Виктор хотел уже коснуться дара, но опомнился и встрепенулся. Нет, нельзя рисковать, если обернется так же, как и в последний раз, то он может и не проснуться к вечеру, а значит, все пропустит. Способность пригодится только в самый крайний случай, да и когда рядом будет Аполинария, которая сможет вытащить его из замка.

Раз сестра настолько упряма, что не желает покидать это место, то возможно, ей все-таки придется сегодня умереть.

Пока слуги исполняли отданные им распоряжения, принявший ванну советник сидел за столом по уши заваленный бумагами. Тут были и счета, и соболезнования в связи с болезнью, смертью герцога, пропажей Миаленики, отчеты разведки со всех границ, доклады управляющего замком и прочий мусор. Среди всей этой белиберды обнаружить хоть что-то понятное не представлялось возможным, по крайней мере в такой короткий срок. Протерев пальцами уставшие глаза, Венториэль окинул помещение. Разместили его в приемной самого короля, где обычно тот работал, видимо больше негде. Так как свой единственный плащ с именем он отдал в стирку, как и основную одежду, пока пришлось обойтись без него. Да и чего ему бояться? Зеленые глаза и длинные каштановые волосы сразу говорили за себя. Такая длина могла быть лишь у лидера совета, кто не знает, тот и про имя справа, скорее всего тоже не слышал.

Покормили его конечно отменно, не так как дома, но намного лучше, чем в пути. Осталось лишь хорошенько выспаться, и парень примет свой обычный уверенный и бодрый вид. После посещения ванной комнаты, Ронина гость не видел, первая пришедшая мысль подсказывала, что он занимается помощью в сборе вещей. Решив не придумывать других занятий для советника, лидер больше о нем не думал. Сейчас его интересовали отчеты разведчиков у стены Больто, и другие послания, имевшие хоть какое-то отношение к надвигающейся войне. Требовалось понять истинное настроение Андраника, догадаться, чего тот хочет на самом деле, и что им от него ждать. Если у короля соседней страны и был свой советник, к словам которого тот прислушивался, то не факт, что его брат станет слушать очередного обманщика. Естественно он мог считать советников лгунами. Один из них обещал ему наследницу Апатии в жены, а в результате так ничего и не получил.

Отложив очередную бесполезную бумажку в стопку к остальным таким же, Вент убрал прядь волос за ухо, чтобы не мешалась, и приступил к изучению следующего сообщения. С самого начала в совете его определили к тем, кто забирает детей из семей. Способностей к политике у него не было, да и он ее не любил, а вот убеждать людей в том, что их ребенку в совете будет даже лучше, что на самом деле правда, для него по крайней мере, это он умел. Наверно только Кленские не поверили сладким речам, и согласились отдать сына лишь после прозвучавшей явной угрозы.

Глаза слипались, временами все плыло перед ними, в том числе и буквы, то и дело приходилось протирать их пальцами. Поглядывая на диван, что стоял в углу справа от двери, Венториэль заставлял себя не думать о сне. Приготовления к путешествию могли закончиться в любую минуту, и тогда у него не будет времени на изучение бумаг. В этой ничего ценного не обнаружилось, переключившись на следующую, лидер совета уставился на буквы так, словно они сейчас пропадут, и прочитанное окажется неправдой.

Встряхнув головой в очередной раз, он сделал глоток крепкого чаю из стоявшей тут чашки, напиток уже успел остыть. Письмо было от Аполинарии, она сообщала, что предатель схвачен, и она везет его в замок совета, что в горах, для казни. Хоть одна хорошая новость на сегодня. Отложив лист в стопку важных и полезных, он продолжил просмотр, однако мыслями оставался уже в другой области. Как же ему хотелось вскочить и сорваться обратно домой, надеясь успеть к казни убийцы, но раз Виктор наконец за решеткой, то можно позволить себе расслабиться и с головой уйти в эту политику. Зелье сработало, Аполи удалось захватить Кленского, и если оно будет работать весь их путь до места назначения, то оттуда он уже не скроется. Даже если способность вернется, парень погрузит всех в сон, но из-за решетки без ключей не выберется.

Облегчение, вот что сейчас чувствовал лидер совета. На его плечи только что давило сразу два груза, и лист бумаги смог избавить от одного из них. Пусть даже он не увидит смерть предателя, этот вопрос закрыт, а значит, все снова будет идти своим чередом. Если конечно удастся предотвратить войну, найти теперь единственного, кто мог бы занять место короля, и убедить народ, принять его, как этого короля. Сразу вспоминалась одна из древних легенд, бродивших по землям Апатии о том, что бастарду нельзя надевать корону, но Вент надеялся, что это лишь глупые сказки. На самом деле задачка не из легких, но для советника, специализирующегося на политике, как палец о палец ударить. Вот только он таким не был. Тут важна хитрость, острый ум, умение правильно описать ситуацию и грамотно блефовать, в случае чего. Венториэль умел красиво говорить, если надо, убеждать, но расставлять фигуры на доске, командовать и играть интересами людей не в его стиле. «Может вызвать из замка политика?» – пронеслась в голове мысль, она показалась очень даже здравой, парень, было, потянулся к чистой бумаге, но опомнился. Пять недель советник будет добираться из замка за горами до столицы, неделю или две из замка за стеной, и это не учитывая того времени, сколько само письмо будет идти туда. Помощь требовалась прямо сейчас, а через такое количество времени, услышав о смерти здешнего, кто-нибудь и сам догадается прибыть. Может он уже в пути, другие лидеры совета могли позаботиться о назначении и в его отсутствие, не безрукие, в конце концов.