Отлично, вот и водичка будет.

Оставив бочонок и поддоны под неспешно моросящим дождём, я вернулся под каменный козырёк штольни. Дожидаться, пока наберётся достаточно дождевой влаги, времени не было — первую фазу нужно начинать сейчас, используя ту воду, что оставалась в походной фляге.

Я подобрал несколько относительно сухих веток у входа и сложил их поверх высушенных кусков железного угля на плоской базальтовой плите. Короткий импульс Огненной Ци с кончиков пальцев — и сухая древесина занялась ровным, бездымным пламенем. Огонь весело затрещал. Я достал из сумки медный котелок Чезары, вылил в него остатки воды из фляги и пристроил над огнём, подперев камнями.

Вода закипела быстро. Я аккуратно развернул первые три бумажных пакетика. «Сухие, растереть на языке, запить тёплой водой». Высыпав серовато-жёлтый порошок на ладонь, я отправил его в рот. Вкус оказался резким, вяжущим и невыносимо горьким — аконит ударил по рецепторам так, что свело скулы. Сняв котелок с огня, я сделал несколько осторожных глотков разогретой воды, смывая едкую пыль в горло.

Затем, не теряя времени, высыпал содержимое пакетиков с четвёртого по седьмой в оставшийся кипяток. Следом отправилась растёртая щепоть бычьего желчного камня. Вода в котелке тут же помутнела, окрасившись в грязно-бурый цвет, и по пещере поплыл тяжёлый, дурманящий запах серы и мяты. Я вернул посудину на край углей — пусть настаивается, как велел Алекс.

И в этот момент травы подействовали.

Смесь схватила изнутри с жестокостью стального капкана. Я глухо выдохнул, чувствуя, как в желудке вспыхнул настоящий пожар. Алхимический состав Алекса не лечил, а агрессивно готовил тело, затапливая меридианы обжигающе плотной волной, которая должна стать буфером против грядущего абсолютного холода. Внутри всё буквально полыхало, Внутренний Горн отозвался гулом, едва не сорвавшись в резонанс.

Я достал из кармана Древний Духовный Камень. В полумраке его голубые грани мерцали, источая пронизывающий могильный холод. Я взвесил его на ладони, прикидывая варианты. Как именно вытягивать эту громаду мощи, чтобы не разорвать каналы в первые же секунды?

— Система, запрос, — мысленно произнёс я. — Анализ оптимального пути поглощения по протоколу «Горнило». Куда прикладывать камень: напрямую к Нижнему Котлу или работать через ладони на вдохе?

Перед глазами мгновенно развернулось полупрозрачное окно с чётким шрифтом:

[Анализ энергетической структуры артефакта завершён.]

[Рекомендация: Техника «Симметричный Фокус».]

[Метод: Зажать Древний Духовный Камень между ладонями (точки входа Лао-Гун). Удерживать сомкнутые руки на уровне груди (скрытый центр «Кузня Воли»).]

[Обоснование: Первичная фильтрация Инь-Ци через сердечный меридиан снизит риск термического шока на 42 % до её слияния с Ян-Ци во «Внутреннем Горне».]

— Принято, — пробормотал я, смахивая окно.

Устроился поудобнее на ровной каменной плите рядом с очагом. Скрестил ноги, выпрямил спину, принимая базовое положение «Стойки Тысячелетнего Вулкана», адаптированное для сидения. Камень, обжигающий своим холодом, лёг между моих ладоней. Я свёл руки на уровне груди, как и советовала Система, и прикрыл глаза.

Для начала нужно просто дышать. Выровнять пульс, поймать один ритм с пульсацией артефакта, не пытаясь пока тянуть из него энергию. Вдох. Выдох.

Но достичь полной концентрации оказалось чертовски сложно. Меня рвало на части. С одной стороны, из Глотки лавовой трубки непрерывным потоком накатывала тяжёлая, давящая Огненная Ци вулкана, заставляя мою собственную энергию бурлить и рваться наружу. С другой — прямо между ладонями пульсировала древняя, жестокая Инь-энергия льда, стремящаяся проморозить кровь до самых костей. Эти две стихии смешивались вокруг меня в невидимый, ревущий хаос, не давая сознанию зацепиться за точку опоры. Мысли метались, дыхание сбивалось.

Я стиснул зубы. Холодное Пламя, пассивная способность подавлять эмоции, включилось на полную мощность. Жар от выпитого порошка Алекса внутри разгорался всё сильнее, создавая надёжный щит вокруг уязвимых внутренних органов.

— Ну же, — мысленно приказал я себе. — Я есть Горн. Я есть тигель.

Волевым усилием продавил этот внешний хаос. Заставил себя абстрагироваться от гула Глотки. Внимание сузилось до пространства между моими ладонями.

Получилось. Турбулентность стихий в сознании улеглась, сменившись звенящей, болезненной ясностью. Я начал разгонять собственную энергию меридианов, создавая втягивающую воронку. Следуя системному протоколу, я осторожно приоткрыл каналы на ладонях.

Первая ледяная нить, толщиной с волос, сорвалась с Древнего Духовного Камня и вонзилась в мою плоть. Боль была ослепительной, но буфер из трав принял удар на себя. Сессия поглощения началась под тихое бульканье мутного отвара в медном котелке.

Первая ледяная нить вонзилась в точку Лао-Гун на правой ладони. Ощущение было таким, словно под кожу медленно, с садистской неторопливостью, вгоняют длинную стальную иглу, только раскалена она была не жаром, а абсолютным холодом. Термостабилизаторы Алекса, уже разошедшиеся по крови, приняли на себя этот первый удар. Я физически ощутил, как горячий буфер из трав смягчает ледяной укол, не давая ему моментально проморозить плоть и обратить сосуды в хрустящее стекло. Ци впиталась, но приятного в этом всё равно мало. По руке до предплечья поползло тупое онемение.

Отсёк лишние мысли. Дышать ровно. Не торопиться. Я изо всех сил старался сохранить полный контроль над пропускной способностью меридианов, дозируя каждый миллиграмм впускаемой в себя энергии.

Но Древний Духовный Камень между ладонями вдруг ожил.

В глубине кристалла началась древняя война. Две первородные стихии — Лёд и Огонь — сотни лет уживались внутри этого базальтового гроба, скованные идеальным природным балансом. Но стоило приоткрыть энергетическую заслонку, пробив брешь в целостности камня, как этот спящий дуализм взбесился. Освобождённые энергии начали агрессивно смешиваться и рвать друг друга на части. Кристалл ощутимо завибрировал в руках, издавая зудящий гул.

Вместе с этой вибрацией мой контроль начал трещать по швам. Ледяная Инь-Ци, словно почувствовав живой сосуд, хлынула в мои каналы уже не тонкой нитью, а мощным потоком. Объём превышал прошлый поток в несколько раз. Боль в руках ослепила — теперь это уже не игла, а ледяной клин, который с пугающей скоростью пробивался к моему центру.

Я инстинктивно активировал «Контроль Потока» и резко изменил ритм дыхания. Вдохнул и буквально замер, наглухо задерживая дыхание и сжимая мышцы груди. Внутреннее давление Ци подскочило, создавая энергетическую плотину в плечах, чтобы остановить этот гибельный напор. Ледяная волна болезненно врезалась в барьер, замораживая суставы, но остановилась.

Перед глазами тут же вспыхнуло алое, пульсирующее окно:

[ВНИМАНИЕ! Симбиотическая структура кристалла дестабилизирована.]

[Риск массированного Инь-пробоя: 87 %. Термальный шок меридианов неизбежен без дополнительного алхимического буфера.]

[Инструкция: Срочно примите заваренный отвар (дозы № 4–7). Буферный реагент необходим для защиты сердечного меридиана и удержания каналов в эластичном состоянии при экстремальном перепаде температур.]

[Дозировка: Выпить один глоток немедленно. Через 5 минут повторить приём — два глотка.]

[Рекомендация: Выведите «Внутренний Горн» на 70 % базовой мощности! Используйте генерируемый жар Ян-Ци для встречного сопротивления и принудительной трансформации поступающей ледяной массы.]

Я резким волевым усилием перекрыл тягу меридианов, принудительно останавливая процесс поглощения. Перехватил отчаянно вибрирующий кристалл в левую руку, а правой, совершенно голой ладонью, потянулся к медному котелку над углями. Раскаленный металл дужки обжёг бы обычного человека, но моя кожа лишь привычно приняла тепло. Мутная жидкость внутри яростно бурлила, испуская густой серно-мятный пар — отвар готов. Я аккуратно снял котелок с огня и отставил его чуть в сторону, на плиту. Нужно дать этому вареву хотя бы немного отстояться.