– Мне нужно на воздух, – лишь выговорила Миа, пытаясь разобраться в ситуации. За тем, что она здесь, помимо ее собственных целей, стоял именно лидер совета, какие тогда причины были у него? Встав со стула, Микалис сделал приглашающий жест в сторону двери, собираясь проводить собеседницу к месту, где ее желание могло быть исполнено. Спускаясь по круговой лестнице из купола, наследница прокручивала в голове все слова Джораха с момента их первой встречи. Ведь он даже отца ввел в заблуждение этой новостью, зачем? «Чтобы посадить на трон Андраника и избавить от ненужной ему жены в моем лице.» – неожиданно подумала она, и словно пелена спала с глаз. Видимо когда Алерию приняли за герцогиню, именно Джорах подтвердил ее личность, заплатил ей или что-то такое, и заставил сыграть эту роль. После свадьбы она могла исчезнуть. Найдя же по дороге в Эдельстаун истинную наследницу короля, ему пришлось придумать, куда ее деть, чтобы не спутала все планы. И он придумал.

– Я начинаю понимать, за что мой брат так ненавидит совет, – произнесла она, а парень уловил злость в голосе девушки. Миаленика старалась не стать чьей-то пешкой в игре, не хотела, чтобы с ее помощью кто-то добивался своей цели, но так все равно произошло. Вот только лидер совета играл по крупному в интересах Андраника. Они наконец вышли в коридор, что вел к внутреннему дворику замка. Как только они свернули за угол, девушка врезалась в спину своего спутника, резко остановившегося. Обогнув его и встав рядом, она поняла, что послужило причиной такой остановки. Весь ковер под ногами был залит кровью, если в других частях замка такого не встречалось, то здесь творилось нечто невероятное. Присев, Микалис прикоснулся рукой к ворсинкам, и когда одернул ее, на пальцах оказалась свежая кровь. Где-то совсем рядом раздался предсмертный крик, резко прервавшийся хрустом, человеку сломали шею и он умер мгновенно. Вздрогнув, Микалис не хотел проверять свою догадку о том, кто во всем виноват, и что здесь происходит, и начал подталкивать наоборот сопротивляющуюся Миаленику вперед. Какое-то расстояние девушка все же прошла, пока окончательно не заупрямилась.

– Ты с ума сошла, нам надо сваливать, он все здесь подожжет, – пытаясь вразумить ее, Флор неожиданно понял, что взгляд спутницы направлен куда-то за спину, проследив который, он отшатнулся. Из дверей в начале коридора, вышел человек, облаченный в темно-зеленый плащ, весь заляпанный кровавыми отпечатками. Видимо жертвы пытались остановить убийцу, но единственное, что смогли оставить – свои следы. Справа на плаще виднелось вышитое имя, слишком длинное для Джораха, а на девушку лидера человек не походил ростом. – Венториэль. – глаза парня расширились, он не мог поверить в это.

– Это не он, – серьезно и уверенно заявила Миаленика, не отрывая взгляда от человека. Он стоял все там же, возле двери из которой вышел и рассматривал измазанные в крови два кинжала. – Кто угодно мог войти в его комнату и взять плащ, сам он на такое не пойдет, ты же знаешь. – словно больше для себя, нежели ему, объяснила девушка и хотела сделать шаг вперед, навстречу незнакомцу, которого она считала своим братом. Но Микалис, все еще державший ее за руку, не позволил. Неожиданно убийца повернул голову в их сторону, руки сжали рукояти оружия еще сильнее. Даже с такого расстояния прекрасно стало видно, что они все в крови. – Виктор. – едва слышно сказала Миа в то время, как советник сделал всего два шага в их направлении, а местный лекарь попытался снова оттащить девушку назад, но она словно застыла на своем месте.

– Я же просил тебя бежать, – с болью в голосе проговорил парень, заглянув в его глаза, сестра увидела сочувствие. Сомнений не оставалось, его следующими жертвами должны теперь стать они, вот только в этом не было смысла, по крайней мере для самой дочери герцога Кленского. Ведь раз она не обязана вступать в совет, раз не принадлежит к ним сейчас, то с чего брату убивать ее? У Микалиса даже глаза были голубые, а не зеленые, для его смерти тем более нет причин. Отодвинув его себе за спину, она выпрямилась во весь рост, не отрывая взгляда от убийцы, медленно приближающегося в их сторону.

– Ты не можешь нас убить, мы не имеем отношения к совету. Его глаза вообще голубые, а я еще не давала клятвы, – высказала Миаленика свои аргументы, что заставили убийцу остановиться. Стянув с головы капюшон, он уставился на свою сестру. Факелы на стенах прекрасно освещали лица их обоих. Сейчас девушка излучала уверенность, Виктор же выглядел потерянным. Прекрасно зная, как следует поступить, парень не мог этого сделать.

– Это дело времени, Ника, всего лишь дело времени, когда ты поймешь, что твое место среди них. Я не могу позволить выжить хоть одному обладателю зеленых глаз, даже таких, как твои. Если я сохраню тебе жизнь, у твоих детей могут также быть зеленые глаза. Боги могут наделить их даром, и они могут захотеть все восстановить, – вспоминая, как называл свою сестренку в детстве, убийца подошел к ней почти вплотную. Кинжал скрылся в рукаве плаща, а перемазанные в крови пальцы прикоснулись к щеке девушки. Смотря ей в каре-зеленые глаза, он видел в них лишь то, что ненавидел, – прости меня, Ника, я должен так поступить, – приблизив голову Мии к себе и уткнувшись в ее лоб, Виктор незаметным для нее движением направил второй кинжал в живот собеседнице. Одно неловкое движение, и наследнице короля пришлось бы собирать свои кишки по полу, но неожиданно для обоих Микалис резко перехватил запястье убийцы, свободной рукой ударил его по лицу, после чего со всей силы отпихнул от них. Лезвие кинжала все же проехалось по боку Миаленики, от чего та вскрикнула и изогнулась в две погибели, прижимая ладони, покрывшиеся кровью, к ране. Подхватив девушку на руки, Флор развернулся и стремительно бросился в сторону выхода из замка, благо знал он его досконально. Слыша за спиной издаваемые Виктором проклятья, лекарь петлял, как только мог, сейчас его целью было вытащить их обоих отсюда живыми. Сознание постепенно покидало Мию, но он раз от разу встряхивал ее, чтобы не допустить этого. Если она провалиться в сон, то не факт, что уже когда-нибудь сможет прийти в себя. Ругая мысленно ее за наивность и веру в брата, Микалис понимал, что следовало еще раньше схватить девушку, и насильно утащить оттуда.

Сзади слышались шаги, убийца пытался догнать их, но затем неожиданно раздался женский крик, прервавшийся диким хрипом – еще одна его жертва. В этом крыле люди пока были живы, соответственно дел у Виктора появилось больше, и он отстал от своей цели, позволив Флору добраться до конюшни и увезти Миаленику из замка.

Выбраться из камеры ему помогли, в этом не было сомнений, так как самому такое оказалось просто не под силу. С каждым убитым советником, с каждой пролитой кровью, огонек ярости в глазах Виктора загорался с новой силой. Аполинария просила оставить Венториэля напоследок, что бы и она видела его смерть, но он решил действовать иначе. Комната лидера совета стала первой целью убийцы, вот только самого лидера в ней не оказалось. Заглянув к нему в шкаф и вытащив оттуда плащ, убийца всмотрелся в имя с правой стороны. Ну что ж, раз Венториэля пока застать не удалось, почему бы не совершить преступление от его имени? Пусть почувствует на своей шкуре, что это такое, когда за тобой охотятся, подозревая в убийстве, которого ты не совершал, если конечно кто-то выживет и сможет об этом рассказать.

Надев плащ лидера совета, убийца вышел из комнаты. Применять дар сейчас пока слишком рискованно, в любой момент он мог рухнуть без сознания, и оказаться легкой добычей для тех, кто окажется не погруженным в сон. Значит, придется действовать по старинке, как можно тише и незаметней. Стоял вечер, большинство советников сейчас находились в столовой, либо уже в своем крыле. Только дежурные могли разгуливать по коридорам и прятаться в рабочих помещениях, лишь с ними возникнут трудности.

Тюремное крыло, и все что к нему прилегало, первым стало жертвой клинков, что он забрал у охранников возле двери. Еще до посещения спальни лидера совета, все советники вниз по лестнице, были мертвы. Видимо Аполинария каким-то образом оглушила тех, что стояли перед последними дверьми, ведущими к Виктору, и подсунула ему ключ под дверь. Саму девушку он не успел заметить, лишь тень и плащ, но больше никто не мог так помочь убийце. Женское крыло оказалось легкой добычей, там никто не оказывал сопротивления, пытавшиеся закричать или сбежать, тут же получали кинжал в спину или перерезанное горло. Плащ лидера совета позволял ему приближаться к жертвам так близко, что они понимали о своей смерти лишь когда колени подкашивались, и люди начинали захлебываться собственной кровью.