Я не понимал, что это такое. Очередная иллюзия? Шутки сдавленного болью разума? Или побочный эффект от критической дозы ядовитого аконита?

Пытался отмахнуться от видения, и с удвоенным упорством продолжил гнать Инь-Ци к Внутреннему Горну.

Но образы не исчезали, а становились лишь навязчивее. Грандиозный силуэт, медленно взмахивающий то ли крыльями, то ли плавниками. Это отвлекало. Чертовски мешало. Природа человеческого разума такова, что он не терпит неизвестности, и в мою идеально выстроенную пустоту, где должно быть только безмолвное намерение, начали просачиваться непрошеные мысли. Что за тварь? Откуда это воспоминание? Оно заперто в самом камне?

Ритм сбился.

Я почувствовал, как контроль над процессом дрогнул. Ледяная игла в груди дернулась, норовя прорвать буферную зону и ударить в незащищенные меридианы.

Твою мать. Доигрался.

Я резко осознал, что концентрация нарушена непоправимо, и дальнейшее форсирование приведет к термической дестабилизации, о которой предупреждала Система. Нужно срочно закругляться.

Перед глазами тут же развернулись изумрудные строки:

[ВНИМАНИЕ! Концентрация носителя падает. Зафиксирован рассинхрон стихий.]

[Рекомендация: Инициируйте процедуру плавного выхода из сессии поглощения. Не обрывайте поток резко. Постепенно сужайте пропускную способность каналов Лао-Гун, выстраивая заслон из Огненной Ци.]

Стиснув зубы, начал выполнять инструкцию, миллиметр за миллиметром перекрывая энергетические вентили на ладонях. И как раз в тот миг, когда ледяной поток иссяк окончательно, а камень превратился в обычный, пусть и смертельно холодный минерал, Система выдала:

[Прогресс поглощения: 4.01 % Духовного Камня.]

Я плавно вывел сознание из активной фазы поглощения, повинуясь рекомендациям Системы, и тяжело открыл глаза.

Вокруг стояла полутьма. Угли в очаге давно превратились в холодный пепел, а промасленный факел прогорел дотла, оставив после себя запах гари. Единственным источником света в каверне оставался Духовный Камень, что слабо пульсировал, испуская льдисто-голубое свечение, которое едва разгоняло мрак штольни и бросало длинные тени. Я медленно разжал сведенные судорогой пальцы и отложил вибрирующий кристалл в сторону, на плиту.

Тело продолжало мелко подрагивать. Внутри еще бушевало эхо незавершенного процесса, меридианы гудели от перенапряжения, сопротивляясь остаткам чужеродной стихии. Я прикрыл веки и сосредоточился на дыхании, методично прогоняя остатки энергии по каналам, опуская разрозненные сгустки Ци вниз. Наконец, дикая вибрация начала понемногу стихать, а наваждение с гигантской парящей тенью растворяться в уголках сознания.

В пещере воцарился полумрак. Тишину нарушало только мое хриплое дыхание да низкий звук, доносящийся из провала Глотки. Я провел рукой по лицу — кожа была абсолютно мокрой, волосы слиплись от пота, но хуже всего другое — там, в центре Котла, где должен полыхать неукротимый жар моей шестой ступени, расползалось сосущее онемение. Казалось, будто я проглотил здоровенный кусок многовекового льда, и теперь он лежал в эпицентре моего Внутреннего Горна. Лед таял предельно медленно, уступая натиску Ян-Ци и остаткам алхимического отвара, но само ощущение вымораживающей пустоты внутри было до одури мерзким и неприятным.

«Система, запрос, — мысленно обратился я, морщась от тянущего холода в животе. — Откуда это остаточное онемение? Слияние в Кузне Воли прошло вроде бы стабильно, лед переплавлен Огненной Ци и отваром перед интеграцией».

[Выполняется глубинное сканирование энергетической структуры… ]

Мигнуло перед глазами изумрудным светом. И следом, после короткой заминки:

[Анализ затруднен. Аномальная природа поглощенной Инь-Ци. Требуется дополнительное время.]

Я медленно выдохнул облачко пара, которое тут же растворилось в сыром воздухе пещеры. Странно. Очень странно. Могло ли это заледеневшее ядро внутри меня быть как-то связано с тем туманным образом, что пробился сквозь медитацию? Та парящая во мраке громада, изгибающаяся словно в плотной толще черной воды…

Осторожно, стараясь не тревожить ноющие от резкого перепада температур меридианы, я сместился чуть в сторону и привалился спиной к неровной стене. Я сидел, вытянув ноги на плитах, и просто дышал, глядя в полумрак. Пальцы рук, лежащие на коленях, все еще мелко подрагивали, выдавая напряжение нервной системы.

Всего четыре процента. Четыре процента от общей массы Камня, а вымотали они меня так, будто я смену у Великих Горнов отпахал без инструмента, дробя кричное железо голыми руками. Это чертовски непросто.

Интересно, сколько вообще времени я просидел в этом отрешенном состоянии? Я скосил глаза на зев выхода из штольни — там все еще клубилась непроглядная тьма. Слой тумана над островом и не думал светлеть. Значит, не всю ночь просидел у горна, до рассвета еще далеко. Повезло, могло быть и хуже — в глубоком трансе чувство времени искажается безжалостно, недели могут сжаться в короткий вдох, а секунды растянуться на часы каторжной работы.

Наконец, зеленое окно Системы снова развернулось в восприятии, прерывая мысли:

[Анализ завершен. Осколочная структура Инь-Ци дешифрована.]

[Отчет: Причина аномального термического осадка во «Внутреннем Горне» — не физическое переохлаждение меридианов. В структуре поглощенного льда обнаружены чужеродные энергетические включения.]

[ВНИМАНИЕ! В кристалле обнаружены фрагменты Вита-частиц сознания.]

«Вита-частицы сознания? Это ещё что за хрень?» — мысль тяжело провернулась в гудящей голове.

Вита-частицы — это эмоции, воля, духовное эхо. Я знал это слишком хорошо, ведь именно из коллективного намерения сотен людей мы выковали «Рассеивающий Тьму». Но чья воля могла быть запечатана глубоко во льду этого древнего артефакта? Чье сознание? И самое главное — эти обрывки чужого разума сейчас встраиваются в мой собственный разум?

— Система, разверни ответ, — мысленно приказал я. — Какова природа этих частиц? Угроза заражения сознания?

[Запрос отклонён. Недостаточно данных для детального анализа структуры Вита-частиц. Дальнейшая идентификация невозможна на текущем уровне интеграции.]

Система сухо отрезала все надежды на ясность, оставив меня один на один с этой проблемой.

Я прикрыл глаза ладонью и тяжело выдохнул. Чувствовал себя абсолютно разбитым. Тело казалось чужим, ватным, налитым тяжестью, которая не имела ничего общего с приятной плотностью шестой ступени. Сознание плыло. В кромешной тьме пещеры перед внутренним взором продолжала кружиться безумная карусель: оранжевое пламя сталкивалось с синим льдом, а сквозь это марево вновь и вновь проступали смутные, пугающие очертания того колоссального, скользящего в пустоте существа.

Это похоже на лихорадочный сон наяву. Галлюцинация вползала в мозг, подтачивая волю. Мне это категорически не нравилось. Вся культивация, весь мой путь основывался на контроле над собой и металлом. Терять ясность ума из-за куска мерзлой породы я не собирался.

«Так, стоп. Хватит. Нужно срочно заземляться», — скомандовал себе.

Упершись ладонями в базальтовую стену, заставил себя подняться. Ноги слегка дрожали. Духовный Камень так и остался лежать на каменной плите, бросая на своды штольни слабое сияние. В тусклом полумраке я расставил стопы чуть шире плеч, немного согнул колени и принял базовую позицию «Стойки Тысячелетнего Вулкана».

Стоять мучительно тяжело. Мышцы протестовали, но я упорно вгонял себя в нужное положение, пока не почувствовал твердую опору под подошвами. Внутри еще гудела и вибрировала поглощенная сила. Тот ледяной комок в Нижнем Котле действительно таял, поддаваясь жару Горна, но его присутствие ощущалось как инородное тело, отравляющее фоном.

Я начал дышать — медленный вдох, контролируемый выдох. Использовал принципы очищения каналов, силой воли заставляя всё лишнее, нестабильное и чужеродное стекать вниз, по меридианам ног, в каменный пол пещеры. С каждым вдохом мысленно смешивал свой родной огонь с растворяющимся льдом, заставляя Ян-Ци плотно обволакивать холод, превращая его в покорную энергию.