На периферии слуха, за спиной, нарастал низкий гул — вибрация сотен шагов внутри могильника.

Я заставил себя не слушать. Только камень, только линия.

Постепенно руки почувствовали моторику. Небесная Бронза — великий металл, она резала гранит, как твёрдое мыло. Я вошёл в ритм. Чёрная корка отлетала чешуйками, открывая под собой серую плоть камня.

[Очистка канала: 35%]

[Глубина: 0.9 мм]

Нужно глубже — полтора миллиметра минимум. Нажал чуть сильнее, ведя резец по дуге Альгиз.

И тут правая рука предательски дёрнулась — спазм стимулятора или что ещё это была за хрень.

Резец соскочил с траектории, чиркнув по поверхности рядом с канавкой, и оставил белую царапину длиной в ноготь.

[Ошибка: Отклонение от траектории. Микроповреждение поверхности]

[Влияние на целостность: Незначительное (-0.3%)]

[Рекомендация: Снизить скорость. Стабилизировать хват]

— Черт… — выдохнул сквозь сжатые зубы.

Пот заливал глаза, щипал кожу. Я моргнул, стряхивая солёную каплю с ресниц. Нельзя спешить. Спешка — это смерть, но и медлить нельзя.

Краем глаза, не поворачивая головы, видел движение слева. За границей барьера, среди каменных курганов, фигуры поднимались в полный рост — шатались, как пьяные матросы на палубе в шторм. Подавляющее поле, хоть и ослабленное до двадцати процентов, всё ещё давило на них, делая движения вязкими — крутили головами, пытаясь понять, где враг.

Они нас не видели, пока что.

Но угроза была не там.

Плечо Брока, прижатое к моей спине, вдруг окаменело. Почувствовал, как его мышцы напряглись.

Его рука сжала моё плечо.

— Лес, — голос Брока прозвучал тихо. — Тридцать шагов. Идут.

Я не обернулся — руки замерли на камне, резец застыл в незаконченном штрихе Наутиз.

— Сколько? — спросил, глядя на серую крошку в канавке.

— Пятеро, и еще несколько дальше за деревьями, — выдохнул охотник. — И они не прыгают, кузнец, а крадутся.

Почувствовал, как игла страха кольнула под ребра. Если крадутся — значит, инстинкты работают — возможно, чуют тепло.

— Быстрее, пацан, — в голосе Брока прорезалась хрипотца. — Моя аура их долго не обманет — ты фонишь, как костёр в ночи.

Я посмотрел на руну — очищено едва ли наполовину. Углубление неравномерное. Полировки нет и в помине.

Механическая работа требовала ещё минут семь, но у нас не было и двух. Понял, что проигрываю. Резец Древних был хорош, но мои руки — нет. Я не успевал, нужно менять правила.

Семь минут.

Мой внутренний хронометр, отточенный годами выездов на пожары, выдал вердикт безжалостно и точно. Чтобы довести канавки до ума механическим способом — выровнять дно, убрать микросколы, заполировать грани — нужно семь минут непрерывной работы.

Брок сказал: «Тридцать шагов».

Мертвецы, даже ковыляющие, покроют это расстояние за минуту. Если перейдут на бег или будут прыгать — за двадцать секунд.

Почувствовал, как левую руку прострелило ледяной болью, словно в вены впрыснули жидкий азот. Некрофон Холма давил на организм, ускоряя действие яда. Моё тело сдавалось.

[Внимание: Распространение нейротоксина — 53% (↑)]

[Причина ускорения: Критический уровень внешней некро-энергии]

[Таймер стимулятора: 2 ч. 14 мин.]

— Брок, — выдохнул я, не отрывая взгляда от камня. — Не дёргайся. Что бы ни случилось — стой смирно.

— Ты чего удумал? — напрягся охотник.

— Ускоряемся.

Я убрал Резец в левую руку, которая слушалась всё хуже, и потянулся к поясной сумке. Пальцы нащупали гладкий бок глиняного флакона.

Кислота Древних. Вальдар предупреждал: Это финишный лак — её льют, когда геометрия идеальна, чтобы зеркально заполировать дно. Но у меня не было выбора — либо рискнуть, либо гарантированно сдохнуть.

— Делаю быстро, — бросил Броку. — Держи их.

— Давай… — хрипнул он.

Я снова перехватил Резец правой рукой — теперь предстояло самое сложное. Кислоту нельзя просто плеснуть на камень — она растечётся лужей. Ей нужна точка входа, как подсказала система. «Затравка».

[Рекомендация: Химическое вытравливание]

[Требуется: Создать углубление-затравку в точке замыкания контура]

[Глубина: 2.5 мм. Угол стенок: 60°]

[Внимание: При ошибке геометрии реагент будет утерян]

Два с половиной миллиметра в твёрдом граните, дрожащей рукой.

Я выбрал точку — нижний угол руны Наутиз, где линия ограничения пересекалась с линией защиты. Упёр локоть в бедро, пытаясь погасить тремор. Стимулятор гнал по нервам электричество, кисть ходила ходуном.

— Не дышать, — скомандовал себе.

Первое касание. Кончик резца скользнул по поверхности, не зацепившись — слишком мелко.

— Твою мать…

Выругался сквозь зубы, чувствуя, как по виску ползёт капля пота — она щекотала кожу, но я не мог её вытереть.

Вторая попытка — навалился весом тела на инструмент, вдавливая бронзу в камень. Хруст. Есть зацеп. Теперь — провернуть.

— Пятнадцать шагов, — голос Брока. — Они чуют нас, пацан.

Услышал их сам. Сухой шорох мёрзлой травы под тяжёлыми ногами, и звук, от которого волосы на затылке встали дыбом — горловое щёлканье.

Один из цзянши совсем близко. Мышцы охотника за спиной были твёрдыми, как дерево — мужик явно готовился принять бой, который мы не могли выиграть.

Я заставил себя не оборачиваться — мир сузился до крошечной воронки в сером камне.

Третий поворот резца. Гранит поддался, выплюнув крошку. Глубина есть. Угол… к чёрту угол, сойдёт. Сунул резец в зубы, освобождая руки. Выхватил флакон — пробка была залита воском. Времени ковырять не было — я рванул её зубами, выплюнув кусок воска вместе с глиняной крошкой. В нос ударил едкий запах — смесь уксуса и тухлых яиц.

[Объект: Ксилота (Кислота Древних)]

[Применений: 2 (осталось)]

[Дозировка: 3 капли. Выдержка: 45 секунд]

Рука с флаконом зависла над «затравкой». Дрожь усилилась. Если промахнусь — кислота прожжёт камень мимо канавки, разрушив структуру монолита.

Перехватил запястье правой руки левой ладонью, создавая жёсткий замок.

Наклон.

Густая, прозрачная капля с ядовито-зелёным отливом сорвалась с горлышка.

Время растянулось — видел, как она падает, вращаясь в воздухе.

ПШ-Ш-Ш.

Звук был таким, словно плеснули водой на раскалённую сковороду — из воронки вырвалась струйка едкого белого дыма. Гранит вокруг точки контакта мгновенно почернел.

Кислота не впиталась, а ожила. Зелёная субстанция рванулась из воронки в канавки руны, словно живая ртуть — текла, шипя и пузырясь, пожирая неровности, сглаживая зазубрины, углубляя дно.

Вторая капля. Третья.

Я смотрел, как химия делает работу мастера. «Зрение Творца» показывало, как выравниваются стенки каналов, как исчезает рыхлая структура, сменяясь гладкостью.

В одном месте, на изгибе Альгиз, кислота прошла чуть глубже, выев лишние полмиллиметра.

[Внимание: Локальное истончение дна (сектор D-3)]

[Риск турбулентности потока: 12%]

Плевать. Двенадцать процентов — не сто.

Шипение стихло, дым рассеялся ветром. Передо мной была чистая, глубокая руна. Пустой сосуд, готовый принять силу.

[Химическое вытравливание: ЗАВЕРШЕНО]

[Геометрия руны «Мёртвый Замок»: Восстановлена]

[Проводимость канала: 0% → Готов к вливанию]

Я выдохнул, чувствуя, как лёгкие горят от напряжения. Заткнул флакон пробкой, сунул в сумку. Руки тряслись так, что едва не выронил глиняный сосуд.

Всё. Механика закончена.

Поднял голову, поворачиваясь к Броку.

— Готово! — хрипнул я. — Можно вливать!

Охотник не шелохнулся — лицо, обычно красное от ветра и выпивки, было белым, как мел.

— Похоже, что поздно, кузнец… — прошептал мужик одними губами.

Я резко обернулся, прослеживая его взгляд и сердце пропустило удар.

Брок не преувеличивал, а преуменьшал.

Из леса, раздвигая чёрные ветки, выходили не пятеро, а около двадцати. Рваная цепь серых фигур растянулась полукругом, отсекая от спуска. Они шли молча, лишь хруст наста под ногами нарушал тишину. Некоторые ещё двигались неуверенно, как марионетки с перепутанными нитями, но передние — те, что были ближе всего — уже поймали ритм.