В тюрьме было уютненько. Чистый матрас, набитый свежей ароматной травой, кувшин с водой и даже немного простой еды. Не видно ни скелетов в ржавых цепях ни оголодавших крыс. Не каждое КПЗ моего мира могло похвастаться таким человеколюбием! Сопроводили тоже хорошо — пинков и грозных окриков не было! Я расположился в этих «застенках Гэбни», можно сказать, с максимальным комфортом.

Думы были невесёлые. Сегодня я явно перешёл грань, отделяющую терпение господ этого мира от жестких методов… Обречённость и неспособность повлиять на события не придавали хорошего настроения. То, что «полная жопа» — было понятно ещё до выезда из усадьбы. Как ни крути, «высшая мера» мне обеспечена при любом раскладе. Оставалось только надеяться на стройную логику моего плана и на адекватность Владетельной, в которую верилось с трудом после того позорного для неё случая. По земному опыту знаю, как тяжело женщины переживают такие ситуации. Для них легче отстранить свидетеля, представив его в своей голове виноватым во всех грехах, чем спокойно смотреть потом ему в глаза. Правда здешние женщины психологически отличаются от наших земных — только на это и была слабая надежда. Несколько раз возникала мысль сбежать, благо сделать это не представлялось особого труда. Только… Дальше что? Пристроиться к другому замку было невозможно — слишком маленький мирок, где каждый человек на виду. Бродить отшельником тоже не вариант — с ума сойду в одиночестве или Серая Пелена доконает. Значит, остаётся сидеть здесь и ждать своей участи. Если так — то просто надо лечь спать. Завтра все мозги пригодятся, а бессонная ночь не поможет в их ясности. Я лёг не раздеваясь на топчан и уснул.

Утро началось с громкого лязга открываемой двери. На пороге возникла уставшая после ночной смены воительница и спокойно распорядилась:

— Собирайся! Приказано доставить тебя к Владетельной!

Я быстро совершил утренний моцион, умылся, отряхнулся и полностью готовый предстал перед надзирательницей.

— Ну что, Висельник! Пойдём! — благодушно произнесла она.

Я шел по коридорам за ней поражаясь такой беспечности. Лучшего момента для нападения и представить себе тяжело. Наконец, не выдержал.

— Слушай! Извини, что не знаю как тебя зовут! А тебе не кажется, что вести заключённого позади себя опасно? Вдруг нападу — ты и не заметишь!

— Зедда я… — флегматично ответила та. — А чего тебя бояться? Ты тут у нас уже знаменитость! Если ветеранши в тебе гниль не почувствовали — значит, со спины вряд ли ударишь! У них глаз намётан! Да и дочка моя с тобой в убежище сидела! Много потом про тебя от неё наслушалась разных сказок! Так что не надо тут из себя Серую Тварь изображать — не поверю!

— Приятно познакомиться, Уважаемая Зедда! — продолжил я разговор. — Ты права — удара в спину ждать не стоит! А дочку как зовут?

— Жава… Помнишь такую?

— Ещё бы! Большая девочка для своих лет! Молчит много. Вначале думал, что на ум слабенькая, а потом заметил — стесняется себя. Да и совсем не глупая — просто любит обдумать сказанное, чтобы потом всё правильно сделать! Хорошая! Вырастет — может до Правой Руки подняться, если робость преодолеет!

— Ну да! Она такая! — похвала в адрес собственного ребёнка во всех мирах действует на родителей одинаково. — Тут я тебе за неё благодарна! Жавочка после этих «кровавых» расцвела! Вытащил ты её из своей «скорлупы»! Прямо не нарадуюсь!

— Это хорошо! Только мой тебе совет — направь её, чтобы с Ярой сошлась! У той энергии много, а у твоей здравомыслия! Хорошо они друг друга дополняют.

— Ну дочка Владетельной и без нас сама решит с кем дружить. Тут уж я ничем Жаве помочь не смогу — слишком у Наследницы характер строптивый!

О как! Всё-таки Яра Селлина дочка! Почти угадал про её непростое положение! Ещё один «плюсик» Владетельной — не разделяет детей по роду-племени!

Вот дошли до хозяйских покоев. Пропустив вперёд, Зедда мягко подтолкнула меня в проём дверей после чего развернулась и ушла.

Селла-Орр-Кнара стояла спиной ко мне, глядя в окно. Немного напряжённые плечи выдавали её не самое комфортное состояние. Я вошел и по всем правилам начал первым.

— Доброе утро, Хозяйка Селла! По вашему приказанию прибыл!

— Почему ты считаешь его добрым? — не поворачиваясь спросила она. — Может для тебя оно последнее?

— Может и так — решать не мне. Только я его живым встретил — значит, уже хорошо!

— Ловок ты на язык — на всё отговорки есть! Но сегодня для тебя оно действительно хорошее… Пока хорошее! — Селла резко повернулась и уставилась мне в глаза. — Скажи! Почему ты меня раздевал, зная, что это строжайше запрещено без разрешения? И не надо мне про Правила врать — нет там такого! Уж в них я по долгу Владетельной неплохо разбираюсь!

— Госпожа Селла… Я не знаю как доходчиво объяснить. Только ваши Правила, как и все другие законы любых миров, не для людей придуманы — иногда не грех их и нарушить.

— Не для людей? А для кого тогда? По-моему, наоборот — все Правила нужны, чтобы людям хорошо жилось!

— Не согласен! Жизнь людей никакими законами определить нельзя. Нет столько слов и бумаги, чтобы на каждый случай своё Правило изобрести. А вот управлять народом легче всего запугивая и запутывая ограничениями. Тот кто выходит за рамки навязанных правил — преступник! Как же легко любого непокорного обвинить в нарушении законов, чтобы остальные не рыпались, когда их словно скот, гонять от одного нужного пастбища до другого будут! Так что большинство законов нужны для управления и никак не иначе!

— Ты хочешь сказать, что Устои это зло для всех нас? — недобро прищурилась Владетельная.

— Нет! Не так! Я читал Устои — там всё правильно! Все общечеловеческие ценности, которых стоит придерживаться собраны в них! Но есть ещё и Правила! Ты их, Госпожа, знаешь не хуже меня и не могла не заметить, что на каждый параграф Устоев есть до сотни приписанных позже правил! И к сотой приписке они уже так искажают Устои и противоречат друг другу, что непонятно, вообще, как жить!

— Ну да. Есть такое…

— Вот и я про что!

— Значит, все законы, по твоему, нужно убрать?

— Ни в коем случае! Поверь — будет ещё хуже! — с жаром возразил я. — Они нужны, но нельзя полагаться только на них! И знать надо обязательно, чтобы легче жилось, но иногда стоит читать не сухие буквы, а собственное сердце! В этом мире, впрочем, как и в моём прошлом, законов стало так много, что живые люди стали их придатками. Мы делаем себя пленниками собственных придуманных Правил! Если бы я, согласно всему написанному, оставил тебя там в таком виде, то мне бы ничего не было бы за это. А скажи, Владетельная? Тебе бы стало лучше от моей законопослушности? Вряд ли… И я себя потом бы сволочью чувствовал от того, что оставил человека в беде. Вот и получается, что законы внутренние для нормального человека важнее всего, а писанные нужны, чтобы ограничивать моральных уродов без стыда и чести!

— Хорошо сказал… Я подумаю потом над твоими словами. Признаться, чувствую, что зерно истины в твоих доводах есть. Хотя, чего тут! Согласна во многом. Просто раньше не рассматривала всё это так!

Хозяйка замка присела за стол и налила себе из кувшина. Меня так и оставила стоять, держа на расстоянии. Немного помялась, не зная как дальше вести разговор, потом продолжила слегка смущённо. Видимо такая ситуация для неё сложилась впервые.

— Насчёт меня можешь не волноваться! Если сам вспоминать этот досадный случай на каждом углу не будешь, то и я забуду! Хотя, не как Владетельная, а как человек благодарю тебя. Правда, очень неловко вышло…

— Понимаю тебя, Госпожа. Когда заканчиваются внутренние силы, а нервы на пределе, то почти всегда так случается. И не стоит себя винить! Сколько раз я сам вот так… В моём мире говорят: «Всё, что нас не убивает — делает сильнее!». Значит и ты теперь сильнее стала раз пережила!

— Ладно. Не будем об этом! Ещё не хватало, чтобы мужчина меня успокаивал! — благодарно посмотрела Селла. — Вчера долго думали над твоей сумасшедшей идеей… Живи! Более того! Поступим как ты предложил — дадим тебе сборщиц! Единственное условие… Точнее два! Если хоть одна живой в замок не вернётся и если не будет собрано нужное количество ягод шува, то не обижайся — для тебя это казнь! Есть вещи которые незыблемы и я их нарушать не собираюсь! Понял?