— Я тебя знаю?

— Ну, как же, Владыка?! Вчера меня Первая Советница Ве…

— Вспомнил. В шуты метил. Чего припёрся? Быстро рассказывай, и на виселицу. Громкий очень…

Опа! Начало нехорошее. Надо выруливать.

— Из твоих рук и смерть хороша!

— «Пой» дальше… — скептически прокомментировал он. — Что ты там про привычки болтал?

— Говорил о том, что великие люди похожи — день начинают, поправив здоровье, чтобы мудро вершить…

Что вершить? В голове произошёл небольшой словесный «затык».

— Чтобы Вершить! — закончил я, так ничего и не придумав. — Сразу понял, где Вас, Владыка, искать и не ошибься!

— Давай, по существу — слишком много слов, — предложил Ипрохан и тут же обратился к гвардейцу. — Скажи палачу, пусть готовится.

— По существу… Что ж! Могу говорить откровенно, а не как остальные «лизоблюды»?

— Перед смертью? Легко! — заинтересованно ответил королёк.

— Так вот, Великий. Вчера, после нашей встречи, не спалось. Ваше великолепие, сила духа и характер поразили меня до глубины души. Даже придавили немного — чего скрывать? Хотел поделиться впечатлениями хоть с кем-то и… Не нашёл. Все заняты только собой! Сел. Выпил немного для ясности ума и подумал о том, насколько же вам должно быть одиноко… У таких, как Вы, неординарных личностей, пустыня вокруг! Улыбаются, лебезят, но не понимают. Нет у них той самой души, что дают Творцы своим любимцам.

Ипрохан согласно кивнул, не перебивая. Уже хорошо!

— Так вот, Ваше Величество! — продолжил развивать тему. — Пусть я всего лишь маленький человек, но не могу пройти мимо. Решил, что утром проберусь к Вам, рискуя вызвать гнев, но скажу это прямо в лицо, заодно немного подсластив сложную королевскую жизнь.

— И как собираешься это сделать, смертник?

— Игра из моего мира, Великий. Только для самых одарённых личностей.

— Показывай! — зевнул Владыка.

Быстро разложив колоду карт, объяснил их назначение, с внутренним напряжением заменив туза на Творца. Уф! Прокатило!

— Так что же… — внезапно сделал Ипрохан неожиданный вывод. — Получается, что маленькая «шестёрка» может убить «творца»?

— Да. Именно, так. И в этом есть особый смысл — ни к кому нельзя поворачиваться спиной! Напоминание!

— Ни к кому… А к тебе?

— И ко мне тоже. Человек слишком слаб. Кто больше всех клянётся в верности, тот больше всех хочет заграбастать!

— Верно! — растеряв былую апатию, воодушевился король. — Только и требуют! Под себя гребут!

— А как без этого?! Привыкли.

— А в чём твой интерес, шут? Кстати! Палача отменить — этот мне ещё пригодится! — приказал Владыка страже.

— О! У меня интересов много! Первое — необычная жизнь рядом с весёлым, но правильным хозяином.

— А второе?

Я смущённо замялся, выдерживая паузу, а потом выпалил:

— Вчера славно у тебя выпил, теперь голова болит. У нас считается, что опохмеляться нужно тем, чем вчера баловался. Где я могу найти искомое, если королевское вино — только у короля? Вот и припёрся в надежде, что не откажешь в такой милости… По мне, так причина важная.

— Ха-ха-ха! — внезапно рассмеялся Ипрохан. — Денег клянчат! Титулы вымаливают! Впервые слышу нормальную просьбу! Вина нам!

— Спасибо, Ваше Величество! Вы даже лучше, чем я думал.

— А что думал?

— В моём мире говорят: «Всё гениальное — просто.» Простые желания показывают всю широту человека! Веселье — потому что весело! Гнев, если от души, не менее величественен. Усложняют себя лишь обманщики и недоделки всякие, пытаясь казаться лучше, чем есть на самом деле. Вы сложны в своей простоте и просты в своей сложности, но даже не это главное! Нутро чувствуете! Вот самый важный талант!

— Держи! — кивнул корононосец на поднос в руках слуги. — Выпьем за талант и твою, только что подаренную мной, жизнь!

— Мудрые слова! За талант!

— Хорошо… — отпив и закатив глаза в блаженстве, протянул Ипрохан. — Что может быть лучше, чем глоток отличного вина утром?!

— Два глотка? — предположил я.

— Точно! Давай!

Несколько минут мы молча цедили вязкое, приторно-сладкое пойло, не приносившее мне никакого удовольствия.

— Так, что там у тебя за игра? — первым нарушил молчание Владыка.

— Простая, государь. В моём мире зовётся…

Ё-маё! Назвать «Пьяницей» при этом пропойце как-то стрёмно. Пойдём от обратного.

— «Трезвенник»! Правила просты…

После нескольких ознакомительных партеек король заскучал.

— Интересно, но нет азарта, — вяло произнёс он, откладывая колоду в сторону.

— Так мы до этого ещё не дошли! Проигравший выполняет желание победителя. Хоть под столом кукарекает, хоть голым танцует — всё в руках счастливчика!

— А если проиграю я? — нехорошо прищурился Ипрохан.

— Ты? Видят Творцы, что невместно их избраннику самому приказы выполнять. Назначаешь того, кто будет отдуваться. Мало того, что спесь собьёшь с придворных, так ещё все за тебя болеть будут, чтобы не попасть под проигрыш.

— Верно! Раздавай! Сейчас позовём кого-нибудь!

— Может, Веблию? — предложил я. — Сразу видно, что много власти на себя взяла, словно здесь главная. Баба, без сомнения, нужная, но стоит ей показать, кто главный во дворце.

— Точно! Первую Советницу сюда!

Веблия вошла, настороженно глядя на нас.

— Стой и жди! — приказал королёк, не дав ей даже рот открыть.

Первую партию выиграл легко.

— Кукарекай. Громко и с чувством, — предложил я Советнице.

— Но… — округлив глаза от удивления, попыталась она обратится к Ипрохану.

— Давай-давай! — злорадно произнёс он. — Я проиграл — ты выполняешь желание! Правила такие!

— Кукареку, — зло выпалила Веблия.

— Ты веришь ей, Владыка? Что-то не очень на петуха похоже было.

— Совсем не верю, Илий! — наконец-то, вспомнил моё имя король. — Но она же… курица!

И сам рассмеялся собственной шутке.

Вторую партию я «слил», ловко передёрнув карты. Неистово пролаяв и громко подвывая в потолок, привёл Ипрохана в восторг. Дальше игра пошла с переменным успехом, благодаря навыкам шулера, которым обучил меня один мутный тип ещё во времена интерната. Узюзюканный венценосец вошёл в азарт, со смехом придумывая всё новые желания для проигравшего шута, но больше всего досталось Веблии, то дующей носом в свисток, реквизированный у охраны, то скачущей на одной ножке через всю опочивальню. Короче, выбесил я её по-полной, навечно вписав своё имя в «Чёрный список» Советницы.

Наконец, устав от происходящего, Ипрохан отпустил вконец охреневшую ведьму и, глядя на меня, спросил:

— Чего загрустил?

— Да так… — притворно вздохнув, ответил ему. — Завтра в Школу Шутов… Сами понимаете, Ваше Величество, что без этого простым дурачком останусь. Зря я перед отъездом так Первую Советницу. Теперь козни будет строить и очернять твоего верного слугу всякими выдумками. Казнишь по возвращению — она умеет ненужных людей убирать.

— Не боись! — панибратски хлопнул он по плечу. — Эта курица даже кукарекать нормально не умеет! Знаешь, где все они у меня?

— Знаю! Вот тут! — и, памятуя о его вчерашней выходке, я показал сжатый кулак. — Вы — великий человек! Любого раздавите!

— Верно! А теперь выпьем напоследок и ик… пшёл отсюда! Дела ждут, эти… государственные ждут! — облизываясь на двух дебелых дам, вошедших в покои, бессвязно проговорил Владыка Нагорного королевства.

— Как король? Что сказал? Получилось? — скороговоркой выстреливал вопросы Харм, от нетерпения и любопытства наматывая круги возле моих ног, как только я вернулся в душный кабинет мага.

— Не суетись. Дай отдохнуть, — устало ответил ему, присаживаясь в кресло.

— Если живой, значит, вышло всё, как ты и задумывал, — сделал вывод Кортинар.

— Да. Но как представлю себе такие посиделки каждый день, то жутко становится. Может, «потеряюсь» во время переезда в Школу? С ума ж сойду, этого гада развлекая!