Себастьян был явно доволен, он откинулся на спинку сиденья с выражением удовлетворения на лице. Договор, который он предусмотрительно захватил с собой на прием, был подписан.

— Всё прошло даже лучше, чем я ожидал, — заметил он, когда карета тронулась. — Мсье Леван был в таком восторге от наших «теплых отношений», что согласился на все условия без единого возражения.

— Рада, что смогла помочь, — сдержанно ответила я.

— Ты была убедительна, — он бросил на меня оценивающий взгляд. — Настолько, что даже я на мгновение поверил в эту историю о моем «подарке» для твоего коневодческого предприятия. А твоя собственная сделка с Леваном… Откуда у тебя такие идеи о восточной торговле?

— Не забывай, что это не просто история, — напомнила я. — Компенсация, которую ты перевел на мой счет, действительно пойдет на развитие конюшен в поместье Фабер. А что касается торговли, я действительно много читаю.

— И на этих лошадей, которых ты купила у Ламбера, — хмыкнул Себастьян. — Весь город только и говорит о том, как герцогиня Эшфорд стала деловой женщиной.

— Бывшая герцогиня, — мягко поправила я. — И да, я использую эти средства с умом. Что, кстати, не должно тебя беспокоить, учитывая, что это мои деньги.

Мадам Мелва, до этого молча наблюдавшая за нашим обменом репликами, неожиданно рассмеялась:

— Боже мой, вы двое! Кто бы мог подумать, что развод сделает ваше общение таким оживленным.

Себастьян бросил на мать недовольный взгляд, но промолчал. Остаток пути мы провели в относительной тишине, каждый погруженный в свои мысли.

Когда карета остановилась у гостиницы, Себастьян, к моему удивлению, вышел вместе со мной, чтобы проводить меня до дверей.

— Спасибо за сегодняшний вечер, — сказал он, когда мы поднимались по ступеням. — Ты превзошла все ожидания.

— Надеюсь, это комплимент, — улыбнулась я.

— Определенно, — он на мгновение замялся, что было совершенно на него не похоже. — Знаешь, ты могла бы останавливаться в моем доме, когда приезжаешь в Грейтаун. Там достаточно места, и это было бы удобнее.

Я с удивлением посмотрела на него. Это предложение было неожиданным и, признаться, немного сбивало с толку.

— Благодарю за предложение, но я предпочитаю независимость, — ответила я. — К тому же, не думаю, что буду часто бывать в городе. Моя жизнь теперь в поместье Фабер.

— Конечно, — он кивнул, без видимого разочарования принимая мой отказ. — Но предложение остается в силе. На случай, если ты передумаешь.

— Я запомню, — я слегка присела в реверансе. — Доброй ночи, Себастьян. И передай мою благодарность мадам Мелве за компанию.

— Доброй ночи, Адель, — с этими словами он развернулся и направился к карете, где его ждала мать.

В гостиничном номере меня ждала Люси, готовая помочь с вечерним туалетом. Её заботливые руки расстегивали крючки платья и распускали тугую прическу.

— Как прошел вечер, госпожа? — спросила она, аккуратно укладывая лавандовое платье в специальный чехол.

— Лучше, чем я ожидала, — честно ответила я, опускаясь в теплую ванну, которую она успела приготовить. — Себастьян получил свой контракт, а я получила подтверждение, что моё решение начать новую жизнь было правильным. И заключила собственную выгодную сделку.

— Вы выглядите уставшей, но довольной, — заметила девушка, подавая мне полотенце.

— Так и есть, — я улыбнулась. — Устала от светских условностей, от пристальных взглядов и перешептываний за спиной. Но довольна, что выдержала это испытание и теперь могу с чистой совестью вернуться домой.

Домой. Это слово теперь отзывалось в моем сердце образами старого, но возрождающегося поместья, зеленых лугов, конюшен, где скоро поселятся новые питомцы, и людей, которые за короткое время стали для меня ближе, чем все светские знакомые.

Дорога домой в поместье Фабер показалась мне короче обычного, несмотря на те же три дня пути. Возможно, дело было в предвкушении встречи с домом или в том, что мысли мои были заняты планами на будущее, а не тревогами о предстоящих испытаниях. Лошади чувствовали мое настроение и шли бодрее, а возница, которого я наняла в Грейтауне, оказался приятным собеседником, знающим множество историй о местных достопримечательностях.

Мастер Жером всю дорогу не скрывал волнения. Он то и дело доставал из кармана письмо от своего брата Анри с подробным отчетом о подготовке конюшен, перечитывал его в который раз и довольно кряхтел. Покупка трех породистых кобыл явно вернула ему былой энтузиазм и веру в будущее.

— Госпожа, — сказал он, когда мы остановились на постоялом дворе в последний вечер перед прибытием, — я всю жизнь мечтал о таком начинании. Думал, что время упущено, что мне остается только доживать свой век с Фалько и Беллой. А теперь… — он развел руками, не находя слов.

— Мастер Жером, — улыбнулась я, — это только начало. Если наш план удастся, через несколько лет поместье Фабер станет известно своими скакунами.

Люси, сидевшая рядом со мной в экипаже, была не менее взволнована предстоящим возвращением. За время нашего отсутствия девушка успела полюбить поместье не меньше меня, и теперь с нетерпением ждала встречи с матерью и двоюродными сестрами.

— Интересно, что они успели сделать за наше отсутствие? — размышляла она вслух, выглядывая в окно кареты. — Мама обещала закончить с ремонтом кухни, а мастер Пьер хотел разбить новые грядки в огороде.

— Уверена, нас ждут приятные сюрпризы, — ответила я, любуясь знакомыми пейзажами.

Наконец, к вечеру третьего дня мы свернули с большой дороги на узкую аллею, ведущую к поместью. Деревья по обеим сторонам были подстрижены и прорежены, дорожка очищена от камней и выбоин. Уже по этим мелочам было видно, что работы продолжались и в мое отсутствие.

Когда экипаж выехал на открытое пространство перед домом, я невольно вскрикнула от удивления. Поместье преобразилось до неузнаваемости! Фасад здания сиял свежей краской, все окна были застеклены и сверкали в лучах заходящего солнца. Крыша больше не зияла дырами, а была покрыта новой черепицей ровными рядами. Даже колонны у входа были отреставрированы и побелены.

Сад перед домом тоже изменился — дорожки расчищены и посыпаны гравием, клумбы разбиты заново, а молодая поросль деревьев и кустарников обещала в будущем стать прекрасным парком. У входа в дом красовались два больших вазона с цветами, а ступени крыльца были вымыты до белизны.

Но самое удивительное зрелище ожидало меня у самого крыльца. Вся моя «семья» — Марта с племянницами Кларой и Мари, Пьер с сыновьями, Себастьян, Анри, Жак и Сэм — выстроилась встречать меня, словно я была королевой, возвращающейся из дальнего похода.

— Госпожа! — воскликнула Марта, первой бросившись ко мне, когда я выходила из экипажа. — Наконец-то вы дома! Мы так волновались!

— Мама! — радостно откликнулась Люси, обнимая свою мать, пока та приветствовала меня.

— Добро пожаловать, мадам, — степенно произнес Себастьян, но даже его обычно невозмутимое лицо светилось от радости. — Надеюсь, поездка прошла успешно?

— Более чем успешно, — улыбнулась я, оглядывая собравшихся. — Но расскажите лучше о ваших успехах! Поместье выглядит просто великолепно!

Жак и Сэм подскочили ко мне, наперебой начиная рассказывать о проделанной работе:

— Мы помогали Филиппу с крышей! — выпалил Жак. — И носили кирпичи для печки!

— А я научился класть черепицу! — не отставал Сэм. — Филипп сказал, у меня настоящий талант!

— И конюшни готовы! — добавил мастер Жером, его глаза светились гордостью. — Анри проделал великолепную работу.

Пьер подошел ближе, снял шляпу и поклонился с достоинством старого слуги:

— Рады видеть вас дома, госпожа. Теперь все встанет на свои места.

— Пьер прав, — согласилась Клара, одна из племянниц Марты. — Дом был красивый, но какой-то пустой без вас.

— Мы каждый день говорили: «Вот бы госпожа это видела!» — подхватила ее сестра Мари.