Моя попытка залить воду в отверстие не увенчалась успехом, ложка не влезла, а обломок стула застрял. Медной тарелкой мне даже удалось поддеть небольшой расшатавшийся камень в углу стены, но под ним оказался плотный материал, войлок и снова камень, наверняка этот «пирог» и глушил все мои крики. Короткая записка «Что вам нужно», которую я вывела сажей от свечи на вырванной из книги странице, исчезла на второй день, когда сил терпеть жажду уже не было, и я все-таки выпила воду из кувшина. Однако ответа на мое послание не последовало, меня продолжали кормить, приносить книги, а вчера я обнаружила красивое платье. От частого употребления снотворного в голове не прекращался гул, движения были будто заторможенными, а жажда меня не покидала. В минуты отчаяния мне казалось, что я никогда больше не выберусь из этого склепа и проживу здесь до конца своих дней…

— Крр… — донесся до меня уже знакомый звук сдвигаемого засова в кабинете Ее Величества. Время было позднее, обычно в такой час в помещение никто не заходил, и я поспешила к дыре…

— Не тебе меня обвинять! Разве не ты был главой теней⁈ — огрызнулась королева, но к кому она обращалась, я не увидела, — сколько на твоих руках крови невинных⁈

— Решила исправить эту несправедливость и наверстать упущенное? — насмешливо проговорил мужской голос, показавшийся мне смутно знакомым.

— Я была одна в этой стране! Они все меня ненавидят! И глупа, решив завоевать любовь простолюдинов, помогая женщинам, попавшим в беду! Когда я занялась пансионами и узнала, что происходит за их стенами, я попыталась это пресечь! Я пыталась, Скай!

— Скай, — выдохнула я, еще плотней прижавшись ухом к стене.

— Но что может сделать чужачка⁈ Королева, которую не уважает даже король⁈ Я не стала им препятствовать, закрыла глаза и за это получила поддержку! — последнюю фразу Ее Величество яростно прокричала.

— Элен… ты должна была мне об этом рассказать! Они похищают людей. Они пересекли дозволенную черту… их пора остановить.

— Ты понимаешь, что на их место придут новые? — горестно пробормотала Ее Величество.

— Да, но им потребуется время, чтобы набрать силу…Эли, где Кэтрин?

— Не знаю, она уехала! — выкрикнула королева, зло бросив, — ты изменился, забыл, о чем мы мечтали⁈

— Мы выросли, Эли, теперь у меня другая мечта.

— А у меня нет… список тех, кто стоит за всем этим на столе. Там же адреса домов…

— Отпусти ее, она никому не расскажет, что ты замешана в этом деле. С остальными я, как всегда, разберусь… в последний раз…

На этот раз пробуждение было тошнотворным. Голова нещадно кружилась, в глазах плыло, а в горле першило от сухости. Не сразу до меня дошло, что истошные крики, рыдания и грохот — это не мое больное воображение, а происходит где-то совсем рядом. Осторожно перевалившись набок, я некоторое время с недоумением смотрела на ярко-красную портьеру, плавно переместила взгляд на диван, обитый бордовым плюшем, на стол из красного дерева… и рывком поднялась, о чем тут же пожалела. Адская боль, словно раскаленная спица, вонзилась в мой затылок, и я невольно застонала.

Дождавшись, когда головокружение чуть утихнет, а рвотный позыв будет не столь настойчивым, я, опираясь на столбик кровати, что держал балдахин, шаркающей походкой направилась к выходу, решив подумать о том, как я оказалась в богато обставленной комнате, позже, как только отсюда выберусь.

Добраться до двери было непросто. Цепляясь за мебель, которой здесь было более чем достаточно, я, шатаясь словно пьяная, все же достигла заветной цели и, осторожно выглянув в коридор, была едва не сбита бегущим прямо на меня констеблем.

— На улицу иди! — рявкнул мужчина, рукой показав мне направление, и помчался дальше по коридору. Повторять дважды мне было не нужно, поэтому, сбивая плечами стены и косяки, я устремилась в указанную сторону и спустя несколько минут буквально вывалилась во внутренний двор…

Потрясенно замерев от обрушившейся на меня адской какофонии звуков. Девушки, девочки, женщины и даже мужчины — кричали, визжали, рыдали и ругались, так что невозможно было разобрать ни слова. Вцепившись в перила, с трудом сохраняя рассудок, я смотрела на творившийся кошмар, ища сквозь плотный строй людей просвет, чтобы уйти как можно дальше от этого ужаса, но…

— Кто такая? Иди к своим, — прервал мои лихорадочные мысли грозный голос, а вскоре и его обладатель появился в поле моего зрения.

— Я? — едва ворочая языком, заговорила, с трудом проглотив застрявший в горле ком, — я Кэтрин Мар…

— Кэтрин! Она здесь! Кэтрин! — будто сквозь вату донеся до меня радостный крик Дерека, это окончательно подкосило мои силы, ноги вдруг ослабели, и я медленно стала заваливаться на перила.

— Родная…любимая… — просипел мужчина, успев подхватить меня на руки, и покрывая мое лицо поцелуями, неистово зашептал, — больше никогда я тебя не оставлю. Слышишь, никогда…

— Она цела? Кэтрин, с тобой все в порядке? — требовательно проговорил Скай, его встревоженное лицо мелькнуло надо мной, и его тотчас сменило обеспокоенное Дэвида.

— Ее нужно показать лекарю.

— Кэтрин, ты говорить можешь? — спросил Брайн, поднося к моему рту бутылку с водой.

— Не знаю, вроде бы, — просипела я, давясь слезами и судорожно всхлипывая, и сделала несколько больших глотков холодной воды.

— Идемте отсюда, — проговорил Дерек, продолжая держать меня на руках, будто я ничего не весила, и двинулся прямо на кричащую толпу.

— Проклятье! Они все же приехали! — вдруг выругался Скай, и вскоре я поняла причину его недовольства. Возле машины Дерека с визгом шин припарковался еще один автомобиль, и оттуда выбежали Дель и Алекс.

— Нашли! Они нашли ее! Кэтрин, господи, ты жива! — наперебой кричали подруги, то гладя меня по голове, то сжимая мои ладони, — ты нас перепугала до смерти.

— Хм… нам ли переживать, — истерично хохотнула, продолжая цепляться за Дерека, как утопающий за спасательный круг, — Алекс, и ты здесь?

— Дель написала, что ты пропала. Нам повезло, в тот же день мы сели на корабль, — с улыбкой проговорила девушка и, окинув меня сочувствующим взором, добавила, — выглядишь ужасно.

— Вы обещали дождаться нас, — не дал мне ответить Скай, подхватив Дель под руку.

— Вы долго, а мне донесли, что сегодня будут проверять последний дом.

— Кто? Кип?

— У меня свои источники, — фыркнула Дель и, распахнув заднюю дверь машины, проговорила, — Дерек, я так понимаю, ты Кэтрин сейчас из рук не выпустишь? Тогда вам стоит сесть на заднее сиденье, а твой автомобиль подгонит к дому Кип.

— Да, так будет лучше, — пробормотал мужчина, осторожно, словно я величайшая ценность, усаживая меня на заднее сиденье.

Вскоре я, убаюканная в руках Дерека, слушая тихую беседу подруг, невидяще взирая на проплывающие мимо нас дома, магазины, ремонтные мастерские, сады, думала, что в этой жизни мне все-таки, несмотря ни на что, повезло чуточку больше…

— Мадемуазель Кэтрин, ваши письма я положил на стол в кабинете, еще принесли новые счета, мсье Оуэн их… госпожа, — судорожно всхлипнул расчувствовавшийся Эмон, чуть подавшись ко мне.

— Я тоже рада тебя видеть, — проговорила, крепко обняв мужчину, следом заключила в объятия старика Оуэна, девчонок и Паулу, — и вас очень рада видеть… я скучала.

— Госпожа, чай велю подать и ваше любимое печенье, а господ я накормила, и места в доме всем хватит, — пробормотала Паула и, шмыгнув носом, круто развернулась, выбежала из холла.

— Господ? — с недоумением переспросила, покосившись на Эмона, но мне ответила Алекс:

— Я с группой поддержки приехала, со мной дед. Мадам Мелва тоже здесь, Адель мы оставили им на растерзание.

— Так что мы идем ее спасать и радовать. Расскажем, что ты нашлась и с тобой все в порядке. А ты иди к себе, лекарь сейчас поднимется… Дерек, проследи, чтобы она выполнила все предписания доктора.

— Обязательно, — тотчас проговорил мужчина и, снова подхватив меня на руки, не слушая мои возражения, хотя я уже чувствовала себя гораздо лучше, понес на второй этаж, минуя гостиную, откуда слышался довольный смех.