Ничего не понимающие воины Тирантома возликовали, решив что сами боги Зетро вмешались в ход грядущего сражения. Многоголосый победный рев огласил окрестности. В воздух летели головные уборы и кованые шлемы — солдаты истошно кричали, выражая свой восторг по поводу свершившегося чуда.

Каково же было всеобщее удивление, когда божественная колесница, извергающая громы и молнии, сделав широкий круг в небе, зависла над ставкой главнокомандующего и медленно опустилась на землю. Из ее нутра выскочил знакомый многим офицерам опальный легата Решетов и, помахав в знак приветствия рукой, легко побежал навстречу уже спешившего к нему главнокомандующему …

В роскошном, празднично украшенном тронном зале сегодня было многолюдно — весь цвет дворянства Тирантома в этот торжественный день собрался здесь. Решетов разглядывал присутствующих с некоторой долей отчуждения, и дело тут было вовсе не в том, что он лишь вчера освободился от статуса разыскиваемого преступника, — со стороны вся эта «тусовка» ассоциировалась у него со стаей попугаев. Яркие и довольно разнообразные цвета праздничных одеяний буквально резали глаз. Что делать — таковы были традиции …

Церемониймейстер, обеспечивавший соблюдение дресс-кода, и самого Решетова желал облачить в пестрящую красками тунику

— В уме ли ты, халдей?! — возмущенно спросил его Сергей, бросив короткий взгляд на одеяние, которое протягивал ему «кутюрье».

Слуга в испуге отпрянул от человека с репутацией убийцы и, довольно неумело изобразив любезность, спросил:

— Легата желает что-нибудь менее вычурное? Смею предложить вот это …

По его знаку в комнату зашел его подручный с еще более гротескным «прикидом». Сергей заскрипел зубами, и тот без слов все понял — он молча развернулся и покинул помещение. В конце концов, Решетов и церемониймейстер сошлись на более-менее приемлемом для обоих варианте — красный камзол и темно-синие штаны. Завершали образ рыжие сапоги.

Поначалу, следуя в тронный зал, Сергей чувствовал себя неловко — по его мнению, он выглядел как нечто среднее между «новым русским» и сутенером из старого американского фильма. Но, обозрев «великолепие» собравшихся на коронацию придворных, слегка успокоился. Он встал в сторонке, ухватил с подноса снующего меж собравшихся слуги бокал с вином и, рассеянно кивая на приветствия знакомых, ожидал начала действа …

… После завершения фееричной боевой операции мир между двумя «супердержавами» был восстановлен. Ну, как мир … Скорее, вечное противостояние без военных действий. В принципе — нормально, если не допускать конфронтации. Но об этом пусть теперь заботятся дипломаты и члены военного совета, Решетов свою роль «миротворца» считал выполненной!

Сергей улыбнулся — и все-таки эффектно вышло на границе! Когда из совершившего посадку вертолета неспешно вылез Сайрун Тимари с белым флагом, а за ним — едва переставляющий ноги Гай Морно, закованный в кандалы и конвоируемый спецназовцем с автоматом … Да, выражения лиц откомандированных для переговоров эрминцев нужно было видеть!

В течение нескольких томительных часов дипломатическая миссия Тирантома и представители Эрмина локализовали назревший конфликт, устроив перекрестный допрос легате-ренегату. Тот, пытаясь спасти свою жизнь, рассказывал дознавателям такое, что дипломаты, потрясенные тем, насколько глубоко уходили щупальца заговора в различные сферы деятельности обеих империй, на какое-то время впали в ступор. Впрочем, это так и не спасло жизнь Морно — вчера, в компании со своим «подельником», юным лоретом-неудачником, он был казнен.

Присутствовавший на казни Сергей ушел с площади в довольно мрачном настроении. Жажда отмщения куда-то пропала, а на душе скребли кошки. Вот с палари дело обстояло совершенно иначе — там была битва! Без лишнего пафоса — битва Добра со Злом. Истинное отмщение, и даже — справедливое возмездие! А здесь … Едва ли не рыдающие, жалкие заговорщики, безропотно втащенные на эшафот и буднично обезглавленные … Искаженные гримасами предсмертного ужаса, катящиеся головы … Нет, то было зрелище не для него! И назвать это местью, в которой он поклялся на посмертном костре близких людей, было нельзя … Впрочем, он с лихвой воздал за смерти Миланы и Наташи там, в катакомбах, и на этом все!

В свете открывшихся после череды допросов сведений, Лилис немедленно организовала серию арестов по всей территории империи. То была чудовищная по количеству вовлеченных лиц сеть, ключевые фигуры которой были, тут нужно было отдать должное действенности будущей правительницы, нейтрализованы или заключены в темницу в течение двух суток. Многие из внедренных агентов были членами секты палари. По полученным из Эрмина данным, там тоже провели грандиозную «чистку» по выявлению участников межгосударственного заговора. По началу Сергей с искренним интересом следил за всем этим, но потом ему стало противно — обычная человеческая «канитель», где в игру политиков вступает взрывной коктейль людских пороков. Себя Решетов святым при этом отнюдь не считал — и на его руках было достаточно крови, но «подковерная борьба» серых кардиналов ему всегда была омерзительна. Он предпочитал честный бой, в котором противника хотя бы отчасти уважаешь — лишь за то, что тот в открытую вышел против него …

Придворные оживились, на несколько мгновений зал наполнился перешептываниями, а затем все стихло … В тронный зал величественно вошла наследница престола в сопровождении своего неизменного спутника — Сэймура и двух слуг. Позади шел церемониймейстер, который нес на атласной подушке символ власти — венец, некогда украшавший чело ныне покойного Тавра.

Седой взглянул на принцессу и невольно залюбовался ею — в своих излюбленных цветах — алое с золотом; туника волнами спадала к облаченным в искрящиеся драгоценностями сандалии ногам; волосы темным водопадом покрывают обнаженные плечи — хороша, черт возьми! Вчера был действительно судьбоносный день: «реабилитация» Решетова, казнь заговорщиков и, как вишенка на торте, — единогласное решение членов Совета Пятерых о коронации «лорен». Именно такой титул носила правительница империи, правившая в незапамятные времена. А теперь ею станет Лилис!

Невольно Седой вновь вспомнил свой разговор с Кертом. «Кто я, и кто она?», — эти слова тогда сорвались с его уст непрошено, но это и означало их искренность — выходило, что подсознательно он все же имел некие виды на принцессу. И если сначала все еще можно было списать на внезапно вспыхнувшую страсть, то теперь Решетов уже не был уверен в том, что его чувства к Лилис столь однозначны. Он часто вспоминал ее открытый взгляд, ее улыбку, слова, произнесенные ею…

«Так, Сережа!», — с раздражением одернул он себя. — «Еще не хватало размякнуть тут подобно мороженому в жаркий день! Соберись!». И он сосредоточил внимание на происходящем, с трудом отбросив крамольные мысли по поводу правительницы целой империи.

Принцесса величественно проследовала к трону, одарила зал благосклонной улыбкой и грациозно присела. Советник Тимари поднял корону над ее головой, и торжественно произнес:

— Я, Сайрун Тимари, глава Совета Пятерых, во исполнение решения самого Совета, объявляю Лилис Кендро лорен Тарантома и всех принадлежащих империи колоний! Да свершится воля Зетро!

По нестройным рядам придворных пронесся вздох благоговения. Нескончаемой вереницей поток вассалов потянулся в сторону трона — все спешили поклониться юной лорен. Седой украдкой осмотрелся, отыскивая вариант побыстрее скрыться незамеченным — его не прельщала возможность лобызать пол перед троном.

— Легата Решетов! — настиг его звонкий голос Лилис в то время, когда он уже готовился выскользнуть за дверь. — Прошу вас, не покидайте зал.

Сергей прикусил губу. Взоры всех присутствующих обратились к нему. Нарушив церемонию, лорен поднялась с трона и проследовала в его сторону. Она приблизилась и с очаровательной улыбкой тихо спросила: