Одно радует — началось «великое переселение» и мрачным мыслям не осталось места!

Я даже не подозревал, что в замке живет столько людей! Десятки детей, пожилых и покалеченных женщин потянулись в убежище! И это не считая нас, многочисленных обитателей Заднего двора! Набралось сотни четыре голов — никак не меньше!

Мы с Таруном носились по замку, пытаясь проконтролировать все последние недоделанные дела и просчёты. Авральной работы была тьма! Здесь — непогашенный очаг, там — спрятавшийся малолетний сорванец, неубранная в ледники еда и много, много подобных мелочей, от которых через час уже пухла голова и хотелось громко материться! Хорошо, что живность осталась на своих местах — подкармливать её до нашего возвращения из убежища должны были свободные от боёв воительницы.

Но даже такая, нескончаемая с виду суматоха пришла к своему завершению. Мы с Левым последними спустились под землю и плотно задраили за собой вход.

Начались нудные дни ожидания…

Очередной раз удивился инженерной мысли человека просчитавшего это сооружение! Было хоть и тесно, но никто друг у друга на голове не сидел. Наоборот — ещё оставались кой-какие свободные места и пусть узкие, но проходы между рядами многоярусных коек. В убежище сумрачно, но не настолько, чтобы нельзя было не различить буквы в списке, который держал в своих руках Тарун. Кстати о чтении… Несмотря на дарованное Серой Пеленой превосходное знание языка, местные буквы для меня оставались просто закорючками — читать я не умел. Это надо было срочно исправлять, благо свободного времени сейчас хватало.

Суматоха по обустройству в бункере была недолгой — сразу видно, что люди к такой жизни привычные и опыта им было не занимать.

Тарун в убежище автоматически становился главой и его приказы были обязательны к исполнению всеми, даже женщинами.

Особняком стояла только сгорбленная высокая старуха, которую Левая Рука называл Леммией. Эта бывшая воительница в силу своего преклонного возраста уже не могла исполнять обязанности Защитницы и поэтому была приставлена к малолеткам — этакая «Детская Рука».

Рассортировавшись и «утрамбовавшись» где-то часа за полтора, все, кроме неугомонных детей разлеглись, по своим койкам, отдыхая от суматошного дня.

— Слышь! Тарун! — начал я издалека. — А ты сильно будешь занят до открытия убежища?

— Да какое там «занят»! Еду раздал, чистоту с порядком проверил и всё! Готовься, Егг-Орр, к скуке! Только бока отлёживать и остаётся, пока трубу не услышим!

— Так может это… Грамоте меня обучишь, раз делать нечего? И тебе не скучно будет, и мне полезно!

— Ишь ты, резвый какой! Да только одни буквы больше сезона разучивают, а уж в слова их правильно составлять — двух мало!

Старик задумчиво посмотрел в потолок, словно пытался сосчитать все многочисленные вентиляционные дырочки в нём. После небольшой паузы, он что-то там сложив в своей голове добавил:

— Хотя ты прав! Научить не научу, но начать стоит! Как выберемся наверх, то заниматься будет некогда — всё хозяйство поправлять придётся. Не то что учиться — есть от нехватки времени на ходу будем!

— Да уж… Серьёзное обучение! А я хотел ещё и счёт освоить…

— А Замок свой, набитый золотом, не хочешь? — с легкой иронией поддел меня Тарун?

— Давай, если есть! — принял я правила игры.

— Как не быть! Вон! Только построил!

С этими словами ехидный дед скрутил «фигу» и показал мне.

— Ты не смотри, что замок маленький — внутри сокровищ видимо-невидимо! Только нос поближе поднеси, чтобы все их пересчитать!! — предложил Тарун под весёлый хохот тех, кто слышал наш разговор.

Вот ведь. немощь старая! Мало того, что «фигвамы рисует», так ещё и собственным носом ткнуться предлагает! Находчивый! С таким весело преругиваться — одно удовольствие!

— Всё! Победил! Сдаюсь! — «испугавшись» и подняв руки вверх ответил я. — Спрячь свой «замок», пока такое великолепие Серые Твари не увидели и сами от смеха не передохли!

— То-то же! Если опять захочешь на сокровища посмотреть — обращайся! — горделиво закончил нашу перепалку дед.

Общее настроение в убежище явно повысилось. Те, кто был свидетелем немудрённой шутки Таруна разбрелись пересказывать её остальным. То тут, то там раздавались взрывы смеха. Да мне и не жалко! Главное, чтобы народ меньше думал о том, что наверху происходит!

— И всё же… — я продолжил начатый разговор. — Когда начать сможем?

— Да сейчас и начнём! — Левый пересел ко мне на кровать и стал просвещать. — В нашем языке двадцать восемь букв и пять подбукв, отделяющих слова в предложении. Каждое предложение начинается с большой буквы, которая ничем от простой не отличается кроме размера. Большего тебе знать не надо, пока все их не выучишь и правильно рисовать не научишься. А это наука хитрая и кропотливая — не на один день!

Я облегчённо выдохнул. Значит, не тысячу китайских иероглифов изучать придётся, а почти нормальный алфавит со знаками препинания! И чего только старый пугает несколькими сезонами? Тут делов на три-четыре дня!

Я оказался полностью прав, тем более и само написание букв сильно напоминало смесь из латинского и русского алфавита с небольшими изменениями. Тяжелее всего пришлось с теми из них, которые были идентичны нашим, но обозначали другой звук. Например наше «О» произносилась как «Г», а латинская «Y» — родная «А». Но и эта грамматическая неразбериха была быстро преодолена — на память я никогда не жаловался и влёгкую мог запоминать по несколько листов текста и раньше. Тарун тихо офигевал, глядя как за несколько часов я усваивал то, на что отводились месяцы. К концу третьего дня быстро написать несколько предложений почти без ошибок для меня уже не составляло труда. С числами пришлось помучиться дольше, так как система была не десятичной, а состояла из двадцати знаков в своеобразной компановке, но и к этому я относительно быстро привык.

Также Левая Рука поведал многое про структуру общества Мира Сестёр. Всё было поделено на Владения со своей специализацией. Владения замка Нест у Кромки Арок Ту давали всем железо, наше — ягоды шува и ещё несколько нужных трав и плодов, кто-то — редкие минералы, другие же специализировались на скоте или земледелии. В спокойных землях, где ничего полезного не было, обустраивались Школы Воительниц в которые с четырнадцати-пятнадцати лет отправлялись на учёбу девушки со всех замков. Через четыре года, отслужив два Сезона в «горячих точках» они получали вторую парную букву в имени и стать полноценными воительницами. Если выживут, конечно.

Понятно, что во главе каждого замка и прилегающих к нему земель стояли местные аристократки — «Орр». Аристократии наплодилось больше чем замков, из-за этого отличительной особенностью Владетельниц было название замка в конце титула, а сами они входили в высший орган власти — Сход Владетельных, которым руководила Повелительница Земель. Прямо наша Дума и Президент!

Законы для всех были одинаковы и делились на два вида — Правила и Устои. Грубо говоря, Устои это основные неприложные законы, а Правила — подпункты к ним, регламентирующие жизнь и отношения между людьми. И если первые никак нельзя было изменить, то вторые подвергались, пусть и крайне редко, редактированию.

Много чего ещё интересного и важного рассказал Тарун, так что я выйду наверх уже достаточно образованным человеком. Надо перед ним потом будет «проставиться» — столько мне в голову вложил! Учителем он оказался действительно отменным. Простыми, не заумными словами доносил смысл своих уроков легко и непринуждённо!

Несмотря на упорную учёбу и длинные задушевные разговоры, уже на второй день ничегонеделанья навалилась, как и предсказывал старик, скука. Время ползло словно черепаха, особенно в этом безвременье, где нет, ни дня ни ночи, а лишь свет масляных светильников. Тем более, что про часы здесь никто слыхом не слыхивал — все ориентировались только по положению солнца и лун. Восход — пора вставать, светило над головой-половина дня прошло, наступил закат — день закончился. Вот что значит неторопливая жизнь!