Они выехали на дорогу и продолжили свой путь в сторону Кленска, как и говорила советница изначально. Справа была река, слева раскинулись поля, видимо относящиеся к другому населенному пункту, но Виктор не мог вспомнить, какому именно. Путь их должен был лежать на ту сторону, через мост, который с трудом удавалось разглядеть впереди из-за стоявшего над водой тумана. Солнце даже не показалось из-за горизонта, кости ломило от усталости, ведь спальный мешок все же для одного предназначен, а не для двоих.
– Зачем ты убиваешь советников, ясно, а вот зачем ты убил своего отца, я никак не могу понять, – неожиданно заговорила она, и убийца с грустью вспомнил о том времени, когда спутница всю дорогу молчала, и лишний раз даже не обращалась к нему. Напоминание о смерти герцога снова растеребило не зажившую рану, и представься ему сейчас шанс, он непременно воспользовался бы им, и за одну эту фразу оборвал бы жизнь девушки. Вот только нож подобрала утром она, и судя по всему забрала себе. Нельзя снова допустить его попадания в руки предателя совета. Аполинария не смотрела на него, как и он на нее, хоть за что-то ее стоило поблагодарить.
– Я не убивал своего отца, это сделал Ронин, но так как предатель я, то никто мне не поверит, – грубо пояснил он, не собираясь вдаваться в подробности случившегося в столице, это не имело сейчас ценности. Вот только лидер совета на минуту остановилась, дав ему чуть вырваться вперед, и уставилась на спину. Постояв так недолго, она снова взмахнула поводьями и нагнала спутника.
– Я тебе поверю, и Венториэль тоже. Ты считаешь нас монстрами? Человек, мстящий за то, что его разлучили с семьей, ни за что не причинит зла этой самой семье, и я думаю, много кто понимает это. Мы разберемся, и он ответит, даю слово, – честно высказалась она, а Виктор лишь приподнял брови. Видимо девушка и вправду считала, что его казнят и на этом все закончится. Сам же предатель рассчитывал на другой конец, надеялся, что дар вернется, и тогда он сможет продолжить начатое.
– Еще раз произнесешь его имя в моем присутствии, и больше ни одной ночи не сможешь спать, так как при любой представившейся возможности я убью тебя за это, – он напрягался, как один большой нерв, каждый раз слыша имя преследователя. Этот человек отнял у него все, включая даже врожденные способности. Ах как бы Виктор хотел вонзить нож в его сердце и повернуть, надеясь причинить ту же боль, что испытывал он сам. Из-за своих мыслей парень не заметил, что девушка молчала, видимо она прекрасно поняла, что шутить он с ней не собирается, тем более на эту тему.
К городу они подъехали на закате, а значит ночевать под открытым небом сегодня не представиться, а жаль, может стоило исполнить свою угрозу и закончить вчерашнее. Тут будет труднее. Некогда процветающее поселение вокруг нынче пустующего замка и впрямь увядало. В простонародье это место называли городом воров, так как именно здесь они и ошивались. Король, да и герцог уже плюнули на правопорядок в этой местности, как и вся страна впрочем. Никто не хотел становиться владельцем этих земель, даже ради титула. Место считали проклятым, и мало кто из порядочных людей заглядывал сюда.
Мост, что остался позади наполовину сгнил, еще несколько зим, и его точно не станет. Ни стен, ни ворот, ничего тут не было, просто начинались сперва полуразрушенные некогда жилые дома, за ними шла основная инфраструктура, гостиницы, конюшни. Заканчивалось все высокими, каменными стенами, возвышающимися над крышами на много сотен метров. Два острых, словно копья, шпили, тянулись к небу, остальная часть замка была ничем не примечательна, просто ровная кирпичная стена, с окошками, парочкой балконов, ставнями. Вернее того, что осталось от всего этого за столько лет.
Повсюду тут лежал песок. Вместо земли, камней или гравия, из которых обычно выкладывали дороги в городах, в Кленске везде лишь один песок. Лошади шли медленно, им не нравилось, как копыта утопают в нем. Осматриваясь по сторонам, Виктор не видел ни души на улице. Лишь пару раз в грязных окнах мелькало чье-то лицо, но тут же пропадало. Мурашки побежали по спине у Кленского, ему не нравилась обстановка.
Парочка остановилась возле одного из самых маленьких зданий, дверь которого уже накренилась и плохо закрывалась, из-за чего постоянно была открыта. Спрыгнув с коня, девушка привязала его к перилам.
– Мне нужно отправить послание, не забывай, что если тебя здесь не будет, я тебя найду, – когда она скрылась в помещении, предатель совета отрицательно покачал головой. Почему Аполинария так доверяет ему, что даже не связывает, ведь он все же пленник? Видимо чересчур уверена в себе. Честно говоря, если бы не случившееся ночью, то Виктор действительно предпринял бы попытку к бегству. Пусть он у нее явно не первый, и через какое-то время забудется, если уже не забылся, то парень ту ночь запомнит, как и ее саму. Вспомнив слова лидера совета о том, что ей его смерть радости не доставит, он улыбнулся. Наверно из-за этого все же не побежит, пусть она приведет его в замок совета, и он сделает там то, что должен, убьет всех, кого сможет найти без своего дара. Пусть она увидит их смерть. Увидит его в крови. Тела ненавидимых ею людей не меньше, чем убийцей. Она подарила первую ночь любви в его жизни, а он подарит ей смерть совета. Виктор решил, что Аполинарию он убьет последней.
Девушка вышла из дома и осмотрелась по сторонам. Застыв на пороге, она смотрела куда-то ему за спину и чуть вверх, не двигалась и молчала. При виде такого поведения, Виктор нахмурился, что-то тут не так, но обернуться и посмотреть самому, не интересно. Звук приближавшейся стрелы стал очевиден достаточно издалека, его усилила стоявшая тут тишина. Парню не составило труда пригнуться настолько, что стрела пронеслась мимо и врезалась в дом. Вот что она видела, на крыше соседнего здания стоял человек с луком и нацелил его прямо в спину советника. Видимо поняв, что ничего так просто не выйдет, с разных сторон, из переулков и домов по бокам, выскочили еще трое с луками, наставленными прямо на них. Выхватив из-за пояса два кинжала, в одном из них Виктор узнал свой, Аполинария была готова к нападению, и выглядела соответствующим образом. На ее фоне Кленский казался беззащитным ребенком, совершенно без оружия. Конечно, на самом деле это было далеко не так, но если бы нападавшие так думали, то им это было бы на руку.
– Так, так, так, что это у нас здесь, два советника. Уважаемые, мы не причиним вам вреда, просто покажите какого цвета у вас волосы, и мы позволим вам идти с миром, если они конечно не зеленые, – проговорил один из людей, он был пухлым и выше остальных, борода на лице и черные короткие волосы. Пара шрамов хорошо выделялась на фоне светлой кожи. Уроженец столицы или другого города на севере, не иначе. Среди тех, что стояли на песке посреди улицы еще один был похож на него, третий же наоборот выглядел старым и поседевшим, но из-за обилия волос на лице и бороды, возраст определить трудно. Сглотнув ком в горле, Виктор понял, они по его душу, слишком большую награду назначили за голову с зелеными волосами в столице.
– Те, кто увидел лицо советника без его разрешения, могут подвергнуться казни, мы вам такого разрешения не даем, и условия ставить вы не можете, – даже в такой ситуации она вела себя, как лидер совета, цитируя правила и вероятно в голове прокручивая варианты того, как все должно быть на самом деле. Только предатель понимал, что они влипли, по крайней мере, он точно.
– Так, бабу мы не ищем, прекрасно, тогда остался только один вариант, – его лук уже был направлен на парня. Видя негодование на лице Аполинарии, он понял, что помочь ему девушка не сможет. Три стрелы смотрели на него, и еще одна на нее, все не отбить и не увернуться. Ну разве что, они выстрелят одновременно, а он свалится с коня на землю.
Медленно сняв капюшон и продемонстрировав им свои зеленые волосы, Виктор был спокоен. Чертыхнувшаяся про себя девушка оценивала ситуацию. Добраться до одного из них она не смогла бы, все стоят слишком далеко.
