Венториэль между тем стоял посреди дороги и даже не замечал, как сквозь него проходили крестьяне, спешащие по своим делам и не предполагающие, что здесь вообще кто-то есть. При прежнем визите он плохо запомнил местность, но все равно узнал ее. Больше всего конечно внимание заострилось на знакомой девушке с уже отчетливым животом. Пытаясь мысленно посчитать на каком она должно быть месяце, лидер совета попробовал не думать об этом, как и о том, что они с Виктором обсуждали ее убийство. Даже зная, что смерть этого ребенка остановит конец эпохи и в каком-то мере защитить Миаленику, пусть только в Апатии, он не смог этого сделать.
– Она тоже может меня видеть? – на всякий случай поинтересовался он у вестника, на что тот стремительно дал отрицательный ответ.
– Нет, она сама больше не обладает божественной силой, после того, как освободилась от воскресителя, Алерия стала обычным человеком, даже больше не сосудом. А вот ее ребенок, зачатый еще в те времена, перенял силу и энергию некоторых важных людей и силой обладает. Он-то и представляет опасность, ведь неизвестно на чью сторону встанет. Из-за него легенда о конце может исполнится и ты знаешь это, – голос звучал как обычно, без намека на дрожь или волнение, но сам вестник на самом деле нервничал сильнее Венториэля.
– И если я заберу у него божественную силу – он перестанет быть таким особенным и уже никак не повлияет на легенду о конце? – на всякий случай поинтересовался лидер совета для собственного успокоения, наблюдая за тем, как женщина стирает белье в огромном деревянном корыте. Ее руки покраснели от холодной воды и мыла, а кожа на лице обветрилась, да и сама Алерия внешне сильно постарела. Видимо сказался образ жизни и беременность.
– Он родится и вырастет обычным человеком, в нем не будет ничего божественного или судьбоносного. Да, его не будет смысла убивать. Я уже знаю, что ты хочешь спросить, но нет, тогда я не мог тебе этого сказать или посоветовать так сделать, – сразу опередил вестник вопрос Венториэля, заставя того еще больше задуматься о происходящем, чего спутнику не нужно.
– Почему не мог? Ах да, потому что в мире было недостаточно божественной силы для борьбы с Хенорпом. С чего ты это взял? Может у меня все получилось бы, а Миаленике не пришлось бы умирать. Ты просто мог все сказать в любой из моментов моего воскрешения, я уж не говорю о том, что ты мог рассказать все ей, – разразился злобной тирадой лидер совета, обводя местность вокруг взглядом и пытаясь представить, где сейчас находится собеседник.
– Доверься мне, Виндед, когда дойдем до конца, ты все поймешь и без не своевременных ответов. Просто забери силу у ее ребенка, это точно так же, как и у всех остальных, – вопросы начинали раздражать, их слишком много и слишком рано. Нахмурившись, Венториэль сорвался с места, подошел к женщине и без лишних церемоний просто дотронулся до ее плеча. Едва заметная молния силы в очередной раз ударила парня, а внутри него уже бушевала настоящая гроза. Лидер совета ощущал покалывание на пальцах, когда приближал их друг к другу, а временами и то, как пробегают разряды по коже, заставляя все волоски на теле встать дыбом.
Алерия ничего не почувствовала, она не заметила прикосновения и для нее ничего не изменилось. Вероятней всего, женщина очень расстроится, когда узнает, что ее ребенок больше не вестник конца эпохи и все, что ей рассказывал о нем Джорах не случится. Представив ее лицо в момент осознания этого, Венториэль невольно улыбнулся. Ну хоть одно полезное дело ему удалось сделать благодаря этому сомнительному замыслу, уже не в пустую потраченное время и силы. Заметив надвигающийся на него туман, лидер совета невольно задержал дыхание. Он делал так последние несколько раз, сам не знал почему, получалось инстинктивно. Не имея не малейшего представления о том, где окажется в следующий раз, он был сильно удивлен при виде герба и флага Апатии на стенах.
Сразу догадавшись о намерениях вестника, Вент отрицательно замотал головой и осмотрелся по сторонам, для подтверждения догадки. Небольшой кабинет, очень мало мебели, письменные принадлежности хаотично разбросаны. В остальном чистота и порядок. За большим столом в кресле, откинувшись на спинку сидит он, бывший советник с повязкой на глазах и слушает чтение письма стоящим напротив него молодым парнем лет пятнадцати.
Обессиленно рухнув на ближайшее кресло, Венториэль провел пальцем по вышитому имени и напрягся каждой клеточкой тела. Сказать человеку, что ты пришел забрать у него то единственное, благодаря чему он хоть что-то может видеть язык определенно не повернется. Пытаясь рассмотреть лицо собеседника, он старался не забывать, кто перед ним, и в каких преступлениях повинен этот человек. Только за них его можно с чистой совестью казнить, а не просто лишить дара и сделать беспомощным, слепым человеком.
За прошедший месяц с последней встречи, или сколько там на самом деле прошло времени, Виктор заметно осунулся, он выглядел уставшим и плохо походил на того самого советника, что погубил весь орден. Сейчас его было даже жалко, и лидер совета просто не находил для него слов. Стоит ему заговорить и Виктор узнает об их присутствии, какова будет реакция? Что в первую очередь придет в голову нынешнему королю Апатии? Может расскажет ему, что случилось с Миаленикой, и почему она вышла замуж за другого. Огромный вихрь вопросов и мыслей крутилась в голове и Венториэль на самом деле запутался в них, не представляя, что сейчас следует сделать в первую очередь.
“Мы не можем забрать у него дар, это единственное, благодаря чему Виктор может хоть что-то видеть”, – подумал он, надеясь, что вестник услышит мысленное предложение среди прочего хаоса в голове, лидер совета. Тем временем чтец закончил очередное письмо, сложил их все стопочкой и замер в ожидании приказов короля. Махнув головой в сторону двери, Виктор недовольно причмокнул и постучал пальцем по поверхности стола.
– Свободен, – тихо произнес он и словно проследил взглядом за тем, как парень поклонился и покинул кабинет. Теперь они остались здесь одни, вот только король пока не знал о присутствии потусторонних сил в помещении.
“У тебя осталось очень мало времени, если ты не соберешь всю запланированную силу, то того, что есть может не хватить для победы над Хенорпом. Если ты облажаешься, я ничем не смогу тебе помочь”, – голос вестника раздался в голове так, словно прозвучали собственные мысли. Вздрогнув от их неожиданности, Венториэль набрал в грудь воздуха и откинулся на спинку занятого им кресла. Заговорить с предателем совета придется, если он хочет сдержать договоренность с вестниками бога смерти и отомстить за Миаленику.
– Привет, Виктор, – устало проговорил лидер совета, наблюдая за тем, как выпрямился и сразу насторожился король Апатии. Даром он все еще не мог засечь его, что позволяло тому слегка расслабиться, – у меня к тебе дело, не терпящее отлагательств и нет времени все объяснять…
– После всего случившегося, в разгар военных действий, ты сваливаешься мне на голову, совершенно неожиданно появляешься в кабинете и заявляешь, что нет времени все объяснять? Уж будь, пожалуйста, любезен потратить свое драгоценное время, раз ты нашел его на визит сюда в такое время, – прервал его король, выставив руку ладонью вперед прямо перед собой. Виктор не знал, где именно находится собеседник, и жест получился не совсем в его сторону, но выглядел вполне сурово. Прикусив губу от досады, Венториэль сжал руки в кулаки, стараясь не воспринимать собеседника, как ненавистного массового убийцу советников. Стоит снова начать думать об этом, и чувство совести заглушается и забрать у Виктора дар кажется уже не такой плохой мыслью.
– Мне подсказали способ, как можно одалеть Хенорпа и отомстить ему за все, что тот сделал, но для этого мне потребуется кое-что у тебя забрать. Если это недостаточно веская причина для столь неожиданного появления, то я не знаю, что может таким стать, – сказать зачем он пришел сразу не получилось, язык действительно не поворачивался. Судя по вздоху, раздавшемуся откуда-то сзади, вестник оказался не в восторге от такого диалога.
