– Проводите меня до спальни, – распорядился он, ткнув пальцем одного из солдат и получив стандартный ответ, направился следом за его огоньком разума. Он подумает обо всем, что услышал, потом, во сне, при повторном разговоре с Аарисой, но не сейчас.
***
Принцесса оказалась довольно симпатичной молодой девушкой, со светлыми волосами и серыми глазами. Первые несколько минут ее сна, Виктор просто рассматривал принятый ею образ и лишь догадывался насколько он соответствует действительности. Все мысли девушки, которые он смог прочитать без погружения в сновидение были полностью идентичны тому, что она рассказывала. Сомневаться в словах при таком раскладе не имело смысла, но стоило убедиться на всякий случай, что за этим не скрывается чего-то большего, о чем Аариса старалась не думать. Знала ли она про особенность нового короля Апатии? Это так же оставалось загадкой, но если присутствовала при его первом появлении, то вполне вероятно.
Место, где в сновидении пребывала девушка было ему не знакомо, и Виктор смело предположил, что это столица их государства. Названия города он не знал или знал, но забыл, да оно и не имело значения. Сейчас она сидела в роскошном саду, с множеством дорожек, по обе стороны от которых росли и розы, и пионы, и ромашки, и множество других цветов, названий которых он не знал. Принцесса сидела на позолоченной лавочке, вышивала и что-то тихо напевала себе под нос. Не сильно живой сон, но вызванный скорее всего тоской по дому, ведь она не была там уже давно. Приехав в Апатию в качестве претендентки на руку короля Рэндалла Агийского, принцесса Аариса смогла доехать только до города у стены, по ее словам, и дальше ей пришлось сбежать обратно сюда.
Не хотелось нарушать ее одиночество и идилию, но так Виктор не сможет выяснить все интересующие его аспекты. Придав своему образу лучший вид, какой можно представить, он спокойно появился на дорожке и размеренной походкой направился к ней. При другом стечении обстоятельств эту встречу можно было бы назвать даже романтичной, но преследовавшие цели далеки от чего-то подобного. Остановившись так, чтобы Аарисе пришлось отвлечься и повернуться, Виктор наблюдал за четкими и уверенными стежками.
– А я все жду, когда вы здесь появитесь, можете не утруждаться, я не скажу ничего нового или не соответствующего тому, что уже сказала, – проговорила принцесса, даже не подняв на гостя взгляд, чем лишь доказала свою осведомленность об особенности короля Апатии. Мило улыбнувшись, он моментально вернул лицу серьезное выражение, благо Аариса не успела увидеть этого.
– Я пришел узнать не только обо всем, что вы сказали. В зале ход ваших мыслей шел довольно хаотично, вы были напряжены, скованы и путались, сами не знали, что хотели сказать. Я подумал, что здесь вам будет проще и спокойней, – немного слукавил Виктор, пожав плечами, но собеседница не видела этого, ведь даже не повернулась с момента его прихода. Не став сильно зацикливаться на этом, бывший советник устроился на другом конце лавочки, у нее за спиной, поставил локоть на подлокотник и уперся головой в ладонь. Вытягивать информацию таким образом всегда было муторно и долго.
– Этот сад для меня разбил отец, сестры были против, ведь окна их спален тоже выходили сюда, а прежде здесь был просто закуток с фонтаном в центре, им нравился он, а я терпеть не могла все каменное и влажное. Представляете, какое на меня оказывалось давление с их стороны после? Родные две сестры меня просто ненавидели. Думаете находясь здесь и вспоминая это, мне будет спокойней? – усмехнулась она и покачала головой, оторвавшись от работы и осмотрев свою часть сада.
– Не я навеял вам эту местность, я лишь погрузил в сон, все, что вокруг нас – ваших рук дело и ваше творение, – пожал плечами Виктор и закатил глаза, обычная ошибка всех, с кем он так разговаривает и кто в курсе его дара, – давайте лучше обсудим вашу встречу с богом смерти, если она действительно была, что он сказал вам? – отложив работу, Аариса разгладила платье на коленях и оставила руки там.
– Когда Аластер пришел в отведенные нам покои, я сразу поняла, это не мой брат. Он вел себя слишком вызывающе и уверенно, не так, как обычно. Когда я спросила, что с ним такое и почему он себя так ведет, он напрямую сказал, что пока еще не мой брат. Он рассказал о смерти дяди Андраника, причине, повлекшей ее, а также, что во всем мире скоро будет очень жарко, если Миаленика Кленская не примет его предложение. Он много говорил на самом деле, и в тот момент мне казалось это полной чушью и я переживала, что мой брат сошел с ума. Не думаю, что вам это чем-то поможет остановить моего отца, – спокойно проговорила девушка, откинувшись на спинку скамейки и впервые посмотрев на собеседника. Стоило ей его увидеть и удивление застыло на лице Аарисы.
– Про смерти детей с зелеными глазами он тоже вам рассказал? – поинтересовался Виктор, стараясь не обращать внимания на то, каким взглядом собеседница изучает его, – Или вы сами сделали такой вывод? – не дождавшись ответа, решил натолкнуть на него.
– Он говорил, что лишит некоего Виндеда всего, что тому дорого, чтобы он возненавидел его. И Миаленика не будет единственной потерей, он уже забрал всех, у кого были зеленые глаза и не допустит появления новых будущих членов совета, – очнулась она, встряхнула головой и отвела взгляд, – простите, я не ожидала увидеть вас таким…
– Таким обычным? – усмехнулся Виктор, мысленно обдумывая услышанную информацию и пытаясь сложить эти кусочки в единую картину и понять, что подтолкнуло короля Больто на атаку.
– Таким красивым, – покраснев, призналась она, снова отвернувшись от собеседника и взявшись за вышивание. Невольно улыбнувшись, бывший советник постучал по подбородку пальцем. Он здесь выглядел, как в свои лучшие годы, когда еще Венториэль не вырезал его глаза, а длинные зеленые, слегка вьющиеся волосы аккуратно обрамляли лицо с обеих сторон.
– А прибыв в город у стены, вы услышали новости о гибели родных братьев и сестер, а также о смерти только родившихся младенцев с зелеными глазами, и в ужасе рассказали брату. Тот написал яростное письмо отцу, обвиняя во всем Миаленику Кленскую и получил армию для атаки, не так ли? – только такая схема складывалась в голове Виктора, но обвинять Аарису в начале войны не хотелось. Чувство вины определенно сгубит бедную девушку, ведь это значит, что она виновата в смертях простых людей от рук солдат. Вздохнув, она пыталась воткнуть иглу в ткань, а король заметил, как дрожат пальцы. Ему захотелось взять принцессу за ладонь и попытаться успокоить таким образом, но он не рискнул прикасаться к ней, даже здесь. Все это можно неверно истолковать, а сейчас только этого и не хватало, – У вашей семьи прям какой-то пунктик на счет моей сестры и ее виновности во всем, а армия и так была стянута к городу у стены, не пришлось долго собирать и готовится. Вам не кажется, что это лишь предлог и на самом деле ваш отец просто очень давно хочет завладеть Апатией? Женись его брат на моей сестре, все получилось бы без войны. Выйди вы замуж за Рэндалла, косвенно, планы вашего отца тоже исполнились бы. Поняв, что ни того ни другого не будет, а сын предлагает вторжение, король просто ухватился за возможность? – версия казалась правдоподобной, а Аариса снова отложила пяльца и иглу и повернулась к нему. Едва заметные слезы виднелись в уголках ее глаз.
– Я пыталась их отговорить, я пыталась. Я писала отцу после брата, отправила уйму писем, но не получила ответа. Пыталась поговорить с братом, но он не хотел меня слушать, он был в ярости из-за смерти наших родных и хотел отомстить хоть кому-то. На дядю Андраника, когда он был вместе с вашей сестрой в городе у стены тоже было покушение, но тогда ему повезло, а лидер совета Венториэль не стал доводить расследование до конца, ведь его волновали только вы и ваша сестра. Об этом брату рассказал капитан Берттре, который был в то же время там и получал сведения от охраны. Я не смогла ничего сделать, – с грустью в голосе проговорила Аариса, – и я пожалела, что все рассказала, – еще более печально добавила она.
