– Как прикажете, Ваше высочество, идем к воротам несмотря ни на что, – отступил он и устроился возле огня, принюхиваясь к запаху еды. Недовольно скривившись, Миаленика потерла уставшие глаза.
– Я не голодна, спокойной ночи, – проговорила герцогиня, подхватила свое одеяло и подушку, греющиеся тут у костра и забралась в палатку. Скинув только сапоги, Миа устроилась на расстеленном подобии матраса и закуталась в одеяло. После костра оно отлично согревало, но надолго тепла не хватит и следовало заснуть прежде чем, оно кончится. Стоило закрыть глаза, как перед ними предстало лицо Венториэля, такое родное и любимое. Раньше она всегда представляла его перед сном, но тогда были лишь давние воспоминания детства. Теперь к ним добавились реальные события, происходившие не так давно и еще очень живые в памяти. Сейчас казалось, словно на самом деле прошло несколько лет, а не недель с их последней встречи. Впервые с момента воскрешения ей стало настолько тоскливо, что хотелось разрыдаться. Прежде Миаленика сдерживала эти порывы и отвлекалась на размышления о разгадке и поиске ответов, но сейчас, пока служанки нет в палатке и она наконец-то осталась одна, позволила себе маленькую слабость. Самым неожиданным в текущей ситуации стало спокойствие и умиротворение, нахлынувшее разом. Миаленика ощутила расслабление тела и поняла, что моментально заснула.
Это могло случится только в одном случае, что не очень радовало герцогиню. Попытка открыть глаза ни к чему не привела, перед ними все та же темнота. Тяжело вздохнув, Миа хотела закатить глаза, но ничего не вышло из-за неопределенности состояния.
“Я же просила никогда не использовать на мне твои способности” – подумала она надеясь, что адресат сообщения услышит, находясь своим огоньком разума так близко. Резкая перемена заставила вздрогнуть и обвести пространство вокруг взглядом. Благодаря этому девушка увидела, как темнота преображается, изменяясь и принимая облик тронного зала в замке столицы Апатии. Король сидел на законном месте, сцепив руки в кулак перед собой и наблюдая за сестрой.
– Это вынужденная мера, прошу меня простить, – здесь его зеленые глаза, признак члена совета, все еще были с ним, доказывая нереальность происходящего. Проведя пальцами по лицу и убедившись, оно не заплакано, Миаленика взяла себя в руки и сурово посмотрела на Виктора, пытаясь показать степень бушующей в ней злости.
– Настолько вынужденная, что ты отправился разыскивать меня по всей стране? – у него на подобный маневр должен был уйти не один день, ведь никто не мог конкретно подсказать брату, куда направился ее небольшой отряд.
– Ведь кто еще, кроме меня сможет отговорить тебя от безрассудного поступка. Ты ведешь этих людей и себя прямиком на верную смерть. Я знал, что ты предпримешь попытку проявить самодеятельность, но надеялся, что супруг сможет тебя удержать, – оттолкнувшись, Виктор встал с трона и сделал несколько шагов по направлению к сестре. К ее удивлению одет он оказался в форму и плащ совета, а не один из свежих королевских нарядов, – да мне и не пришлось тебя разыскивать, просто заметил скопление огоньков в стороне и решил проверить нет ли твоего среди них.
– Ну может стоило рассказать мне все, что ты знаешь и тогда мне не было бы нужды выдвигаться в путь на поиски ответов? Ты же не будешь спорить, что умолчал некоторые последствия моего воскрешения, – брат явно не будет откровенен с ней, как хотелось бы, оттого не стоило раскрывать и свои подозрения.
– Я до сих пор не уверен в том, что есть какие-то последствия твоего воскрешения и какие они, а высказывать лишь предположения не считал важным. Насколько мне известно, люди, воскрешенные при помощи определенного обряда, начинают влиять на окружающих довольно странным образом. Так Алерия повлияла на меня в свое время и я сам не понял, как оказался в ее постели. Мне об этом доподлинно ничего не известно, этому не учили в замке, а дополнительной литературы я не читал. Я не знаю, как воскресили тебя и кто, и можно ли это считать обычным случаем, оттого просто перестраховался, – он помолчал какое-то время, давая Мии возможность переварить услышанное, но она и так знала то, что брат только что сказал, – Ника, тебе нельзя идти к стене и уж тем более нельзя за нее. Армия короля Больто вторглась на нашу территорию без предупреждения и объявления войны. Они уже захватили Лекинст и ближайшие к нему города и замки, разорили деревни. Кленск – единственный город, который дал им отпор, благодаря твоему мужу. Я был в городе у стены, чтобы помочь генералу и разведать планы противника. Тебе нельзя приближаться туда, ты наследница трона, – сурово и уверенно проговорил Виктор, замерев в нескольких метрах от Миаленики и рассматривая выражение на ее лице, которое не изменилось. Она не испугалась и определенно не передумала. Армия людей не беспокоила бывшего лидера совета.
– Раз ты был там, то очень поможешь мне, рассказав, кто командует этими силами и кого я могу встретить. Думаю преодолеть стену будет не так трудно, как ты предполагаешь, ведь я воскрешенная, что бы это не значило, – сжав руки в кулаки и теряя последнее терпение Мии хотелось прекратить беседу, но вдруг Виктор все же решит сообщить нужные сведения.
– У стены тебя встретит его высочество принц Аластер Больто, тот самый, который был в столице, когда ты умерла. В которого снова может вселиться Хенорп и попробовать убить тебя второй раз. А если ты пересечешь границу сама, богу смерти даже не нужно будет ни в кого вселяться, его власть там беспредельна, он может просто подумать и ты уже умрешь и тогда не думаю, что кто-то сможет воскресить тебя заново. Прошу тебя, отступи и вернись в Кленск, сейчас это самое безопасное место в стране, – при упоминании имени принца, мурашки пробежали по спине Миаленики. Именно в облике этого человека Хенорп явился к ней в комнату, выставил условия и велел убить себя ради страны и близких, что она и сделала.
– Мне нужны ответы, Виктор, и ты не заставишь меня отступить. Если что, я буду в замке совета за стеной, или по пути туда. Будет что сообщить, действительно важное, можешь применить способности, но не просто так и не ради очередной попытки меня развернуть. Передавай привет Келиону и убирайся из моей головы, – процедила девушка сквозь зубы, надеясь, что брат воспримет все это, как угрозу и оставит ее уже в покое.
– Будь осторожна, Ника, физически я не могу тебя остановить, это твоя жизнь и жизнь твоего ребенка, но подумай хотя бы об Апатии. Стоит тебе попасть в руки к королю Больто, и эта война, начатая его стараниями будет проиграна, – мысли Виктора путались и она это поняла. Он начинал прыгать с темы на тему, теряясь, что именно хочет ей сказать, а что не стоит говорить.
– Не сдавай Апатию в обмен на мою жизнь, Виктор. Мы не знаем, сколько еще мне осталось после всего случившегося и моя жизнь не стоит страны, – она замолчала всего на секунду и поняла, что хочет знать еще кое что, – ты не натыкался на Венториэля? Не знаешь где он? – но Виктор отрицательно покачал головой.
– Как он мне сказал, какой-то бог спрятал его от меня. Я не вижу огонька Венториэля и не могу с ним слиться. Когда он рядом я научился определять, где конкретно он стоит потому что там пустота, но летая по миру трудно выделить что-то похожее. Он бессмертен, за него ты можешь не переживать, в отличие от себя, удачи, – с этими словами он растворился вместе с залом, а Миа погрузилась в крепкий сон на всю ночь.
***
Утром ее разбудил храп служанки, раздавшийся с соседнего матраса громче обычного и заставивший Мию резко оторвать голову от подушки. Судя по с трудом пробивающимся через полог лучам света, солнце встало довольно давно. Вероятно Люций не спешил приблизиться к стене и оттого оттягивал с отправлением в путь, а значит и не будил их. Максимально приведя себя в божеский вид, насколько это возможно в столь стесненных обстоятельствах, Миаленика выбралась на улицу и осмотрелась. Самого Аравейла нигде не обнаружилось, но зато Дейв оказался тут и сразу предложил герцогине воды и завтрак, и даже свое теплое место у костра. Отмахнувшись от всего, девушка отошла к собранным в одном месте вещам и умылась из фляги, надеясь, что не выглядит чересчур ужасно.
