Протиснулся — метра четыре вверх, может, пять. Рубаха осталась в завале, и голая кожа скрипела по мокрому камню, сдирая пепел и грязь. Плечо, ушибленное при таране, огрызнулось болью, когда пришлось перенести на него вес тела. Стиснул зубы и продолжил карабкаться.

Когда руки нащупали край, я подтянулся и перевалился через кромку. Кирка звякнула о пол, выпав изо рта. Перекатился на спину.

И понял, что пространство вокруг изменилось. Звук упал и растворился. Голос ушибленного плеча, звон кайла, даже собственное дыхание, всё размазалось по чему-то огромному, потеряв четкость, отразившись от далеких стен.

Я лежал на ровном каменном полу. Достал кристаллы, чтобы увеличить радиус освещения, поднял на вытянутой руке.

Свет скользнул по ближайшим камням и пропал — ни стен, ни потолка. Бледное сияние растекалось и тонуло во мраке, не в силах зацепиться ни за одну поверхность. Здоровая каверна, или целый тоннельный зал. Судя по тому, как расходилось эхо, потолок висел где-то очень высоко.

— Черт её дери, — выдохнул, и голос улетел в пустоту.

Поднялся на ноги и огляделся, насколько позволял скудный свет.

Под ногами лежали крупные валуны, обкатанные потоками воды, которые когда-то заливали эту каверну. Между ними поблескивали лужицы конденсата. Кое-где жидкость булькала, выпуская пузырьки газа, и от этих бурлящих пятен шел кислый запах, от которого щипало в носу. Серный выход. Я обошел ближайшую лужу по широкой дуге, ступая на сухие камни.

Следы вели влево.

Я двинулся за ними и через минуту оказался в боковом тоннеле. Узкий, но с высоким сводом. Стены стояли близко, на расстоянии вытянутых рук, а потолок терялся где-то наверху. Шаги здесь отпечатались четче: рыхлый туф на полу хранил каждую вмятину.

И тут я услышал голоса.

Далеко. Приглушенные расстоянием и изгибами камня, но различимые. Кто-то разговаривал впереди.

Я остановился. Убрал кристаллы за пояс, придавив тканью, и мрак сомкнулся. Постоял, давая глазам привыкнуть. Потом двинулся дальше, медленно, ставя ступню с носка, перекатывая вес плавно, чтобы подошва не хрустнула на шлаке.

Голоса стали отчетливее. Два мужских, тихих, и третий чуть в стороне.

Замер. Прижался плечом к стене и перестал дышать.

— Стой, — сказал первый голос, тот самый, дымящийся. Я узнал его по сухой хрипотце. — Чуешь?

— Ага, — буркнул второй, раненый.

— Что такое? — спросил третий.

И у меня перехватило горло. Третий голос — чуть выше, чем у большинства мужчин на острове. С характерной южной манерой тянуть гласные в конце фразы. Знакомый до зубовной боли.

Голоса стали тише. Зашептались.

Я прижал ладонь к кристаллам на поясе, убеждаясь, что они надежно скрыты. Если у этих двоих действительно Дар сканирования, они могли засечь энергетический фон камней на расстоянии. Черт. Нужно было спрятать их раньше, хотя это уже наверное не помогло бы. Какой смысл, эти двое итак бы его почуяли, куда бы я их не засунул.

— В чем дело? — снова спросил третий, настойчивее.

Шепот. Обрывки фраз, едва различимые сквозь камень. Я вычленил два слова, проступивших чуть громче остальных: «…по следам…» и «…северянин…»

— Северянин⁈ — вскинулся третий голос.

Валерио. Это Валерио. Сомнений больше не оставалось.

Ах ты сволочь. Мысль прошла холодной волной, с горьким пониманием. Эти двое здесь не случайно. Они работают на него. Залезли в кишки вулкана через какой-то свой лаз, чтобы что? Найти для него кварц? Или принести заранее заготовленный образец? А потом наткнулись на меня и решили заодно прибрать к рукам чужую добычу. Деловые ребята и расчетливые.

Вот ублюдок.

Другая мысль, острая. Где Эйра? Она была в паре с этим мерзавцем. Если Валерио здесь, с этими типами, то куда он дел напарницу? Бросил? Отправил в другую сторону? Или…

Нет, не думай об этом. Сначала разберись с тем, что перед тобой.

Голоса смолкли. Потом вдали зашаркали шаги. Я подождал ещё, потом начал тихо отступать. Шаг назад. Ещё один. Ладонь скользила по стене, пальцы считывали каждый выступ и каждую трещину. Ориентация по касанию и звуку, больше ничего.

Добрался до поворота. Завернул за угол. Вжался спиной в камень и замер, контролируя дыхание.

Минута-две. Капель где-то за спиной отмеряла время.

Из бокового тоннеля пробился свет факела. На стену легла длинная тень, и из прохода вышла фигура.

Валерио. Один.

Я быстро присел за невысокий каменный уступ, выступавший из пола. Затаился.

Он прошел в десяти шагах. Плащ запылен, светлые волосы сбились на лоб, но осанка прежняя, прямая, почти барская. Факел в левой руке горел ровно, хороший факел, не та дрянь, которую выдали мне. Правой рукой Валерио поправил камзол, одернул полу, привычным жестом человека, которому важно выглядеть аккуратно даже в кишках вулкана.

Развернулся и зашагал вдаль по главной каверне, уверенно, не оглядываясь. Знал, куда идет.

А где те двое? Остались в боковом тоннеле? Ушли другим путем?

В голове заворочались вопросы, один цеплял другой. Если они передали ему образец кварца, настоящий, чистый, добытый с помощью их поискового Дара, то у Валерио на руках козырь, который перекроет что угодно. И тогда он выиграет испытание законно и формально. Принесет Совету камень, который не он нашел и никто ничего не докажет, потому что доказательств у меня нет. Я видел силуэты, слышал обрывки шепота в темноте. Это слово против слова. Моё, северянина с мутной репутацией, против наследника торговой фамилии из Мариспорта.

Нужны доказательства, что-то конкретное — что-то, что можно предъявить Совету и нельзя будет отмести.

Что делать вообще не понимал. Ситуация выскальзывала из рук, и каждую секунду Валерио уходил всё дальше.

Ладно. Хотя бы не терять его из виду.

Я выждал, пока отсвет его факела не превратился в далекое пятно, и двинулся следом. Тихо, держась у стены. Мои сапоги ступали по камню тихо, насколько позволяли. Два преимущества шестой ступени: вес тела и умение этот вес контролировать.

Валерио свернул влево. Я дошел до поворота и выглянул.

Парень стоял метрах в тридцати. Остановился. Факел поднят высоко, свет скользил по стенам, будто что-то искал или прикидывал направление. Потом двинулся дальше.

Я обернулся. Позади, из того узкого тоннельчика, откуда вышел Валерио, никого. Тьма и тишина — те двое растворились, будто их и не было.

Справа, из неширокой расщелины в стене, мелькнул свет.

Я развернулся, вскидывая кирку — из темноты выступила фигура с факелом. Невысокая и худощавая. Плащ серого сукна, мешок за плечом.

Эйра осматривала стены, водя факелом из стороны в сторону, и выглядела так, будто давно потеряла ориентацию. Брови сведены, губы сжаты, шаг неуверенный.

— Эй, — шепнул я.

Она вздрогнула всем телом. Факел дернулся, наверняка выхватив из мрака мою физиономию.

— Кай⁈

— Ага.

— Ты что тут…

— Тшш. — Я приложил палец к губам. Подождал, пока она подойдет ближе. Её глаза метались по моему лицу, по голому торсу, по кирке в руке. — Валерио. Ты его видела?

— Нет. — девушка покачала головой. — Он ушёл. Устроил скандал ещё у входа в трубку, наорал, сказал, что не желает быть в паре с «портовой точильщицей». И просто скрылся. Я его с тех пор не видела.

— Ясно.

Мысленно выругался. Хотя, может, оно и к лучшему. Если здесь шастали двое вооруженных практиков, то лучше уж Эйра была одна в другом рукаве трубки, чем рядом с этим гаденышем и его подручными.

— Нашла кварц?

Она замолчала и лицо изменилось.

— Нашла, — сказала глухо, опустила руку в мешок и вытащила камень.

Я посмотрел.

Камень размером с кулак. Блеклый, мутно-оранжевый, с грязными прожилками и сетью трещин, расходящихся от центра. Тусклый. Даже в полумраке видно, что внутренняя структура нарушена.

«Зрение Творца» отработало автоматически.

[Объект: Огненный Кварц (Низкосортный)]

[Качество: 34 %]

[Целостность: 47 % (Множественные трещины)]