— Невозможно! — воскликнул Траффорд.

— Для лорда Брима нет ничего невозможного, — отрезал Крэнвелл. — И это еще не всё.

— Есть что-то еще? — Траффорд обеспокоенно прищурился над кубком.

— О да, — Крэнвелл глубоко нахмурился. — Брим совершает эти перелеты, имея в запасе почти три четверти метацикла на оперативные задачи — например, на охоту за «невидимками», — и всё это на скорости, в десять раз превышающей скорость обычного эскорта. В количество кубических световых лет, которое он способен обследовать с помощью своего нового мощного BKAEW за одну такую короткую миссию, решительно трудно поверить. Иными словами, дорогой кузен, под угрозой само будущее Эскортной службы. — «Не говоря уже о моих тайных проектах, как и о ваших», — подумал он.

Траффорд вцепился в кубок обеими руками, словно внезапно побоялся его выпустить.

— Я полагаю, это свежие данные? — потребовал он.

— Свежее некуда, — подтвердил Крэнвелл. — Данные получены непосредственно с испытательной площадки завода «Уэйкфилд».

— Значит, эти наработки еще настолько новы, что без Брима их вряд ли удастся повторить?

Крэнвелл поджал губы.

— Нет, — ответил он после долгих раздумий. — Если джинн выпущен из бутылки, обратно его уже не загнать.

— Что же нам тогда делать? — вскинулся Траффорд. — Мы определенно не хотим, чтобы с нашей дорогой Эскортной службой что-то случилось.

— Не беспокойтесь, кузен, — успокоил его Крэнвелл. — Мало выпустить джинна, его нужно еще, так сказать, продать. Новые идеи редко приживаются, пока не появится кто-то известный, кто докажет их исключительную полезность.

— И этот «кто-то» — Брим?

— Именно, — ответил Крэнвелл. — Брим пользуется таким уважением у высших чинов флота, что, пожалуй, только он один способен заставить людей поверить в разработанные им методы.

— Понимаю, — задумчиво произнес Траффорд. — В таком случае его устранение кажется очевидной необходимостью. Как ни прискорбно это признавать, само его существование угрожает военной карьере моей дочери Меган. — Он на мгновение замолчал, изучая свои ногти, затем кивнул, словно принял решение. — Я возьму это дело на себя, — произнес он, глядя на безупречно отполированную палубу.

— Вы? — ахнул Крэнвелл. — И как же вы планируете это осуществить?

— Способом, который не бросит тени ни на одного из нас, кузен, — заверил его Траффорд.

— И каким же?..

— Вам незачем знать это сейчас, а возможно, и когда-либо вообще, — ответил Траффорд с уверенной улыбкой.

Крэнвелл тоже улыбнулся. Он втайне надеялся, что богатый родственник решит сделать за него всю грязную работу. Давно ходили слухи, что не один потенциальный противник графа просто исчезал, перейдя ему дорогу.

— В таком случае, — провозгласил он, — я готов приговорить еще кубок этого восхитительного логийского мим.

— Великолепная идея, кузен, — отозвался Траффорд, нажимая потайную кнопку, чтобы вызвать слуг...

Глава 17

...Хоуп

АВАЛОН-АСТУРИАС, ГОРОД АВАЛОН, ИМПЕРАТОРСКИЙ ДВОРЕЦ, 34 ДЕКАДА 52016 ГОДА

Вскоре после ланча Колхаун и Брим расстались. Последний поймал такси до дома Барбюса, оставил там визитку Колхауна и отправился к императорскому дворцу. У входа через специальные задние ворота его встретили няня Тутти и высокий пожилой императорский паж Джозеф, который последние несколько лет, казалось, был бессменно прикомандирован к «дежурству при Хоуп», как называли это во дворце.

— Она не занята? — спросил Брим.

— Для своего дяди Вилфа она никогда не бывает занята, — ответила Тутти, кивнув в сторону залитого солнцем внутреннего дворика, где маленькая девочка с длинными черными локонами играла с небольшим рыжим котом. — На самом деле она вас ждет.

— Неужели она меня помнит? — вслух засомневался Брим.

— Нет, не думаю, — покачала головой Тутти. — Ей едва исполнилось два года, когда она видела вас в последний раз.

— Что ж, выходит, мне придется начинать всё сначала.

— Именно так, лорд Брим, — ответил Джозеф с ободряющей улыбкой. — Но, думаю, это неважно. Она уже совсем взрослая барышня; уверен, вы поладите в мгновение ока.

Брим на мгновение прикусил губу.

— Я прихватил тут кое-какие вещицы в Авалоне, но никогда не знаешь наверняка, что ей понравится, — сказал он, перебирая свертки.

— Скорее всего, хватило бы и вас самого, — усмехнулась Тутти. — Вы и так прислали ей столько подарков, что ее можно было вконец избаловать. Но сейчас праздники, так что, уверена, еще парочка ей не повредит.

Брим неловко улыбнулся, открыл дверь и шагнул во внутренний дворик.

— Привет, — произнес он, отчаянно пытаясь придумать что-то более увлекательное для четырехлетнего ребенка.

— Привет, — серьезно ответила девочка. — Ты, должно быть, мой дядя Вилф. Тот самый, что присылает мне гостинцы со всех концов света.

— Это я, — подтвердил Брим, снова не сумев подобрать слов. Она была, бесспорно, самым прекрасным ребенком, которого он когда-либо видел: иссиня-черные волосы и смуглая кожа делали ее точной копией матери, но глаза выделяли девочку среди всех остальных. Миндалевидные и сияющие, они обладали тем самым особенным взглядом, который Брим узнавал в других рулевых. Голсуорси тоже это заметил. Он мгновенно осознал, что эта малышка, если пожелает, вполне может вырасти в одного из величайших рулевых галактики.

— Ты любишь кошек? — требовательно спросила она, когда лохматый рыжий котенок подбежал к Бриму и принялся тереться о его сапоги.

— О, я обожаю кошек, — ответил он, отложив пакеты, чтобы поднять котенка на руки.

— Это хорошо, — заметила Хоуп, когда зверек деликатно лизнул его в нос, — потому что ты ей явно нравишься.

Брим рассмеялся и осторожно опустил котенка на пол рядом с девочкой.

— Что может быть лучше? — заметил он. — К тому же теперь у меня чистый нос.

Хоуп весело расхохоталась.

— У меня тоже нос чистый, — сказала она, заговорщицки глянув на окно, где, улыбаясь, стояли Тутти и Джозеф. — Но они это не очень-то одобряют.

— Ну, — сказал Брим, — скорее всего, они правы. Но время от времени иметь чисто вылизанный кошкой нос — это даже приятно.

— Да, — хихикнула Хоуп, — кошачья чистота. Я запомню это, дядя Вилф. Это будет наш секрет. — Внезапно она пристально посмотрела на него. — Это ведь ты тот человек, который пролетел над дворцом вверх тормашками на шумном истребителе, правда?

Брим виновато поморщился:

— Э-э, да, это тоже был я.

— Как весело! — воскликнула она, прыснув со смеху. — Дядя Онрад был так счастлив. Он смеялся и смеялся. — Затем она вдруг посерьезнела, нахмурилась и посмотрела Бриму прямо в глаза. — Я так рада, что ты веселый, — задумчиво произнесла она. — В тот самый день дядя Онрад сказал, что когда-нибудь ты станешь вторым по важности мужчиной в моей жизни.

— Твой дядя Онрад слишком добр, — ответил Брим, чувствуя, как от волнения перехватывает горло. — Но я бы очень гордился, если бы это оказалось правдой.

Внезапно Хоуп посмотрела Бриму за спину и расплылась в улыбке.

— О, а вот и дядя Онрад!

Брим резко обернулся.

— Ваше величество! — воскликнул он. — Я не слышал, как вы подошли.

Онрад ухмыльнулся и протянул руку.

— Обычно мне не слишком удается подкрадываться к людям незаметно, Брим. Рад тебя видеть. А как поживаешь ты, маленькая принцесса?

— У меня всё хорошо, дядя Онрад, — ответила Хоуп, потянувшись к нему, чтобы он взял ее на руки. — Это тот человек, который летал над твоим дворцом вверх тормашками.

— Да, я знаю, — сказал Онрад, с широкой улыбкой подхватывая девочку.

— Ты еще говорил, что он станет вторым по важности мужчиной в моей жизни. Помнишь?

Онрад смутился и закатил глаза, глядя на Брима.

— Да, говорил. Не стану отрицать, — признал он.

— Так вот, с тех пор, — произнесла Хоуп с недетским достоинством, — я всё гадала, кто же будет первым по важности. Ты знаешь?