В течение следующих тиков Брим плавно снижал ускорение, пока вновь не включилась внутренняя гравитация, а затем перевел корабль в автоматический режим. Напоследок он передал вахту шефу Раймеру и направился к кормовому трапу.

Спангенберг следил за каждым его движением, ожидая возмездия, которое, как он знал, честно заслужил.

Однако Брим, поравнявшись с навигационной консолью, остановился и улыбнулся.

— Вы совершили смелый поступок там, в брюхе корабля, Спангенберг, — произнес он, положив старческую, покрытую пигментными пятнами руку на плечо офицера. — Если бы вам не хватило духу отправиться чинить рулевое, мы бы все сейчас летели вместе с Хефдоном прямиком в ту черную дыру.

— Благодарю, адмирал, — ответил Спангенберг, избегая взгляда старика. — Но моей заслуги здесь немного; я бы не справился без шеф-сержанта Барбюса.

— Без шефа я бы тоже не сделал и половины того, что мне удалось, — со смешком отозвался адмирал. — Вы оправдали себя в моих глазах, Спангенберг, и неважно, кто вам помогал. Быть может, вы и не рулевой, но вы храбрый человек, и никогда не забывайте об этом, что бы ни готовило вам будущее.

Вскоре после того, как Брим исчез в проходе, Спангенберг и сам направился в кормовую часть. «Лучше, — подумал он, — провести остаток пути в каюте, чем сносить немые насмешки людей, которые еще недавно были в моем подчинении». Он едва миновал третий ряд консолей, когда на верхней площадке движущейся лестницы показался грузный человек с повязкой на голове — человек, поразительно похожий на императора. Следом за ним шел Брим.

— Это он? — спросил человек, кивнув в сторону Спангенберга.

— Да, ваше величество, — ответил Брим. — император Онрад, позвольте представить вам коммандера Спангенберга из вашего имперского флота.

— Рад знакомству, — произнес Онрад, протягивая руку и сжимая ладонь Спангенберга в крепком, дружеском рукопожатии.

— Для меня это… ч-честь, — ошеломленно пробормотал Спангенберг.

— Полагаю, что так, — усмехнулся Онрад. — Тем более что по прибытии на Авалон я награжу вас Имперской медалью за храбрость. И вам стоит немедленно велеть кому-нибудь пришить четвертую полоску на обшлага, капитан, — добавил он с легкой улыбкой. — Брим не терял времени и сразу доложил мне, что именно вы сумели починить рулевое управление.

Спангенберг попытался что-то сказать, но император остановил его предостерегающим жестом.

— Мы все обязаны вам жизнью, Спангенберг, — тихо произнес Онрад. — Именно поэтому я пообещал Бриму не давать хода флотским сплетням касательно некоторых происшествий на вашем мостике сегодня. Но уясните вот что, капитан, — продолжил он, и лицо его потемнело. — В подходящее время после нашего прибытия на Авалон вы навсегда снимете эту Крылатую комету со своего мундира. И если вы наденете её хоть раз снова, я лично прикажу своей гвардии вас расстрелять. Я ясно выразился?

Спангенберг не знал, смеяться ему или плакать, но он понимал одно: ему вернули жизнь в тот самый миг, когда он был уверен, что потерял её навсегда.

— Я понимаю, — сумел выдавить он. — Б-благодарю вас, ваше величество.

— Не меня благодарите, — отрезал Онрад. — Благодарите Брима за то, что он отказался рассказывать мне подробности сегодняшнего спасения. — Затем он поджал губы и пренебрежительно окинул взглядом мостик. — Ну что ж, капитан, как насчет того, чтобы отвезти нас домой?

— Я немедленно займусь этим, ваше величество, — ответил Спангенберг. — Сию же секунду.

Круто развернувшись на каблуках, он направился к своему привычному месту у правого штурвала. Ему оставалось всего несколько дней командования звездным кораблем, и он намеревался выжать из них всё возможное.

Arkady Saulski

СZERWONY LOTOS

Сzerwony Lotos© 2021 by Arkady Saulski

Cover © 2021 by Dark Crayon

Публикуется с разрешения автора и при содействии Владимира Аренева

© Krzysztof Piersa

© В. Кумок, перевод на русский язык, 2022

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022

То, что вы держите сейчас в своих руках, – это исполнившаяся мечта.

Потому что именно мечтой всегда было издание моих повестей у наших восточных соседей. Возможность дотянуться творчеством до российского читателя. Возможность передать ему не только этот рассказ, но и те чувства и мысли, что я переношу на бумагу. Именно это с самого начала было одной из целей моих литературных опытов – и сейчас этой цели удалось достичь.

Я когда-то слышал, что математика – это некий универсальный язык. И что откуда бы мы ни происходили, какие ценности бы ни признавали, каким способом ни познавали окружающий нас мир, математика – это то, что связывает и соединяет.

И мне кажется, что и литература – тоже.

Вот обратите внимание – рассказ о фантастической стране, напоминающей средневековую Японию, написанный жителем Польши, попадает в ваши руки и благодаря переводу на прекрасный русский язык доставит вам те же эмоции и поведает ту же историю, что и польскому читателю. И таким образом я как автор некоторым образом вступлю с вами в диалог. И, хотя мы лично с вами еще не встречались, не имели возможности познакомиться иначе, чем через эти слова на страницах книги, – все-таки мы уже знакомимся!

«Красный Лотос» для меня повесть особенная, и поэтому я очень рад, что именно она первой попадет в ваши руки. Конечно, я с любовью отношусь ко всем ранее написанным мною книгам, но именно эта история оказалась той, что родилась – буквально – из внезапного импульса, из мысли, удивившей даже меня самого. Из мысли, что так мотивировала к работе над повестью, заставляла приложить все усилия, определила эту книгу как самую важную для меня.

Ведь «Лотос» – это рассказ не только о войне, чести, любви и непростом выборе. Прежде всего это рассказ о дружбе. Источниками вдохновения для него являлись японская история и мифология – но еще и современная поп-культура, фильмы, музыка, видеоигры. В результате он представляет собой некий синтез даже слишком хорошо известных японцам тем и мотивов, но, надеюсь, с моей помощью они все же заиграют новыми красками. В том числе и для вас.

И таким образом, благодаря российскому изданию этот рассказ о крепкой дружбе становится чем-то большим; это уже история не только Кентаро, но и наша с вами, ведь благодаря ей мы встретимся и в каком-то смысле пообщаемся. И, надеюсь, подружимся. Поговорим, несмотря на то что пока не встречались лично и лично не общались. Все равно поговорим. На универсальном языке литературы. На языке, что нас всех объединяет.

Итак, я приглашаю вас в это путешествие. Путешествие по покинутым крепостям, шумным городам, могучим замкам и мрачным подземельям. Позвольте выразить надежду, что это путешествие доставит вам удовольствие.

И я искренне рад, что благодаря ему мы с вами наконец сможем встретиться.

Нобунага Отомо проиграл битву, просто еще не знал об этом.

Он всматривался в ход сражения с холма, закусив губу. Самураи в центре построения защищались отчаянно. Звон мечей разносился на многие мили, крики сражающихся и умирающих поднимались к небу. Мангуты давили.

Левый фланг был практически разбит; удар конных мангутских лучников нанес страшные потери в рядах вооруженных копьями яри асигару. Стрелы торчали из пашни так густо, что казались стеблями травы. Трупы лежали вповалку друг на друге, кровь впитывалась в почву, а мангуты все не отходили. Казалось, в колчанах у всадников нескончаемое количество стрел – они все летели к рассыпающемуся строю, заслоняя солнце. Солдаты Нобунаги гибли сотнями.