Развернувшись, Лун влетел в рой дакти и стал прорываться сквозь них. Дакти заверещали, а потом разлетелись, слишком дезорганизованные, чтобы успешно атаковать. Лун больше не видел Нефриту, не видел наполовину ослепленного кетеля и воинов. Потом он сообразил – причина полной темноты в том, что погасли огни на солнцеходе. Звон добрался, с облегчением подумал он.

На палубе солнцехода вспыхнул огонь, осветив десяток фигурок земных существ. Они отшатнулись, а огонь рванулся вперед, оставляя за собой искрящийся след. Он фонтаном рассыпался на огненные куски высоко в небе, осветил корабль, берег и море вокруг. Как одно из сигнальных устройств, которые жители Золотых островов использовали на своих ветряных кораблях, только мощнее.

Дакти бросились прочь от света, и Лун сделал круг, пытаясь разглядеть других кетелей. Увидел лишь одного, поменьше, чем тот, которого атаковали они с Нефритой. Кетель изогнулся, нацеливаясь на палубу, и оттуда вырвалась еще одна вспышка огня.

Теперь стрелы огня были меньше, быстрее и тоньше. Кетель получил удар прямо в грудь, дернулся и закувыркался в воздухе с полным боли растерянным ревом.

Потом тяжелое тело врезалось в Луна сзади, и он, дернув шипами, сказал себе: вот что бывает, когда не следишь за ситуацией. Он ударил ногами и вцепился в обхватившие его руки. Зубы проскрежетали по его плечу, но гребни на шее помешали прокусить кожу. Извиваясь и перекатываясь, Лун пытался освободиться от прицепившегося владыки и на втором перекате заметил, что кто-то устремился к нему, сверкнув синей чешуей в отблеске огня. Он перекатился опять, поворачиваясь в ту сторону спиной – и владыкой.

От удара у него перехватило дыхание, и спустя мгновение владыку сорвали у него со спины. Лун извернулся, набрал высоту и увидел Нефриту, которая отрывала владыке голову. Другой попытался напасть на нее, но Лун прыгнул сверху и разодрал ему крыло.

Владыка с рыком обернулся к нему. Они ударили друг друга, схватились, потом расцепились и ударили снова. Этот владыка был гораздо старше и умнее, чем тот, которого разорвал Лун. Он пытался измотать Луна, не подпуская близко. Стратегия верная – Лун почти выбился из сил.

К тому же оба неуклонно опускались к волнам неподалеку от берега. В прошлый раз, когда Лун упал в воду вместе с владыкой, это кончилось плохо. Он увернулся от удара по голове и схватил владыку. Тот вонзил когти ему в бок, но Лун сумел вывернуться и занять нужное положение. Потом перекатился, чтобы оказаться наверху, и сложил крылья.

Они стали падать быстрее, под таким углом владыка не мог поймать ветер. Он ослабил хватку, попытавшись сбежать, и Лун вцепился крепче. Когда они начали перекатываться, Лун высвободился и рывком распахнул крылья, замедляя падение. Владыка врезался в палубу солнцехода. Спустя миг Лун приземлился поверх него и, воспользовавшись растерянностью владыки, вырвал ему горло.

Лун распрямился, заливая палубу своей кровью и кровью владыки, и увидел вокруг многочисленных наблюдателей. Направленный в небо огнестрел озарял пространство вокруг солнцехода. Несколько киш-жандеров, все с тяжелыми стрелковыми трубками, стояли на палубе в отраженном свете огня и таращились на него. И все незнакомые, не из команды летающей лодки, так что он никого не признал. Но никто в него не пальнул, уже неплохо.

Палуба была усыпана мертвыми дакти, а на крыше каюты сидел Звон, тяжело дыша от напряжения.

– Ты как, цел? – встревоженно крикнул он.

– Конечно. – Лун поднял правую руку и зашипел от боли в том месте, где когти владыки пронзили чешую. Звон собрался спрыгнуть на палубу, но Лун сказал ему: – Нет. Оставайся там. А других видишь?

– Нефрита добивает владыку над разрушенной летающей лодкой, – ответил Звон. – Поток, Песня и Елея отбиваются от своры дакти где-то около лагеря земных – там я их видел в последний раз. Оставшийся кетель улетел, и Утес погнался за ним. Следы Корня и Эрики я потерял.

Лун качнул шипами, показывая, что услышал. Он развернулся, пытаясь посмотреть наверх, не пользуясь мышцами правой стороны тела. Так он мало что сумел разглядеть – блики света скрывали то, что двигалось в темноте. Дверь позади него с грохотом распахнулась, и на палубу выскочил Калам. Кто-то из кишцев предупреждающе окликнул его, но Калам, не обращая внимания, подбежал к Луну.

– Рорра на верхней палубе, – выпалил он, задыхаясь от волнения. – Она видела, как вы падали, и сказала, что ты ранен.

– Нет, то есть да, но… – Не слушая Луна, Калам крепко прижал свернутый кусок ткани к самой страшной ране, чтобы остановить кровотечение. – Да, вообще-то, хорошая мысль, – признал Лун. – Но если я велю тебе убегать…

– Я так и сделаю, – пообещал Калам.

– Я не вижу в воздухе других владык и дакти, – доложил Звон с крыши каюты. – Они, наверное… О, Нефрита летит!

Лун пошатнулся – отчасти и от облегчения. Постаравшись спрятать когти, он положил руку на плечо Калама, чтобы устоять. Один жандеран подошел к ним со словами:

– Тебе лучше отойти, Калам…

– Зови сюда лекаря, – перебил его Калам. – Наверное, есть и другие раненые, и на летающем корабле тоже.

Жандеран помедлил, но пошел исполнять приказ. Нефрита кругами спустилась, отраженный свет поблескивал на ее синей чешуе. Лун начинал понимать, как ему повезло, что кишцы не подбили его из огнестрела – они видели две почти одинаковые летящие к ним фигуры.

Нефрита приземлилась на забрызганную кровью палубу и окинула взглядом мертвого владыку.

– Ты цел?

– Да, – сказал Лун. – Ты видела Корня и Эрику?

– Они на берегу вместе с Утесом. – Она наклонилась, чтобы посмотреть на Луна поближе, и Калам убрал с раны ткань. Нефрита поморщилась. – Сколько было народа на борту летающей лодки? Ты знаешь?

– Пятеро, – ответил Калам. – Она уничтожена?

Он поднял взгляд на Нефриту, поморщившись в ожидании ответа.

Она покачала головой.

– Лежит на земле, но у меня не было времени ее осмотреть.

– Вижу Елею, летит сюда, – сообщил Звон.

Дверь каюты снова хлопнула, и на палубу выбежал Каллумкал с еще одной жандеранкой. Они подошли ближе, и Лун узнал целительницу Серлам.

– Там, на берегу… Там есть выжившие? – спросил Каллумкал. – К счастью, большая часть команды решила ночевать здесь, но пятеро осталось на посту, на лодке…

– Там сейчас Утес, – сказала Нефрита, – и я тоже собираюсь пойти. Скажи своим, чтобы не стреляли в том направлении. Скверны ушли, а Утесу, возможно, придется поднять верхнюю часть летающей лодки и посмотреть, что внутри. Если мы найдем кого-нибудь, то доставим сюда. Вы поможете Луну?

– Да, конечно. – Каллумкал поколебался, хмурясь и явно задумавшись, как помогать тому, у кого на спине шипы. – Он может изменить облик?

Калам снова заглянул под прижатую ткань.

– Кровь еще течет, но уже не так сильно.

Нефрита смотрела обеспокоенно, но Луну не хотелось ее задерживать.

– Отойди, Калам, – попросил он, чтобы не упасть на него.

Калам отступил, и Лун сменил облик. А потом все вокруг стало мутным и поплыло, и колени у него подогнулись. Каллумкал подхватил его, и Лун сделал вид, что все еще бодр и в полном сознании.

– Иди, – сказал он Нефрите.

Она отступила и взмыла с палубы в воздух. Каллумкал и Калам повели Луна через дверь по широкому коридору. В отличие от летающей лодки, палуба была деревянная, а стены из тусклой меди. На потолке в гнездах мха были закреплены шары со светящейся жидкостью.

Луна привели в каюту с мягкими скамьями у стен и плетеным травяным ковром на полу. Каллумкал опустил Луна на ближайшую скамью.

– Ты как, держишься? – спросил он.

Цепляясь за скамью, Лун постарался кивнуть. Поверив ему на слово, Каллумкал поспешил вернуться на палубу. Лун предпочел бы, чтобы Каллумкал находился там и сдерживал кишцев – вдруг они перестараются и выстрелят по раксура. Опять появился Калам, уговорил Луна лечь и подложил ему под голову подушку. Лун поднял пропитанную кровью рубаху, чтобы посмотреть на рану. Калам испуганно ахнул.