– Тьфу, проще простого, – подтвердила Касс.

Люциус пробовал удержать на лице улыбку, но ситуация вызывала у него тихий ужас. Он хотел лишь вернуться домой, к своей беременной жене, и не иметь ничего общего с демонами и магией. Не в первый раз в жизни он подумал, что исключительно просчитался с выбором карьеры.

Старший из братьев Натаниэля, Лукас, был невысок и рано начал лысеть. Все в его силуэте и внешности казалось каким-то жалким, как будто природа хотела изваять из него образец благородства, подобный другим Эверсонам, но почему-то остановилась на полпути, произведя на свет незаконченный продукт.

– Как я рад, что доехал, – сказал он писклявым голосом. – Эта твоя Командория, похоже, единственное цивилизованное место на всей Границе. И такой элегантный кабинет. – Он огляделся вокруг. – Ну, конечно, это не наш дворец в Териле, но в сравнении с окружающим… Такая дикость. Не знаю, как ты это выдерживаешь.

– Служба не дружба, – ответил поговоркой Натаниэль, наливая родственнику вина. Он только что вернулся с Агнцева Поля.

– Святая правда. Я тут всего-то две недели, и уже эта голытьба приводит меня в бешенство. Не знаю, что за каприз отца посетил, когда он оформлял тебе назначение сюда. Из-за этого мы с тобой столько лет не виделись.

Серый Стражник лишь поддакивал, зная, что это самый простой способ общения с Лукасом.

– Я тебе говорю, столько всего произошло в последнее время. У меня новый ребенок родился, и вообще. Но по очереди, как говорит отец. Сперва дела, особенно семейные, ага? Потому что, видишь ли, ни за что не угадаешь, но на самом деле я тут по семейным делам. И тут ты, практически Господь тебя послал. Слушай, Спуриус у меня куда-то пропал.

– Да что ты? – Князь минимальным усилием изобразил удивление.

– Поехал к этим дикарям, только его и видели. Теперь мне придется всем заниматься в этом борделе. И еще наши партнеры на той стороне стали резину тянуть. Перестали принимать чернокнижников, которых им пересылаем, не высылают обещанных артефактов. Эти жулики что-то замышляют, я тебе говорю, у меня нюх на такие дела.

Серый Стражник с трудом удержался, чтобы не показать, как он поражен.

– Возможно, дело в приближающейся войне, – сказал он спокойно. – Это может привнести хаос и нарушить проведение даже самой продуманной операции.

– Нет-нет, они что-то затевают. И к тому же я постоянно слышу, что кто-то из твоих там все время мешается. Ты его, наверное, не знаешь, это какой-то Номад, зовут его то ли охотником, то ли погромщиком, как-то так.

– Магнус?

– О, точно, он. Я тебе говорю, тебе надо его приструнить, потому что уже начинает нам создавать проблемы.

– Я запомню.

– Вот и хорошо. Вообще, я так себе думаю… – Мужчина заговорщически наклонился. – Потому что знаю, что отец пока хочет тебя держать в резерве. Но так себе думаю, что раз уж ты тут, то нет смысла в том, чтобы ты сидел нога на ногу и ничего не делал.

– Ну, я довольно много делаю. – Натаниэль с трудом сдержал раздражение в голосе.

– Ну да, я понимаю, вид делать надо. Но я говорю о настоящей работе, а не об этой забаве с духами и чародейками. Понимаешь, о чем я, о настоящей, честной работе для нас, для семьи. Потому что, знаешь, мы, все остальные, на износ пашем, а ты тут сидишь отдыхаешь. С этими варварами. Пора и тебе себя проявить.

– Я безусловно сохраню в памяти твой совет.

– Вот и прекрасно. – Старший из Эверсонов громко зевнул. – Вырубает меня. Слушай, ну ты начинай искать Спуриуса, а остальное обговорим утром, ага? Потому что столько всего надо сделать.

– Разумеется. Стражник за дверью проводит тебя в спальню. Я приказал приготовить наши лучшие гостевые покои.

– Великолепно. – Лукас вышел из кабинета, но перед тем как закрыть дверь, обернулся к брату. – Когда это все закончится, скажу отцу, чтобы перевел тебя на Центральные Территории, может быть, даже в сам Терил. Ты уже слишком долго торчишь на краю света, пора тебе снова стать частью семьи.

– Буду ждать с нетерпением.

Двери закрылись, и в помещении настала тишина. Натаниэль спокойно прислушивался к удаляющимся шагам. Потом достал чистый бокал и налил в него вина.

– Можно выходить, – сказал он.

Двери шкафа открылись, и в комнату проскользнул Эдвин. Уселся в только что освобожденное кресло и сделал глоток из бокала.

– Что ты думаешь об этом? – спросил его начальник.

– Я думаю, что в других обстоятельствах мы бы уже разводили костер… и что я очень рад, что я не ты.

– Ты думаешь, что я воздерживаюсь от решения, потому что он мой брат?

– Я думаю, что ты воздерживаешься от решения, потому что это долбаная семья Эверсон. Даже Магнус два раза бы задумался перед объявлением им войны.

– Но не Дункан. – Начальнику Командории нелегко дались эти слова.

– По правде сказать, я уже очень давно о нем не вспоминал.

– Завидую. Я не могу перестать. – Натаниэль задержал свой взгляд на золотом перстне. – Каждый раз, когда я принимаю решение, когда сталкиваюсь с трудной ситуацией, всегда задумываюсь, получилось бы у него лучше?

Бард подлил себе спиртного.

– Честно говоря, не думаю, – сказал он уверенно. – Дункан был моим лучшим другом и превосходным Серым Стражником. Но вдобавок он был фанатиком. Орден был для него наивысшей ценностью. Ты прав, он не поколебался бы выступить против Эверсонов. Более того, уверен, что уже начал бы разжигать для них костры. Но это не значит, что он был бы прав или что ты должен поступить так же. Иногда капля сомнения – это хорошая вещь.

– Не тогда, когда ты должен принять решение, от которого зависит судьба целого региона, а может, даже и континента.

– А я бы сказал, что это наилучший момент для сомнений. И сомневаться надо столько, сколько надо, чтобы принять верное решение.

– То есть?

– Представления не имею, это тебе платят за управление этим борделем, я тут только уборщик. Но, кстати, действительно ли отец тебе устроил это назначение?

– Нет. На самом деле он хотел, чтобы я возглавил Командорию 6 в столице. Это был единственный в жизни раз, когда я пошел против его приказа. Он воспринял это плохо. Сказал, что теперь будет ждать, пока я докажу привязанность к семье. Видимо, поэтому и не посвятил меня в план.

– Вот старичок удивится. Сильно удивится, как пить дать.

Натаниэль выглянул из окна своего кабинета. Внизу очередной кортеж как раз проходил сквозь ворота Командории. Судя по большому количеству штандартов, украшенных солнечными крестами, он принадлежал Вериниусу Набожному.

– Еще князь Ульрик с семьей, и будет комплект, – сказал Эдвин, усаживаясь на обитую бархатом скамью близ Люциуса. – Четырнадцать сильнейших магнатов Границы под одной крышей. Уже имеем четыре драки и одну попытку заколоть стилетом, а ведь еще даже сами переговоры не начались.

– Магнус и Вульф сумеют поддержать порядок, – заверил командор, возвращаясь за свой стол. – У нас тем временем есть проблема посерьезнее. – Он вынул из ящичка письмо. – Сегодня утром прибыл гонец, письмо от Маркуса Странника, хотя мне кажется, что на самом деле его продиктовал король Гракх.

– Дурные вести, – догадался Люциус.

– Судя по всему, боги обернулись против нас. Буквально. Жрецы из какого-то очень важного склавянского храма объявили, что вторжение Драконобоя получило благословение и наверняка закончится великой победой.

– Да, и мы даже знаем, какой конкретно богини благословение, – сказал Монах. – Но я все же думаю, что нам удастся сдержать Антум, пока она не успела реально повлиять на…

– Ее фактическое влияние не имеет тут значения, – прервал Эверсон. – Значение имеет тот факт, что склавяне поверили жрецам. Люди массово записываются в этот набег. Даже Гракху пришлось позволить половине своей армии отправиться на запад, потому что иначе был риск бунта.

– Известно, о каких цифрах идет речь?