Подошедшая к Луну Лоза оступилась, и он обвил ее рукой за плечи. Рорра дрожала, ее лицо сводило от холода, и Лун вспомнил, что она всегда носила больше одежды, чем киш-жандеры. Она встала рядом с Утесом и прислонилась к нему.

– Я хотела окончательно убедиться, прежде чем сообщать вам, – сказала Дранам, – но хианская лодка замедляет ход. Мне кажется, мы всего в нескольких часах пути от них, точнее сказать не могу.

Нефрита присела на корточки, чтобы посмотреть, и на сей раз Дранам не пыталась незаметно отстраниться. Нефрита постучала когтем по точке, которую Диара отметила на почти пустой карте.

– Можете показать мне, насколько это далеко? В сравнении с расстоянием, которое мы прошли.

Диара склонилась над картой.

– Примерно столько же, как от руин вот до этой точки, где был большой водопад.

– Мы можем туда добраться, – сказал пристально наблюдавший за ними Утес.

Нефрита кивнула и встала.

– Думаю, пора лететь вперед.

Предстоял долгий перелет на холоде, и поэтому сперва наскоро сделали кое-какие приготовления. Нефрита велела всем подкрепиться, и они поели сушеных фруктов и рыбной пасты из корабельных запасов. Лун закончил раньше воинов и отправился искать свой заплечный мешок, хранившийся где-то в спальной каюте. Он взял немного еды, нож, бурдюк с водой, огниво и пару дополнительных одеял. Рорра подготовила для воинов малые огнестрелы.

Пришел Калам со стопкой одежды.

– Пожалуйста, возьми это, Лун. Это тебе, остальным и Нефрите, когда она примет меньшую форму.

– Уверен? – спросил Лун Калама, усевшегося на пол рядом. – Тебе самому не понадобится?

– Нам одежда нужна больше для вида, – отмахнулся Калам. – С помощью нескольких котелков Толк согрел каюты островитян. Они говорят, одежды и одеял достаточно, чтобы согреться.

Что ж, если раксура придется провести ночь на одном из тех ледяных островов, лишняя одежда не помешает. Лун взял протянутую стопку, передал воинам и спросил:

– Как Каллумкал?

– Мне кажется, ему лучше. – Калам кривовато улыбнулся. – Я знаю, что постоянно так говорю, но он самостоятельно пил воду и сжал мою руку. Ивар-эдель считает, что яд может выветриться.

– Отлично.

Они посмотрели друг на друга, а потом Калам сжал Луну руку.

– Берегите себя.

– Постараемся, – ответил Лун.

Сказать больше было нечего.

Калам вышел, но явились Звон, Эрика и Шафрана, чтобы заняться собственными приготовлениями. За Нефритой следовала Ежевика.

– Я могла бы вам пригодиться. Теперь я знаю про хианцев все. И…

– Нет, – отрезала Нефрита и взяла Ежевику за плечи. – Неизвестно, что там обнаружится, и я не хочу рисковать тобой. Хватит и того, что придется нести Толка, но нам могут потребоваться оба наставника.

Ежевика огорченно поникла. Потом в каюту ввалился Корень.

– Почему не я? – требовательно произнес он. – Я лучше летаю, чем Звон, и побывал в большем количестве мест, чем они, – махнул он в сторону Эрики и Шафраны.

Эрика, натягивавшая позаимствованную у жандеров куртку, обернулась и возмущенно посмотрела на Корня. Выражение лица Шафраны уже было близко к убийственному.

Звон был скорее потрясен, чем обижен, а Ежевика зарычала. Лун невольно зашипел, слишком растерявшись, чтобы сделать что-то еще. Лучше бы Корень не разговаривал так с Нефритой.

Та пристально смотрела на Корня, и ее шипы уже начали разворачиваться и подниматься.

– Вини в этом собственное поведение, – жестко произнесла она. – Мне не нужен воин, который не подчиняется.

– Я должен быть там, – оскалился Корень. – Я хочу…

Шипы Нефриты качнулись, и внезапно она схватила Корня за горло и прижала к стене у двери. Он обратился в земную форму и смотрел на нее округлившимися глазами.

Шафрана и Эрика испуганно отшатнулись, Ежевика вздрогнула, а Звон растерянно пискнул. Не обращая на них внимания, Нефрита заявила ровным тоном:

– Ты должен хорошенько подумать о своем поведении, Корень. Я не собираюсь это терпеть.

Спустя долгий миг Корень опустил взгляд и прошептал:

– Я сожалею.

Нефрита ослабила хватку и отступила.

– Иди сожалей где-нибудь в другом месте.

Корень выскользнул из каюты. Шафрана отвернулась и занялась сборами, а Звон и Эрика растерянно переглянулись. Лун сдержал вспышку ярости – они сражаются за всех раксура в восточных Пределах и не только, а Корень этого не понимает. Возможно, он слишком многого не понимал, а смерть Песни использовал как оправдание, чтобы и не пытаться.

Так или иначе, на это сейчас нет времени.

– Ты как? – спросил он Нефриту.

Она опустила шипы.

– Все хорошо. Можем лететь.

Они полетели в указанном Дранам направлении. Лун, как один из сильнейших, держался позади группы, следя, чтобы у воинов не возникало проблем из-за порывов сильного ветра. Он также хотел присмотреть за кетелем, который следовал за ними на расстоянии. Лун не оставил бы его на лодке с земными обитателями и Ежевикой, когда тех охраняют одни только воины.

– Надеюсь, хианцы там просто остановились. Возможно, у них выдохся мох или они заблудились и ищут дорогу, – сказал ему Звон перед вылетом.

– Скорее всего, – кивнул в ответ Лун, проверяя, как закреплена поклажа.

Звон вздохнул, и его плечи поникли.

– Но ты так не считаешь.

Да, Лун так не считал.

Нефрита в последний раз переговорила с Нираном, Роррой и Делином.

– Если это случится, если мы их не остановим, вы сразу же об этом узнаете, – сказала она.

Она имела в виду, что все оставшиеся на борту раксура и все жандеры погибнут. Лун старался об этом не думать. Сама мысль заставляла его ежеминутно прислушиваться к ощущениям и гадать, оно это или еще нет. Так и свихнуться недолго.

Делин шагнул вперед, взял руки Нефриты в свои, сжимая мягкокожими пальцами ее когти, и поднял взгляд.

– Если это случится, мы не остановимся, – сказал он. – Мы отберем у них то оружие и найдем способ его уничтожить.

Ниран угрюмо кивнул, но Рорра сказала:

– Этого не случится. Вы с ними справитесь.

Лун надеялся, что она права.

Резкий ветер сразу сдувал с чешуи Луна все тепло, исходившее от яркого солнца. Сумрак нес Лозу, а Эрика – Толка. Лун надеялся, что они не слишком страдают от холода – тому, кого переносят, всегда несладко, особенно в плохую погоду.

Заледеневшие островки под ними теперь были разбросаны свободнее, но общий рисунок по-прежнему сохранял форму спирали – конечно, если Луну не чудился узор в случайном расположении. Но если он все же есть, хианцы могли следовать по нему к своей неведомой цели.

Чем дальше они летели, тем острова располагались чаще и ближе друг к другу. Те, что покрупнее, были так же окружены льдом, но виднелись и черные каменистые склоны. Они выглядели холодными и совсем не гостеприимными, но в критической ситуации можно приземлиться и на них.

В конце дня Утес неожиданно свернул в сторону. Он заметил, понял Лун, и его сердце забилось чаще. Нефрита подала знак воинам следовать за Утесом, и они начали спускаться к скоплению островков. Лун сделал круг, пытаясь понять, что увидел Утес. Он не заметил маленькой летающей лодки, но далеко впереди, на воде, разглядел серый контур крупного предмета.

Все уже собрались на островке. Воины расселись на острых ледяных выступах, а Утес обратился в земную форму и вместе с Нефритой остановился на самом пологом склоне. Лун по сложной траектории опустился на камни и вскарабкался наверх, чтобы присоединиться к ним.

– Нам нельзя сидеть здесь до темноты, – сказала Нефрита Утесу, пока Лун стряхивал ледяные брызги с крыльев. – Нужно подойти ближе и посмотреть, с чем мы имеем дело.

Утес щурился от ветра. Поверх собственной одежды на нем была куртка, которая, как опознал Лун, принадлежала Рорре.

– Если будем держаться невысоко и перелетать с острова на остров, у нас больше шансов оставаться незамеченными.