– Ладно! Не обижайся, Земеля! – в извиняющимся жесте поднял я ладони вверх. – Но, согласись, что разговор у нас с тобою странный!

– Соглашусь! Только и ты подумай как следует!

После этого я действительно думал много и серьёзно. Наконец, приняв решение, позвонил через неделю Юрке.

– Твоя взяла! Ищи нам клиентов, но при одном условии – если работаем в паре, то и заработок делим пополам!

– Хрен тебе, Егорыч! Мне – десятая часть и не больше! Считай меня своим делопроизводителем, а главная "звезда", как ни крути, у нас ты!

– В попы подался – "десятину" требуешь!

– Да хоть как назови, но ведь бесплатно работать не дашь, поэтому пусть будет "десятина"!

И работа закипела! Юрик действительно оказался парнем хватким, хоть и утратившим бывшие связи, но знающий как и в какую дверь правильно войти. Вначале был один бизнесмен у которого кроме депрессии и чрезмерной мнительности ничего не обнаружилось, потом его деловой партнёр с циррозом печени, потом завертелось так, что не было ни дня без заказа!

Я лечил людей, учась не только поправлять здоровье, но и разбираться в их эмоциях. Заметил одну закономерность – чем важнее и успешнее был пациент, тем больше негатива скапливалось в его ауре, изменяя незначительные болячки на серьезные недуги. Правильно говорят, что все болезни от нервов.

Деньги текли полноводной рекой, но в таком количестве они были мне не нужны – большую часть я передавал больницам и медицинским фондам, контролируя их правильное применение, а не на новую БМВ главврачу или попечителю. Даже менты нас не трогали, несмотря на противозаконную с точки зрения уголовного кодекса деятельность, так как многих "шишек" из полиции мы тоже вернули "в строй".

Я был благодарен Юрке. Наконец-то моя жизнь из бесконечного ожидания превратилась во что-то, имеющее смысл. Каждую ночь мне снился Кнара, но утром, отбросив одеяло, я уже не хотел лежать тюленем, а рвался на очередное исцеление.

Сегодня был очень странный вызов. Позвонил один "неслабый член" из законодательного собрания Петербурга и безжизненным голосом очень уставшего человека попросил вылечить своего внука у которого, по его словам, душевный кризис. Знаем мы эти "кризисы" – видимо наркота все мозги проела у беспутного внучка богатенького дедушки. Сумма предложена была хорошая, поэтому мы с Юрой с утра пораньше заскочили в мой "пепелац" и двинулись в сторону элитного поселка в районе Сестрорецка.

Как и ожидалось – реально у парнишки "снесло крышу" то ли от грибов, то ли от героина или ещё какой-нибудь новомодной "химии". Парень сидел на скамейке около забора за которым прятался огромный особняк и что-то подвывал, начиная рычать, когда кто-то приближался к нему. Вся аура молодого наркомана была заполнена серостью – явный признак "обдолбыша", но нам не привыкать. Подойдя к нему, я привычно растопырил пальцы, собираясь выпустить золотые нити, как вдруг парень посмотрел на меня ясным взглядом и произнёс:

– Ну что, Посланник Ту? Здесь твоя миссия и заканчивается!

После этого он разжал руку в которой лежала знакомая РГД и со смехом запустил её в мою сторону.

Последнее, что помню перед взрывом – тяжёлое тело Юрки, впечатывающее меня в землю и накрывающее сверху в надежде защитить от осколков

Тяжёлое забытьё, плавно переходящее в беспокойный сон…. Сквозь него слышны стоны – то ли мои, то ли Юркины. Страшно пошевелиться, хочется лежать не двигаясь, оставаясь в неведении – слишком близко рванула граната для того, чтобы ничего не повредить. Я пытаюсь, собрав всю волю в кулак, перевернуться. Боли нет – только небольшой дискомфорт в голове словно с похмелья.

Открываю глаза. Прямо передо мной иссохшая, потрескавшаяся земля, покрытая небольшими, редкими кустиками.

Вот он – Юрка! Неподалёку! Я встал и подошёл к нему, ожидая увидеть посеченное осколками тело, но, вроде, всё с этим нормально, хотя ему явно было хреново. Закатившиеся зрачки открытых глаз, розовая пена изо рта и судороги давали ясно понять, что он был, мягко выражаясь, не в лучшей форме. Я обхватил его голову и повернул её на бок, чтобы ненароком Юрка не задохнулся. Бью по щекам – никакой реакции. Кажется стало ещё хуже. Он вдруг затих и обмяк тряпичной куклой – сердце остановилось. Проверил пульс… Нет!

Быстро скинул с себя рубашку и через неё, заранее освободив дыхательные пути, делаю "рот в рот" искусственное дыхание, потом три десятка раз энергично надавливаю на грудину, новая пара вдохов и повторяю процедуру реанимации, снова вдох… Забилось, окаянное! Отбегаю к реке, протекающей рядом с нами, набираю воды в сложенные лодочкой ладони, выливаю, то что смог донести, ему на лицо. Кажется дышит… Пусть неровно и слабо, но дышит! Останавливаюсь и перевожу дыхание – дефибриллятор искать в этой поросшей травой пустыне явно не стоит, а без него больше ничего сделать не могу.

Юрке плохо, но это не главное! Пусть дергается, бредит и блюет, но чтобы только дышал! Почти сутки я просидел у его тела, два раза запуская сердце… ДВА РАЗА!

– Он выживет! – твердил я сам себе – Здоровый бугай! Сможет!

А потом, шатаясь, бежал к реке и снова нес ему воду, пытаясь из своих ладоней влить в рот.

Наконец, Юрка затих и забылся сном. Мне больше ничего не оставалось делать, как только проверять его пульс и тупо пялиться на покрытое испариной лицо.

Впервые за всё время я огляделся внимательно по сторонам в надежде понять где нахожусь. Сразу стало ясно, что это не Земля, а такой знакомый и долгожданный мир Сестёр. Неуловимо витающий в воздухе запах, сила притяжения и ещё что-то, неописуемое словами, говорили мне о том, что снова вернулся туда, куда так стремился попасть. Вот только пейзаж… Явно не Тяжёлые Земли, находящиеся за Кромкой Столбов Ту. Нет ни густых зарослей гигантских деревьев, ни оранжевой травы, покрывающей ковром всё вокруг. В смутной дымке за рекой виднелись какие-то сооружения, больше всего напоминающие деформированные проёмы дверей.

Арки Ту? Может это они? Я постарался мысленно дотянутся до них, в надежде услышать отклик. Ничего… Ладно! Это потом! Сейчас главное – мой товарищ и попытаться найти еду. Адреналин, притупляющий голод, схлынул и резкое чувство пожрать, затопило весь организм. Оставив Юру одного, я двинулся к реке в надежде найти хоть что-то пригодное в пищу. Сквозь прозрачную воду были видны огромные рыбины, без страха стоявшие около самого берега. Отломав жёсткий стебель растущего рядом куста, я зубами заточил его, сплевывая горечь коры. Подкрался поближе к одной большой, ленивой рыбине и с силой всадил в её хребет свой импровизированный гарпун, намертво пригвоздив ко дну. С почином, Егор! Удачная рыбалка! Вытащив примерно трёх килограммовую тушу на берег, донес до тела лежащего друга.

… А готовить как?! Огня нет! Можно, конечно, и сырой схарчить, но я-то смогу, а вот как измученный организм Юрки такое примет? Стоп! Он же курит! Обыскав его карманы, я нашёл, к великой радости, зажигалку. Значит, огонь будет, а это жизнь! Впервые появилось стойкое убеждение, что всё наладится. Сложив из камней подобие очага, я нанизал рыбину на прут и стал обжаривать на разведенном костре. Пусть без соли – фиг с ней, но это была горячая пища.

День второй не принёс ничего нового и это обнадёживало! Юрка лежал без памяти, стонал, но умирать больше не собирался. Кажется я знаю, что с ним. Я же в свой первый переход сюда выглядел не лучше и, слава Сёстрам, Огса – первый человек встретившийся в этом мире, смог меня откачать. Вот теперь и моя очередь наступила побыть "Мать Терезой". Помня свои ощущения и безудержную жажду, носил в ладонях воду из реки и смачивал пересохшие губы друга. Очень хотелось рвануть из этого места и найти ближайшее поселение, но я сдерживал себя – ещё придёт время, если… когда Юрка оклемается.

Третий день. Земеля открыл глаза и что-то прохрипел. Поняв его состояние, я быстро метнулся к реке, намочил рубаху и выжал ему в рот живительную влагу.