— Угу, — равнодушно кивнул Виктор, приподнимая чашку, чтобы размахивающий руками доброхот ее не опрокинул. Видимо, следователь перед дежурством запасся кофе, а тут на него налетел «добровольный помощник».

— Големы не колосятся на грядках, — назидательно сообщила Анна им обоим. — Големы создаются из глины путем сложнейшего ритуала. Это я вам как маг-эксперт говорю. Проспитесь, уважаемый. Привет, напарник.

— Привет, — кивнул ей Виктор. — Спасибо за консультацию, очень кстати.

Анна увидела взгляд напарника себе за спину. Взгляд — выстрел, узнавание, от такого окатывает ледяной водой и кипятком разом… А еще она кожей почувствовала (магия? догадка?), что напарник мгновенно прикинул, как закинет ее в дверь у себя за спиной, если…

Если — что? Что может ей угрожать?

Мужичок, пытавшийся шумно возражать про големов, прервался на полуслове и растворился в темноте.

— Здравствуйте, Ваша Светлость, — фон Раух снял шляпу и церемонно поклонился Виктору.

— Здравствуйте, — Виктор продуманно сделал крошечную паузу, решая, как обратиться, — господин кавалергард.

Анна смотрела на происходящее с нескрываемым любопытством.

— Вижу, тратить время на представления не нужно, — улыбнулась она, никак не показывая, что заметила напряжение. Господин фон Раух, спасибо, что проводили. Всего хорошего.

— Был счастлив с вами познакомиться, Анна Георгиевна. — Он поцеловал Анне руку, коротко кивнул Виктору и ушел в сторону ратуши.

Виктор придержал перед Анной дверь в управу. Они вместе поднялись в крошечный кабинет следователя, старательно делая вид, что ничего необычного не произошло.

Анна почти рухнула на стул, откинулась на спинку и жалобно попросила:

— У тебя еда есть? Извини, что вот так…

— Найдем, — фыркнул Виктор, — пирог с рыбой будешь? Горячий еще. А что, поклонник не накормил? Совсем, видать, разучились имперские кавалергарды за дамами ухаживать.

— Да какой там поклонник, — отмахнулась Анна. — Я до последнего боялась, что он меня по пути прирежет.

Следователь и эксперт переглянулись. Вопрос прозвучал нескладным хором, почти одновременно, Анна запоздала на мгновение:

— Что это было?!

Виктор смерил взглядом напарницу и покачал головой:

— Ешь пирог, на тебе лица нет. Опять до донышка выложилась, кого-то с того света вытаскивая?

— Угу, — кивнула Анна, откусывая солидный кусок румяной корочки.

— Тогда начну я. Мне недавно из имперского посольства прислали документы о зачистке баронства Берген от разбойников и мародеров. С намеком — «а не пора ли вам, господин хороший, вернуться на службу Императору». И тут появляешься ты в компании господина из ближайшего круга Императора. Любой бы занервничал. Как тебя угораздило?

— Интересный вопрос, — начала Анна, дожевав пирог, — явился ко мне поутру полевик…

Когда она закончила рассказ, Виктор только головой покачал:

— Во-первых, можно сказать точно — убивать тебя фон Раух не собирался, иначе бы мы с тобой не разговаривали. А во-вторых… прости, конечно, но на правах напарника скажу. Ты вообще о чем-нибудь думала, кроме большой печали по неудавшейся научной карьере?

Анна отвела глаза.

— Бог с тобой, — махнул рукой Виктор, — все наделанные глупости ты сама перечислишь лучше меня, не буду зря воздух сотрясать.

— Да ладно, — смущенно ответила Анна, — мне ничего не угрожало. Кто ж в здравом уме поднимет руку на мага? Сам колдун по стенке не размажет, так за него потом другие маги рассчитаются так, что чертям в аду страшно станет. Цеховая солидарность у нас на высоте. Сама не понимаю, что на меня нашло?

— Благоразумие на тебя нашло. Надеюсь, в дальнейшем оно будет просыпаться пораньше. Ты хоть понимаешь, что твои пациенты вместе с милым дядюшкой, скорее всего, живьем спалили Шкипера с присными? А сколько еще за ними дел числится? — Виктор достал из ящика стола бланки. — Пиши показания. А я пока смотаюсь к этому домику, постучусь в запертые ворота. Если чутье меня не обманывает, влипли мы с тобой в ту еще историю.

— Да что за спешка-то? — спросила Анна, но ответом ей был только стук закрытой двери и топот ног по лестнице.

Анна до бесчувственности отлежала правую руку, скрючившись на продавленном диванчике в комнате отдыха за дежуркой. Вечером не было сил идти домой, и она осталась в управе. Была слабенькая надежда проснуться, когда вернется Виктор, и выяснить, с чего он так разнервничался, но усталость перекрыла всё.

Анна растерла руку и чуть не взвыла от боли, когда чувствительность стала возвращаться сотнями горячих иголок. Она наскоро почистила зубы над щербатой раковиной вечно протекающего умывальника, кое-как пригладила волосы (ладно, не на бал собираюсь!) и осторожно выглянула за дверь.

В дежурке было на удивление пусто. Только сержант Жилко, сидящий за стойкой спиной к ней, что-то старательно писал в журнале регистрации.

— Все у шефа, на оперативке, — сообщил Жилко, не оборачиваясь. — Вам, барышня, велено передать — как проснетесь, сразу к полковнику.

Сержант вывел последнюю буковку, довольно крякнул, посыпал страницу песком, шумно сдул его и закрыл журнал. Прихлопнул обложку ладонью и обернулся к Анне.

Мол, дамочка, я вам все сказал, вы чего еще тут? Шеф ждать не любит.

— Угу, — кивнула Анна, — и вам доброго утра.

Она уже поднималась по лестнице, когда услышала негромкое бурчание сержанта:

— Куда там… Когда утро и правда доброе, Горностай не велит всех из отгулов пригнать.

Анна осторожно, постаравшись не скрипнуть дверью, зашла в приемную шефа. Здесь собралось почти все следственное управление, разве что патрульных не позвали. На нее никто не обернулся, только Светочка, бессменная секретарша Горностая, приветливо кивнула и подвинулась на своем стуле. Анна тихонько уселась рядом с ней.

Полковник Силин, невысокий и быстрый, похожий на небольшого хищного зверька, вышагивал около большого окна. В пальцах шефа, как всегда, порхал карандаш.

— Задача всем ясна? Вперед. На писанину время не тратить, потом крючкотворством займетесь. Ты и ты, — шеф ткнул карандашом сначала в дальний угол, где у стенки стоял Виктор, а потом в сторону Анны, — ко мне в кабинет.

— Что стряслось? — шепотом спросила Анна у Светочки, пока коллеги, шумно переговариваясь, выходили из приемной.

— Аврал, кошмар, караул и праздник для следственного, — хихикнула секретарша, — в Кошице серебряные рудники ограбили. Похоже, полевики, но черт его знает, ушли телепортом. Герцог в бешенстве, прислал всем соседям проникновенные письма — помогите, мол, найти злодеев, вдруг да к вам удрали. Будем искать.

— Это ж бред. Телепортом хоть до Сепанго прыгай.

— Ага. Но князь велел изобразить бурную деятельность. А шеф и рад, под княжеским указом можно будет такие двери вышибать, к каким в обычное время подойти боязно. Так что, если мы на фоне поиска международных бандитов-террористов не закроем кучу старых висяков, я неделю на работу краситься не буду. Спорим?

— Светлана! — громко позвал Горностай. — Прекращай выбалтывать служебные секреты! Лучше кофе нам свари.

Анна с Виктором привычно уселись у стола для совещаний. Горностай откинулся в кресле и с интересом уставился на Анну.

— Ну что, эксперт Мальцева, рассказывайте, как вы вчера статьи «Уложения о наказаниях» нарушали оптом и в розницу.

— Шеф! — вскинулся Виктор. — Анна ничего не нарушила. Все бумаги у вас на столе.

— Ладно, — на удивление легко согласился Горностай и крутанул в пальцах карандаш каким-то новым, особенно хитрым финтом, — молодец, подсуетился, прикрыл нашу звезду экспертизы.

Виктор только головой покачал.

— А теперь — без шуточек, — шеф серьезно посмотрел на них обоих. — Анна, изучи, — и выложил перед ней несколько портретов полевиков.

— Вот этот, — взяла она в руки один из них, — похож на Семена, который вчера за мной приходил. Шрам, правда, чуть иначе расположен. Но похож.