– Да что там по одному! – вскричал, гордясь своим подопечным, Ланго. – Давайте уж трое или все четверо!

В ответ на такое щедрое предложение сразу же взлетели вверх десятки рук. Ланго сам отобрал пятерых противников для Седого, шепнув ему перед боем:

– Не дрейфь, когда противников много, они только мешают друг другу, – и хлопнул его по спине.

Обливавшийся потом Сергей раздраженно глянул ему в спину, подумав: «А то я и сам этого не знал, старый хвастун! Господи, жара-то какая!»

Отобранные Ланго бойцы обступили его со всех сторон, на лицах их мелькали довольные ухмылки. Сергей приготовился было к нелегкому затяжному бою, но тут в ход вступила его буйная фантазия, которая не раз выручала его в поединках. Подпустив размахивающих мечами воинов поближе, он внезапно взвился вверх, исполнил великолепное сальто и, приземлившись на ноги, оказался позади нападавших. Троих он уложил сразу, ударив по болевым точкам на ногах, четвертому слегка «обозначил» по шее. Пятый же, узрев поверженных собратьев, попятился, бросил меч и под улюлюканье собравшихся позорно сбежал из круга. В награду за столь фееричное сражение Сергей был встречен гвалтом одобрительных выкриков и аплодисментами. В толпе, рядом с пьяно хохочущим Витаро, он заметил Милану, которая, словно на время забыв о своей скорби, хлопала в ладоши и даже как-то горделиво посматривала на окружающих. В этом взгляде так и читалось: «Это – мой мужчина!»

«Эх, женщины…» – усмехнулся Седой и почтительно поклонился в сторону возлюбленной.

– Так-так! – пошатнувшись, громогласно произнес Витаро. – Но мы еще не видели настоящего поединка! Это все – игры для мальчиков. Ланго, неси сталь и покажи нам, чему ты научил своего парня!

Такого поворота никто не ожидал, в толпе зашушукались, а с лица Миланы вмиг слетела счастливая улыбка. Схватив отца за руку, она пыталась увещевать его, но он небрежно отмахнулся от нее, громко крикнув: «Нам нужны настоящие бойцы!» Подумав, Витаро объявил: «Бой до первой крови!»

Тяжело дышавший, потный Решетов хотел было воспротивиться, но на плечо ему легла крепкая ладонь Ланго, принесшего два длинных меча:

– Ладно, парень, не кипятись! Потешим старого чудака. Делов-то – пара взмахов мечами!

Но Сергей медлил принять клинок из рук учителя – какое-то нехорошее предчувствие словно мешало ему это сделать.

– Наш новобранец боится?! – вновь пошатнувшись и едва устояв на ногах, насмешливо выкрикнул Витаро. – Быть может, ты не такой уж герой, каким тебя здесь многие представляют?

– Нет, я не герой! Я обычный человек! – коротко и жестко ответил Седой, принял оружие из руки Ланго и занял боевую позицию.

– Работаем как на тренировке, – тихо шепнул Ланго.

Сергей едва заметно кивнул и сделал выпад в грудь, который Ланго отработанным приемом парировал и тут же нанес ответный удар. Седой красивым движением отвел его в сторону. Толпа ликовала – давно уже никто не баловал этих людей таким искусным поединком. Сталь звенела о сталь, иногда выбивая в жарком воздухе впечатляющие искры. Бойцы двигались легко и изящно, словно исполняя жуткий танец смерти.

– Я бью тебя в голову, ты подныриваешь и, выпрямляясь, царапаешь мне плечо. Все, бой закончен, – прошептал Ланго.

Что-то неуютно шевельнулось в груди Сергея, но он в точности выполнил указания учителя. Меч Ланго стремительной дугой несся к его голове… Быстрый, как молния, Решетов поднырнул под этот удар и, мгновенно выпрямившись, сверху ответным выпадом собирался царапнуть плечо Ланго, но… насквозь перерезал ему горло… Если бы удар был в полную силу, он начисто снес бы противнику голову! В голове помутилось… Что происходит? Ведь каждое движение было отработано ими десятки раз! Сергей бросил меч и, не замечая воплей ужаса, несущихся отовсюду, подхватил падающее тело учителя.

– Проклятый камень… – разбрызгивая вокруг кровь, «пробулькало» в горле Ланго. Все еще ничего не понимая, Седой беспомощно огляделся вокруг.

– Камень… – услышал он и тут же обернулся на голос говорящего – это был старый, опытный рубака Осан. – Камень попал ему под ногу, и, подвернув на нем ступню, он сам налетел на меч парня.

– Ланго, – прошептал Сергей, прижимая голову умирающего к своей груди, – как же так???

Горло учителя уже издавало только хрипящие звуки, перемежавшиеся брызжущими струйками крови, но в глазах его Седой прочитал лишь умиротворение и безграничное спокойствие. «Не вини себя, это несчастный случай!» – как бы излучали очи умирающего. Словно прощаясь, Ланго моргнул в последний раз и уже навсегда сомкнул свои веки…

Вырвавшись из рук плачущей Миланы, к телу Ланго пьяной походкой подошел Легата Отра. Едва не упав, он присел рядом с мастером меча, погладил его седые волосы и бросил мутный взгляд в сторону Решетова:

– Ты погубил моего лучшего бойца, растяпа, не умеющий держать меч в руках!

В груди у Сергея клокотала волна ненависти, кулаки, обагренные кровью мастера, плотно сжались, но он взял себя в руки и лишь тихо произнес, глядя прямо в залитые вином глаза Витаро:

– Нет, его убил ты, пьяный дурак!

После этого он повернулся к Легате Отра спиной и понуро побрел в сторону замка.

– Что ты сказал, холоп?!! – заорал ему вслед Витаро, язык которого заплетался уже настолько, что мало кто из присутствующих разобрал его слова. – В кандалы его!!!

Но никто из стоящих рядом не бросился вслед медленно удалявшемуся Сергею. Все прекрасно понимали, что именно сейчас произошло и кто в этом виноват. К Витаро подбежала его дочь, горячо зашептала ему что-то на ухо, помогла подняться и медленно повела в сторону хозяйского крыла замка, прочь от места такой нелепой гибели выдающегося бойца. Возле тела погибшего засуетилась прислуга, его погрузили на носилки и понесли в сторону подвалов. Так закончился этот печальный День воссоединения.

Вернувшись к себе в комнату, Решетов как был, в окровавленной одежде, растянулся на широкой постели. Голова разрывалась от роя противоречивых мыслей. Оценивая сложившуюся ситуацию, он, к своему полному разочарованию, зашел в тупик. Да, это именно Витаро приказал им сражаться… Да, пьяный дворянин, куражась, хотел потешить публику настоящим поединком… Но он приказал биться лишь до первой крови… И вовсе не вина Сергея, что под ноги Ланго попал тот злополучный камень… С другой стороны, если бы не прихоть Витаро, мастер меча был бы сейчас жив и здоров! Все произошедшее – действительно нелепый несчастный случай, а он так оскорбил хозяина дома, да еще и в присутствии подчиненных! А ведь на днях он собирался просить руки его дочери!

Сергей зарычал и уткнулся лицом в подушку. Господи, до чего нелепо и трагично все получилось! За несколько дней он успел привязаться к этому неразговорчивому, спокойному и мудрому человеку. А теперь благодаря безумной шутке Судьбы его тело готовят к похоронам. Нет, благодаря непредсказуемости пьяного хозяина… сломленного гибелью дочери и глушащего свою боль вином. Черт, до чего все сложно!

Седой вскочил с постели, достал с полки графин с крепким вином, налил себе кубок до краев и залпом его осушил. Через минуту в груди потеплело и, казалось, разжались стальные оковы, сдавившие сердце. Рука Решетова вновь потянулась к графину – второй кубок подействовал на него еще более успокаивающе.

Бог с ним! Что сделано – то сделано! Значит, поступить иначе в сложившейся ситуации он не мог, а главное в этой гребаной жизни – жить так, как подсказывает тебе твое сердце. Что ж, посмотрим на последующую реакцию местного «предводителя дворянства», а там… что будет – то будет. Сергей снова было потянулся к бокалу – помянуть павшего Ланго, но на полпути к графину его рука остановилась… Напиток был весьма крепок, и Седой ощутил, что уже изрядно пьян. Покойному бы это не понравилось. Оставив коварное вино в покое, Сергей полностью сбросил с себя одежду и вновь забрался в постель. Сразу же на него навалилась вся усталость прошедшего дня, веки сомкнулись, и, прошептав: «Земля тебе пухом, Ланго…» – Седой забылся беспокойным сном…