Повторил подобное ещё пару раз, разжившись в Хорн и Фаль ещё одиннадцатью “стволами”. Немного придя в себя и сделав энергетическую подпитку – действительно выматывает подобная работа носильщика – опять вернулся в Кнара.

Первое, что бросилось в глаза по прибытии – два огромных свежепоставленных фингала у Герула и Чувика.

– Я что-то пропустил? – оторопело поинтересовался у весело скалящейся Дерркит и смущённой Юлланы, тихо стоящих рядом с “фонарщиками”.

– Побоище века! Я б на твоём месте, Висельник, всю жизнь бы жалела, что подобное пропустила! Этого недотёпу, – показала временная Хозяйка замка на Чувика, – послала за Юлланой. Думаю, пусть она побудет с кузнецом, пока ты его с собой не забрал. А та…

Внезапно Дерркит прервала рассказ, зайдясь в хохоте.

– Уф… Нет! Сдаюсь! Пусть сами! Я не могу! – немного придя в себя, с трудом продолжила она.

Странненько тут у них. Если сама, мало улыбчивая, Дерркит так себя ведёт, то, действительно, что-то из ряда вон выходящее случилась.

– Чувик! Хоть ты поведай! – обратился я к Левой Руке.

– А чего тут рассказывать... – со вздохом начал он, потупив глаза. – Пострадал безвинно. Госпожа Дерркит меня за Юлланой, стало быть, отправила. Я пришёл и позвал её. Она же, как подпрыгнет высоко, несмотря на свой живот, да как отшвырнёт меня в сторону, и – бегом, только пятки сверкают. Я отправился следом, особо не торопясь. Беременные женщины очень эмоциональны и смотреть на слезливое прощание особо не хотелось. Прихожу сюда, а тут Герул рыхом на меня налетел и в морду, без разговоров!

– Ага! А ты ему в ответ приложил? – предположил я.

– Нет, – потупившись, ответила Юллана. – У него уже было… Моя рука.

– Ты?! Зачем?!

– А всё из-за этого Чувика тупоголового! – начала заводиться жена кузнеца. – Приходит он ко мне и так грустно заявляет: “Юллана, там твой мужик уходит вместе с Герулдой! Он и ещё четверо мужчин, в походе будут её обслуживать!” Я как услышала, что какая-то незнакомая баба отца моих детей собирается на Брачное Ложе тащить, то сразу к амбару рванула, где он, не иначе с ней, ночами пропадает. Прибегаю, а Герул, на пороге. “Это правда?” – спрашиваю. Он, сволочь такая, бесстыже отвечает: “Правда. Извини, но моё место там. Кто, кроме меня, лучше справится? Надо за плечами следить и, станина хоть и крепкая у неё, но может треснуть от усилий – лупить-то будем со всей дури.” Так обидно слушать стало, как он с этой дрянью ласкаться собирается, что в глаз ему и заехала. Убила бы, негодника! Потом, правда, Дерркит-Орр меня оттащила и быстро разобравшись, показала эту самую герулду. Я своего в чувство привела и рассказала из-за чего у него лицо попортилось. Тут Чувик припёрся…

– Ага! – продолжил рассказ кузнец. – Я думал, что она меня про отбытие на войну спрашивает и механизму нашу, поэтому так и ответил. А потом свет в глазах померк... Очнулся с мокрой тряпкой на лбу. Юлланочка плачет, Дерркит-Орр смеётся во весь голос. Ничего понять не могу. Объяснили… Тут эта сволочь Чувик заходит и ехидненько так спрашивает: ”Ну что? Нацеловались? Или ещё за дверью подождать?”. Я не удержался и вмазал ему за всё “хорошее”.

Я долго молчал, представляя в голове случившийся театр абсурда. Хоть стой, хоть падай!

– Охохонюшки... – наконец изрёк, глядя на эту группу клоунов. – Страшное оружие Герул смастерил! Ещё ни разу не выстрелило, а уже двое раненых!

Тишина. Потом лёгкий смешок кузнеца. За ним хихикнули по очереди Чувик с Юлланой. Неожиданно дикий ржач разобрал всех. Минут десять мы не могли успокоиться, обсуждая это происшествие с красными от смеха лицами.

– Всё! Прекращайте! – первой угомонилась Дерркит. – Такое “прощание” весь Кнара ещё долго вспоминать будет, а сейчас пора готовить оружие и … Ха-ха! Кузнеца с герулдой отправлять. Наши, думаю, уже заждались вас.

Быстренько упаковав стреломёты в мешки, слуги аккуратно развесили их на творении кузнеца. Я уж было собрался перенести всё добро в наш войсковой лагерь, как неожиданно услышал взволнованный голос Ту’мора.

– Стой, дурак! Надорвёшься!

– Чего? – непонимающе спросил я.

– Мозги включи! Вот чего! Ты хилую кучку оружия из других замков еле переправил, одышкой мучаясь, а теперь такую махину взвалить на себя хочешь?!

– А чего такого? Быстро за один перехо…

– Быстро ты в Реставраторе окажешься, несколько месяцев восстанавливаясь! Подобная масса выжрет из тебя всю энергию, даже не сдвинувшись с места!

Опа… А о таком я даже не подумал.

– И что теперь? Бросать добро? Может, ты? – с надеждой спросил у Мора.

– За два раза перетаскиваешь стреломёты. Потом подзаряжаешься и начинаешь слушать меня. Я, конечно, справлюсь, но хороший урок тебе не повредит! Сам затеял, не думая наперёд, сам и расхлёбывать будешь!

Не споря, разбил оружие на две кучки и доставил на место. Прав Элемент! Сорок один готовый стреломёт вымотали меня почище разгрузки детской лопаткой вагона угля.

Немного придя в себя и подпитавшись энергией, с тоскою посмотрел на герулду. Не унесу…

– Понял? – поинтересовался Мор.

– Не только понял, но и прочувствовал.

– Это хорошо! На своей шкуре опыт самый ценный приобретается. Теперь создай вокруг вашей “пушки” такую же энергетическую сеть, как и для стреломётов делал.

– Готово!

– Привяжи ауру Герула к ней.

– Привязал. И как мне это поможет перетащить их к землям Зальт?

– Никак. Сам не справишься, поэтому я помогать буду. Заодно научишься работать в паре.

Перед глазами появился чёрный луч с вкраплениями белых точек.

– Это моя ”рука”, – пояснил Ту’мор. – Берись за неё и попытайся перенести Кузнеца и орудие в нужное место. Как я и говорил, силёнок тебе пока ещё не хватает, но будешь работать на пределе, а уж дальше, когда иссякать начнёшь, черпай энергию из своего умного, но очень доброго учителя.

– Из кого? Покажешь?

– Из меня, нахал! Будешь хамить – брошу на полпути!

– Доброта так и прёт…

– Прёт Егорушка-дурачок ношу непосильную, а я эту самую доброту источаю! Мираточу ею, так сказать, в разные стороны! Ладно! Пошутили и хватит. Начинай!

Послушно выполнив все действия, я сразу почувствовал, что “сдох”. Проскользив по “руке” Элемента, оказался в каком-то облаке голубоватого цвета.

– Ты на месте, – пояснил Мор. – Прикрепись своей аурой и двигай обратно.

Вот снова стою около герулды и восседающего на ней кузнеца.

– Отлично! Чувствую привязку! – довольно сказал Элемент. – Теперь снова попытайся сдвинуть эту тушу.

Дело пошло! Правда, на быстрый перелёт из места в место это не было похоже. Я тащил, рвал жилы и обливался потом. Несколько раз чуть не потерял “руку” Мора, но полчаса мучений того стоили – мы прибыли на место!

Мор тут же исчез, напоследок сказав:

– Для первого раза неплохо!

Отдохнуть нормально не дали. Увидев большую, непонятную конструкцию посреди лагеря, народ сразу ломанулся к ней, спрятав мечи и сабли только лишь после того, когда узнал меня и Герула.

Одним из первых явился Земеля. Неторопливо обойдя вокруг орудия, он помотал головой, словно отгоняя наваждение, и тихонечко спросил, повторив меня дословно:

– Это то, о чём я думаю?

– Ты только о Бейлле думаешь, – устало ответил я за него. – Не она это!

– Палинтон! Настоящий палинтон! – запрыгал от радости Юрка. – Герул! Слазь! Я тебя обнимать буду, на радостях!

– Не… – покачал головой прозорливый кузнец, восседающий на агрегате. – Мне уже сегодня “радости” хватило, до сих пор улыбаться больно. Кости переломаешь!

– Я аккуратно! Слазь!

– Что происходит? – строго спросила, появившаяся вместе с Владетельными, Невва.

– Они нам не только стреломёты притащили, но и палинтон! – пояснил Юрец.

– Ты брось эти свои дурацкие названия! – немного придя в себя, сказал я, поднимаясь земли. – Здесь это герулда! И никак иначе! Назвали в честь мастера, сотворившего подобное!

– Правильно! – поддержал меня друг. – Достоин Герул, чтобы его имя увековечили в этой красоте!