У Вильгельма, однако, была другая задача на этот день. Он кружил по помещению, прислушиваясь к разговорам, подыскивая наилучшую цель – кого-то важного и громкого, но не слишком популярного. Новая властительница дала ему в этом вопросе подробные установки. Даже указала наиболее подходящие кандидатуры. Проблема состояла в том, что пока ни один из них не дал рыцарю подходящего повода, а время пира с каждой минутой все более приближалось.

Наконец он заметил, что Бедвир адор Бедриданд подает ему знак рукой. Подошел не торопясь, стараясь не привлекать излишнего внимания. Уже с расстояния нескольких шагов он услышал слова, которые встревожили оруженосца.

– И эта мелкая сучка думает, что мы будем ей подчиняться? После того, как она отравила собственного отца? Да хрен бы даже с этим, но среди нас есть как минимум несколько человек, опытных воинов и вождей, которые подойдут лучше, чем эта соплячка.

Разглагольствующий мужчина носил имя Яниол, Якол… что-то в этом духе, дор Гильберт не помнил точно. Но его имя не имело значения, главное – оно было в списке.

– Заткни свой рот, сударь, и обнажи сталь! – вскричал рыцарь, ударив невезучего дворянчика рукавицей. – Оскорбляешь мою хозяйку, которая, хоть и ребенок, стояла с нами на Чертовом Поле! А тебя я там как-то не заметил.

Вызванный мужчина покачнулся от удара, явно был уже подшофе. Сперва потянулся было за мечом, но когда понял, кто перед ним стоит, мгновенно потерял желание сражаться.

– Ну, дальше! Доставай оружие. – Наемник заметил, что в зале стало тихо, все взгляды скрестились на происходящем.

– Я… выпил слишком много, и…

– Слишком поздно, гаденыш. К бою, или я просто зарежу тебя, как трусливого поросенка, которым ты и являешься. Выбирай!

Яниол громко сглотнул, но действительно достал меч. Разумеется, это ему не помогло. Он парировал один удар, потом второй, а третий не успел. Бой закончился еще до того, как люди успели расступиться, чтоб освободить для него место.

– Если у кого еще есть проблемы с правлением княгини Ольги, то мой клинок охотно разъяснит все недоразумения, – заверил Вильгельм, вытирая кровь с меча. – Те же, кто боится выступить против героя Границы, могут просто замолчать и наслаждаться спокойствием и безопасностью. Поняли? Вот и отлично.

Повернулся и не торопясь направился в сторону дверей за троном. Бедвир поспешил за ним. За дверями их ждали сама Ольга и ее новая придворная дама, маленькая Надя адор Бедриданд.

– Ты отлично выступил, – похвалила молодая княгиня. – Это должно дать мне какое-то время. И его хватит, чтобы сломать эту банду дураков. Я должна признать, ты оказался именно настолько полезен, насколько и уверяли Серые Стражники. Точно не хочешь остаться подольше?

– Я твой на год, как мы и договаривались. Потом мы с моим оруженосцем отправляемся дальше.

– Ты совершаешь ошибку. За долгую службу я могла бы дать тебе землю и собственный замок.

– Если я отказался служить самому Императору, то почему должен служить тебе?

– Потому что Драконье Логово скучное место. А вот Остробор уже совсем скоро станет местом очень интересным. В самый раз для кого-то вроде тебя.

– Заманчиво, но я не люблю слишком долго сидеть на одном месте. Хотя мы наверняка будем навещать, если ты, конечно, сдержишь свое слово.

– Сестра твоего оруженосца имеет постоянное место в моей свите, – заверила Ольга, взглянув на не намного младшую себя девочку. – Она уже успела мне понравиться, у нее быстрый ум. А теперь пойдем, слуги наверняка уже вынесли труп, пора начинать торжества.

Подошла к двери и еще раз посмотрела на рыцаря.

– Год, – повторила тихонько. – Да, видно, придется ускорить мои свадебные планы. В конце концов, должен же кто-то меня защищать перед этим страшным, опасным миром.

После отъезда всех гостей Командория 42 стала очень тихим местом. Эдвин стоял на дворе и махал вслед очередной покидающей ее тройке. Рекрутам, которых не сочли достойными носить плащ. Через несколько недель на их место прибудет новая группа, и весь цикл обучения и оценки повторится снова.

«Может быть, в следующий раз мы наконец победим статистику», – подумал квартирмейстер с надеждой, а потом направился в главный зал.

Застал там тройку счастливчиков, которые уже вскоре должны были отправиться в Черную Скалу на церемонию Проставления Печати. Адрик, Заря и Родерик сидели у одного из боковых столов, в тишине цедя пиво.

– Это самый жалкий из всех праздников, который я только видел в жизни, – заметил Эдвин, присаживаясь. – Вы ведь знаете, что выиграли, верно? Что вам удалось добиться того, на что работали целый год. Я думаю, что это вполне достойный повод, чтобы улыбнуться.

– А ты, когда плащ получил, праздновал это? – мрачно спросила Заря.

– Мою Командорию расформировали, большинство окрестных жителей перебили склавяне, и половина из моих друзей погибли или были тяжело ранены… так что скорее нет. Но я думаю, что ваша история заканчивается более оптимистично.

– Серьезно? – в голосе Адрика прозвучало сомнение. – Мойра, Септимус… Весна, – подсчитал он.

– Их смерть была трагедией, – признал бард. – Но нам удалось спасти тысячи людей и в конечном счете победить. Это кое-что.

– Мы в самом деле победили? – не уступал рекрут. – Потому что я как-то этого не ощущаю. Несколько больных старцев ударили по рукам и нарисовали на картах новые линии. Никто из них не заплатил настоящей цены, и ничто не изменилось к лучшему. Просто погибла масса людей.

– Мы сделали все, что в наших силах.

– И этого не хватило. Потому что наших сил было слишком мало. Мы должны были иметь в распоряжении полный легион, окружить этот чертов город, выследить и задержать склавян, прежде чем они вообще к нему приблизились. Мы пытаемся спасти этот чертов мир, отчего же мы зависим от капризов садистов и политиков?

В помещении воцарилась тишина. Эдвин с надеждой взглянул на Зарю.

– Мне будет не хватать этого места, – сказала девушка. – Это мой дом. Я надеюсь, что скоро смогу сюда вернуться, – в ее голосе послышалась нотка грусти.

– Господи, с меня хватит! – крикнул Родерик. – Я знаю, что все вы считаете меня заносчивым придурком. Хотя, честно говоря, я считаю, что отсутствие симпатии к людям и соблюдение в первую очередь своих интересов – это признак ума, а не хамства. И знаете что? – Он сделал театральную паузу. – Это значит, что пару слов я вам могу сказать совершенно искренне. Два человека, которые весь год сидели с нами у этого стола, погибли. И что?! Люди умирали, умирают и будут умирать. Особенно в этой профессии, пора бы уже привыкнуть. И, Адрик, уже заканчивай. Ты провел с этой девкой одну ночь. Это не была большая любовь. Даже если бы она выжила, ты, скорее всего, ее бы больше не повстречал. Через год ты и лица ее не вспомнишь, – перевел взгляд на девушку. – У твоего романчика и так не было никаких шансов. Все об этом знали, включая Магнуса. Что, я выдал большой секрет? Возьми себя в руки, девочка, если бы не отъезд, то нашелся бы другой повод. Вы оба получили то, чего хотели, а если ты рассчитывала на большее, это говорит лишь о твоей глупости. – Он допил свое пиво. – А теперь можете жаловаться сколько хотите, но мир – говенное место, и никто из вас его не изменит. Самое лучшее, на что вы можете рассчитывать, это не дать ему стать еще более говенным. И успеха вам в этой миссии, а я лично рассчитываю, что попаду в какую-нибудь приличную Командорию, где буду сидеть на заднице и мирно толстеть. И главное, никогда больше не встречаться с вами, с парой сумасшедших. А теперь я иду отлить, – встал и вышел.

В помещении вновь повисло молчание.

– Я передумал, – прервал его в конце концов Эдвин. – У вас еще хуже.

Заря открыла было рот, чтобы что-то сказать, но в последний момент передумала. Вместо этого подняла кружку в тосте.

– За павших.

– За павших, – подхватили ее товарищи. – Чтобы будущее не слишком увеличило их ряды.