Гэм опустил взгляд к носкам своих ботинок, продолжая мять в руках кепку с такой силой, что, казалось, она того и гляди порвется.

– Прошу вас, мистер Поставщик! Мой папаша сказал, что с него довольно и что, если сегодня же вечером меня не заберут, ему придется меня прикончить и продать мои кости клеевару.

Поставщик придвинулся еще ближе, так что теперь они все чувствовали, как от него разит лошадьми и гнилой соломой, плесневелым сукном и джином.

– Ах вон оно как? Ну так передай своему папаше: если у него не хватит духу справиться самому, я могу предложить свои услуги. Я работаю быстро и аккуратно, товар не порчу, можно будет продать без проблем. Ступай домой и скажи ему это. Сделаю за две бронзовые монеты.

– Конечно, мистер Поставщик, я ему все передам, обещаю. Вот только он уже выдал мне две бронзовые монеты вперед и велел не возвращаться, пока я не отдам их вам в уплату за мой провоз.

– И у меня! И у меня то же самое! – закричали остальные, показывая зажатые в руках монеты.

Поставщик нахмурился. Его пальцы шевелились, перебирая костяшки невидимых счетов, поджатые губы беззвучно выговаривали суммы.

– И что, ваши отцы тоже хотят от вас избавиться? Хм, да, пожалуй, неплохая работенка подвернулась старому Поставщику, а морковка ведь нынче недешева… С другой стороны…

Поставщик повернулся к ним спиной и пошел к своим лошадям. Джо двинулись следом. Они вынули из кармана пакет.

– Вот, наша мама велела передать вам на дорожку.

В пакете оказался джин в глиняной фляге, кисет с трубочным табаком и несколько яблок для лошадей. Поставщик протянул руку к пакету, но Джо отдернули его:

– Только если вы нас возьмете!

Поставщик потер щетину на своих впалых щеках.

– Ну что, красотки, как вы считаете? Хватит у нас времени для еще одной поездки?

Лошади не отвечали. Они молча жевали, думая о своем; однако Поставщик, кажется, был удовлетворен.

– Ладно, щенки, ждите здесь. Пойду схожу за колокольчиком.

Унылое звяканье колокольчика тонуло в пропитанном солью тумане, холодном и густом, накатывавшем от Морской стены. Тем не менее не прошло и нескольких минут, как двадцать мальчишек, пропитанных влагой, со склоненными головами, уже выстроились в шеренгу вдоль стены во дворе Поставщика. Натан и остальные члены шайки, включая Присси, держались впереди всех. Пока Поставщик собирал пассажиров, они вели себя с небрежной уверенностью, но стоило ему завернуть за угол, как они превратились в таких же запуганных, серых, жалких отщепенцев, что и остальные.

– Слушай меня, дерьмоеды! Это экстренная поставка, так что плата будет двойная. В клети не хватит места на вас всех, так что, если у кого нет при себе двух монет, пускай сразу убирается с глаз долой! Если, скажем, вас двое братьев и у каждого по монете, сложитесь и отправляйте младшего: Господин любит помоложе – в таких больше жизни.

При этих словах несколько мальчиков покинули группу; их нетерпение поскорее уйти умерялось лишь мыслью о трепке, которую они получат, когда доберутся до дома.

– Остальные полезайте в клеть! И не ворочайтесь там, чтобы доски не скрипели! У моих лошадок зубы ноют от скрипа.

Повозка громыхала по булыжным улицам, не останавливаясь и не замедляя хода ни перед чем. Матери выбегали, подталкивая перед собой детей, но повозка двигалась дальше, оставляя их без внимания. Поставщик, очевидно, считал, что спящие посреди дороги старики и пьяные должны сами заботиться о целости своих ног – их дряхлые кости не помеха для огромных колес, а вопли боли слышны совсем недолго. Он желал совершить поездку в кратчайший срок, чтобы получить наибольшую выгоду, приложив как можно меньше усилий.

Натана, Гэма, Присси и Джо вместе с остальными в задней части повозки швыряло из стороны в сторону, словно монеты в коробке для сбора подаяний, когда пастор вытряхивает из нее мелочь на выпивку. Натан не обращал внимания на окружающих – разве что, может быть, когда бедро Присси тесно прижималось к его собственному. Он не сводил взгляда с дороги.

– Ждем еще десять минут, – прошептал он Гэму. – Потом взламывай дверцу.

– Почему бы тебе не выжечь ее Искрой?

– Не хочу привлекать его внимание.

– Брось, он несется, как заправский гонщик. Все внимание ему нужно, чтобы не слететь с дороги.

Натан сделал вид, будто не расслышал. Гэм поднялся на ноги и махнул рукой пареньку, сидевшему сзади. Это был долговязый и тощий субъект, с руками тонкими, как тростинки, и большой головой, мотавшейся взад-вперед с каждым толчком повозки.

– Подъем, худышка! Это мое место.

Тот встал, и Гэм, протиснувшись мимо него, уселся рядом с замком, запиравшим дверь клети. Он вытащил из-за пазухи железную фомку и сунул ее в левый рукав. Несколько ребят, заметив это, насупились, но под пристальным взглядом Гэма хмурое выражение быстро исчезло с их лиц. Вскоре все сидели с таким видом, словно не произошло ничего необычного.

Когда клеть покатилась по Стеклянной дороге, Натан сделал знак шайке готовиться к выходу. То же заклятье, что не пускало вверх нежеланных гостей, давало друзьям Господина возможность быстро подниматься по крутому склону – а у Поставщика было разрешение ездить здесь, когда он только пожелает.

Дорога обвивалась вокруг основания холма, на котором и внутри которого был сооружен Особняк, поднимаясь кругами через все районы Мордью; и хотя Натан старался не отвлекаться от насущной задачи, было трудно не кинуть взгляд-другой вниз, на те места, над которыми они проезжали. В одном квартале вообще не было домов – только трава и деревья, и еще озеро посередине, изогнутое, словно фасолина.

– «Легкие города» – так называют это место, – заметили Джо. – А вон там, смотри, – они указали на дворец с куполом, целиком состоящий из застекленных переплетов, – есть такие растения, каких ты никогда не видел. С шипами, которые могут проткнуть тебя, как ножом. Огромные мухи с радужными крыльями. А у некоторых деревьев есть съедобные части, сладкие, будто патока.

– Может быть, вам стоило бы поменьше зевать по сторонам и побольше думать о нашем плане, – отрезал Гэм. – Иначе от него останутся рожки да ножки… Это там не наша крыша впереди, вон там, выплывает по правому борту?

Натан поглядел в ту сторону и кивнул, но поднял руку:

– Погоди еще минутку.

– С какой стати? Вон же она!

– Нам нужно миновать ее, чтобы можно было потом аккуратно съехать обратно, не шагая вверх, не то мы потревожим чары.

– Ты действительно все продумал, а? Ничего, мы еще сделаем из тебя настоящего вора!

Натан улыбнулся. Потом все произошло в одно мгновение. Гэм с легкостью вскрыл замок и распахнул дверь, члены шайки поднялись на ноги и один за другим выскользнули с задней стороны повозки, шлепаясь на стекло, словно мокрые рыбы на разделочную доску. Повозка покатилась дальше, завернула за поворот и вскоре пропала из виду.

– По моим подсчетам, у нас есть примерно полчаса, пока Поставщик не вернется из Особняка, – прошептал Гэм. – Это если он еще прежде не науськает на нас приятелей Господина. Если он на нас настучит, жаберники могут припереться в любую минуту, чтобы убрать грязь со своей замечательной блестящей дороги.

– Он не настучит.

– Да уж понятное дело. А вдруг он сам попадет под раздачу? Вдруг Господин решит, что ему нужен новый Поставщик, что он будет делать тогда? На какие деньги покупать морковку своим возлюбленным лошадкам? Месяца не пройдет, как он будет жрать конские бифштексы, утирая слезы конскими же хвостами.

– Ладно, продолжим.

Джерки Джо вытащили из-под куртки моток веревки, который до этого времени был замаскирован под раздутый от голода живот, и на четвереньках подобрались к краю дороги.

«Шпиль» располагался немного поодаль – до него было, может быть, ярдов сто. Стекло дороги было гладким и отполированным, но сухим (здесь, наверху, тумана не было), так что они могли спускаться, не соскальзывая. Надо было только двигаться руками вперед, тогда сцепление ладоней с поверхностью было достаточным, чтобы препятствовать неумолимой тяге под уклон. Присси стащила с себя колготки и затолкала их в карман, а парни сняли носки и обувь, связав ботинки шнурками и повесив их через плечо. Они ползли по стеклянной поверхности, как пауки, пока наконец внизу не показалась крыша дома ювелира.