– Рорра осторожна, – сказал Калам. – Она справится.

Для Луна это звучало как смесь поддержки и горячей надежды.

Лун попытался оценить все возможные варианты. В воде запах Рорры не имел значения, поскольку скверны не ощутят его, как могли бы морские создания.

– Насколько быстро ты плаваешь?

Рорра сняла другой башмак. На этой ноге ласты отсутствовали, она заканчивалась округлым обрубком.

– Не так быстро, как вы летаете, поэтому не ждите скорого возвращения.

Лун обернулся к Нефрите.

– Нужно подойти к тому месту, где Утес учуял скверн. Иначе ей придется потратить время на поиски, и скверны могут обнаружить ее первыми.

Рорра сняла рубаху и начала расстегивать штаны. На ее торсе виднелся лишь едва заметный узор чешуи, но по обеим сторонам груди имелись прорези жабр. Магрим и Калам отвернулись. У кишцев, по крайней мере у киш-жандеров, оказывается, было табу на наготу. Возможно, в этом и заключается причина их проблем с раксура.

Нефрита бросила взгляд на Утеса.

– Ты можешь ее взять?

– Конечно. – Утес заметил сомнения на лице Рорры и добавил: – Я тебя не уроню.

– Прекрасно, – поморщилась Рорра. Она огляделась, увидела, что Калам и Магрим по-прежнему старательно отворачиваются, и протянула руку Луну. – Помоги мне подняться.

Он обратился в земную форму, чтобы случайно не ранить ее шипами, обнял за плечи и помог встать. Она посмотрела на Утеса:

– Что дальше?

Утес оценивающе оглядел ее и чуть улыбнулся:

– Прыгай в воду, но держись на поверхности. Я тебя подберу.

– Какое облегчение, – отозвалась Рорра и кивнула в сторону борта.

Лун помог ей доковылять до него, Елея подхватила Рорру под руку и поддержала с другой стороны.

– Спасибо, – выдохнула Рорра, наклонилась и нырнула с борта в воду.

Ее гладкое тело заскользило в невысоких волнах, такое изящное, несмотря на отсутствующие плавники. Утес дождался, когда она окажется шагах в пятидесяти, ступил на ограждение и спрыгнул с лодки. Он сменил облик прежде, чем ударился о воду, и мягко скользнул под волны.

– Он вроде собирался лететь, – растерянно сказал Калам.

Нефрита, прищурившись, наблюдала.

– Он набирает скорость.

Лун тоже видел рябь от быстрого движения прямо под поверхностью воды, свернувшую в сторону и отдаляющуюся от лодки и Рорры. Потом рябь исчезла.

– Мне кажется, он сейчас… – начал Звон.

Огромное темное тело с могучим всплеском вырвалось из воды и взмыло вверх. Калам и Магрим ахнули. Со вторым взмахом крыльев Утес поймал ветер и плавно поднялся в воздух, а лодку осыпало дождем брызг.

– Впечатляюще, – признала Елея.

Да, впечатляюще. Лун не был уверен, что смог бы это повторить.

Утес набрал высоту, а вода все еще лилась с его крыльев. Потом сделал круг.

– Я его не вижу. – Калам огорченно потер глаза. – Ну, то есть вижу, но не разбираю деталей. – Он кивнул в сторону других раксура. – А всех вас я вижу хорошо.

– Я тоже не могу его рассмотреть, – сказал Лун. Похоже, с прародителями всегда так. Никто ему про это не говорил. – Почему так? – спросил он Звона.

– Не знаю, – качнул шипами тот. Наставники не так много знают о прародителях. С одной стороны, они встречаются редко, с другой… – Он указал на Утеса. – Они не любят отвечать на вопросы.

Утес спускался к Рорре. Он низко пролетел над водой, протянув за Роррой когтистую руку. Для Рорры, должно быть, пугающая перспектива, хотя она знала, что будет дальше. Рука Утеса мягко обвилась вокруг ее тела и вытащила из воды. Он прижал Рорру к груди, опять взмыл вверх и повернул в ту сторону, где обнаружил вонь сквернов.

Нефрита вздохнула и обвела взглядом маленькую лодку.

– Что ж, остается только ждать.

Они прождали почти весь день. Лун немного полетал и половил рыбу – во-первых, ему требовалось размять крылья после ранения, а во-вторых, сушеная рыба из припасов солнцехода была не слишком питательной. Магрим признался, что в кишском поселении, откуда он родом, тоже любят сырую рыбу. Он показал Каламу, как ее разделывать и выбирать лучшие куски. Когда все поели, раксура легли отдыхать, свернувшись на теплой палубе. Без обсуждений они приготовились к еще одной тяжелой ночи.

Пока все остальные дремали, Нефрита сказала Луну:

– Песня извинилась передо мной.

– Хорошо. – Лун понял, что она имела в виду реальные извинения, то есть они с Песней все обсудили, а не то, что Песня просто прекратила спорить, потому что Нефрита королева. – Ее что-то тревожило?

Нефрита слегка пожала шипами.

– В последнее время она стала более агрессивной. Но это просто признак того, что она растет и хочет занять при дворе более важное место. Она успокоится. – Нефрита стряхнула рыбную чешуйку на спавшую рядом Елею. – Елея была такой же.

Та открыла глаза, сонно оглянулась и смахнула чешуйку с носа.

Когда к вечеру свет начал угасать, Магрим забеспокоился, что плыть в темноте опасно.

– Можем еще подождать, – сказал Лун Нефрите. Они лежали, свернувшись в уголке, Звон сидел рядом, а Поток дремал под скамьей на противоположной стороне палубы. Елея сидела на ограждении – была ее очередь охранять. – А если придется идти на лодке во тьме, мы можем указывать направление, – закончил Лун.

Раксура компас не требуется, они с рождения знают, в какой стороне юг.

– Да, но здесь есть участки со скалами или рифами, – сказала Нефрита. – Мы видели сверху, пока летели. И может быть очень трудно…

– Я вижу Утеса, – прервала ее Елея.

С Роррой в руках Утес приблизился к ограждению.

– Помогите ей, она не в очень хорошей форме.

– Ранена? – спросила Нефрита, отодвигая Луна в сторону. Она перегнулась через борт, подхватила Рорру за талию и перенесла на лодку. Рорра выскользнула из ее рук и села на палубе. Ее лицо было серым от изнеможения, а тело била сильная дрожь.

– Просто устала и замерзла.

Утес перемахнул через ограждение и опустился на палубу.

Лун знал, как малоприятно, когда Утес несет тебя на большой скорости и при сильном ветре.

– Калам, есть чем ее вытереть? – спросил он.

Калам порылся в ящике с инструментами и вытащил кусок ткани – она предназначалась для очистки палубы, но в экстренной ситуации вполне годилась. Лун взял ее и присел перед Роррой. Та кивнула, стуча зубами, и Лун начал вытирать ей руки и ноги.

– У нас проблема, – сказал над его головой Утес.

– Еще одна? – спросила Нефрита. – Две стаи скверн и без того…

– Рорра видела скверну-полураксура. Королеву.

Все смолкли. Лун на мгновение замер, но Рорра опять начала дрожать под его рукой, и он продолжил вытирать ей ноги.

– Принесите ее одежду, – сказал он.

Калам среагировал первым и притащил Рорре рубаху, штаны и куртку.

– А ты уверен? – наконец заговорила Нефрита. – Ты ее тоже видел?

– Нет, только Рорра, – сказал Утес. – Но, судя по описанию, это точно она.

Нефрита прошипела проклятие.

– А других она видела? – спросила Елея. – Там были дакти-наставники…

– Больше она ничего не видела, – ответил Утес.

Лун посчитал, что этого вполне достаточно. Особенно если речь идет о владыке сквернов со способностями королевы раксура.

– Как мы и ожидали, скверны находились на плавучей платформе, похожей на улей собирателей, – продолжил Утес. – Большинство находилось внутри, и у Рорры не было возможности их сосчитать или увидеть, есть ли там кто-то помимо сквернов.

Лун направил руки Рорры в рукава рубахи, потом накинул остальную одежду на ноги, как одеяло, и Рорра, запыхавшись, сказала:

– Оказывается, морские обитатели не очень хорошо летают.

– Не знаю, по-моему, ты отлично справилась, – сказал ей Лун. – Звон, Поток, подойдите сюда и сядьте по обе стороны от нее. – Сейчас тела раксура – лучший источник тепла на лодке.

Звон сел, втиснувшись между Роррой и ограждением. Поток, потрясенный открытием Утеса, не спорил и, перейдя в земное обличье, уселся с другой стороны.