– Это демон убийства и насилия. Смерть его не задержит. Хуже, делает его сильнее. Настолько сильным, что может дотянуться до более сложного разума.

– Он вселится в человека?

– Вселился.

– Где предпримет нападение?

– Там, где больше всего жертв, насилия, страха.

– Пир! – Дункан сорвался с места и рванулся на выход. Ведьма терпеливо подождала, пока сам догадается, о чем забыл.

– Как его остановить? – спросил он, обернувшись уже у самых дверей.

– Как и всех остальных. Заплатив цену. Бестия питается страхом, ненавистью и жестокостью. И меч тебе тут не пригодится, только усилит монстра.

– Так что же делать? Попросить его, чтоб сдался?

– Ты должен быть отважен и спокоен. И, что самое важное, ты должен быть готов к самопожертвованию.

Дункан коротко взвесил слова старушки. Потом вернулся к очагу и сел.

– Значит, ты все же намерен спросить, – сказала Илидия без эмоций.

– Я слушаю.

– Ты должен спросить. Ты должен сказать это вслух.

– Как я погибну? – Слова вылетели из его уст как будто сами, под действием чужой воли.

– Быстро. Удар в сердце. Будешь мертв еще до того, как твое тело упадет на землю.

– Совсем не плохая смерть.

– Лучше, чем та, которая ждет некоторых из твоих товарищей.

Толстый черный кот показался из-за очага. Потерся о ногу юноши, тяжело обошел котел и уселся около ведьмы.

– Мне пора, – сказал Серый Стражник, вставая. – Но есть еще один вопрос. Гигант… он действительно вернулся?

– Он никогда и не уходил.

– Я видел, как он умирает. Мы сожгли его труп.

– Уж кто-кто, а Серый Стражник должен знать, что для некоторых существ тело не более чем одежда. Они могут оставить его и пошить себе новое. А теперь ступай. До Новой Сребрницы путь неблизок, а уже спустилась тьма.

Дункан кивнул, открыл двери и вышел в ночь.

Пир был устроен среди руин, окружающих корчму в Новой Сребрнице. Древние стены, колонны, кое-где даже сохранившиеся фрагменты крыш – все это давало защиту от ветра. Многочисленные разожженные вокруг костры давали тепло и свет. На вертелах запекались олени, случайные жертвы охоты. Большую часть туш закопали в снегу, чтоб разделать их в ближайшие несколько дней. По окрестностям разносилось эхо веселых разговоров, отголоски песен. Часть людей танцевали у костров. На одну январскую ночь зимний мороз уступил место облегчению и радости победы.

Серые Стражники как почетные гости сидели у одного из главных костров, в украшенном неразборчивыми мозаиками углублении, которое, видимо, когда-то было бассейном городской бани. Места было человек на тридцать, так что гарнизон командории сидел там вместе с группой местных жителей. Эдвин рассказывал стайке молодых женщин порядком приукрашенную версию боя с волками. Натаниэль сидел рядом, стараясь не показывать, какое удовольствие доставляет ему восхищение малых сих. Матильда, прижавшись к Манфрею, поправляла барда, когда его рассказы становились слишком красочными. Магнус занял место на краю бывшего резервуара, как обычно держа на коленях одну из внучек Нолана. Поглядывал, как Касс кружит между руинами, время от времени искусно ускользая с дороги пьяных.

– Я гляжу, хорошо сидите, – донесся до них грубоватый и усталый голос Олафа.

Начальник Командории 54 неторопливо спустился в яму бассейна. За ним следовали Маркус, Клара и Люциус. Монах держал под мышкой здоровенный фолиант.

– Следопыт рассказал мне, что случилось в лесу, – сказал Олаф. – Хорошая работа, солдаты. Особенно ты достоин похвалы, Князь. Организовать этот сброд – нелегкое дело. Хотя, наверное, помогает, если тебя с детства этому учили. В любом случае не забуду об этом указать в близящейся полугодовой оценке. А сейчас продолжайте. Мне надо поговорить со старостой Борсом. – Закончив речь, он двинулся в сторону ближайшей бочки пива.

– И корпение над книжками ни для чего не пригодилось. Как оказалось, для убийства монстра нужна была только грубая сила, – заметил Натаниэль, освобождая место для Клары.

– Вы разобрались, что это было? – спросил Магнус.

– Есть несколько вариантов, – Люциус стоял, разыскивая взглядом Амелию. – Вы бы удивились, сколько демонов имеет обыкновение вселяться в зверей. К счастью, большинство уходит после смерти носителя. Хотя если приступы повторяются, в следующий раз одержимое животное можно попробовать накормить омелой.

– И как мы это должны сделать? – удивился Эдвин.

– Не знаю, я теоретик, это вы практики. Кстати, вы Амелии здесь не видели?

– Она осталась на хозяйстве, – ответила сидящая на коленях Магнуса внучка Нолана, то ли Татрия, то ли Арита. Уверенно никто из присутствующих сказать не мог.

– Ну, в любом случае, все закончено? – удостоверилась Матильда.

– Если только это не Мясник, – как бы нехотя заметила Клара.

– Мясник? В этих книгах встречается что-то с таким именем? – недоверчиво переспросил Магнус.

– Если точно, то Мясник из Мельничного Схрона, – уточнил Люциус, усаживаясь. – Известный также как Демон Кровавого Бешенства или Проклятие Лотти. О нем вот тут написано.

Он открыл книгу и показал товарищу соответствующий фрагмент. Почти сразу сориентировался, какую совершил ошибку.

– Извини, я забыл. Знаешь, если хочешь, могу тебя научить…

– Ну и чего там прописано? – прервал его Великан.

– «Написано», – поправил Эдвин, усмехнувшись. Подавляющее большинство присутствующих поправки все равно не поняли.

– Так вот, Мясник, – вернулся к теме разговора Монах, – известен в основном по рассказам. Серые Стражники реально повстречали это создание только дважды. В остальных случаях изучали вопрос уже после ухода существа.

– И что такого страшного в этом Мяснике? – поинтересовался Натаниэль.

– Согласно рапортам Стражи, обычно он начинает с овладения животными. Тем не менее бестия питается страхом и насилием, поэтому убийство зверя только делает его сильнее. После этого он переходит на людей, ну и, что говорить, продолжает резню.

– И как его остановить?

– Вот в этом и проблема. Неизвестно. Обычно он попросту убивает людей, пока не нажрется, и тогда уходит. В тех двух случаях, когда Стража с ним столкнулась непосредственно, дело было так – в первом случае, потеряв четверых бойцов, начальник командории решил отойти и переждать. В итоге погибли почти пятьдесят человек, пока демон не ушел. Во втором случае один из Серых Плащей использовал магический ритуал, чтоб прогнать монстра. Позже расследование установило, что он уже некоторое время практиковал магию и что его эксперименты стоили жизни нескольким людям, в том числе двум членам Ордена. Естественно, наказанием для него послужила казнь, проведенная членами Братства Палачей. Но, как я уже говорил, одержимость зверей могут вызвать десятки демонов. Шансы на то, что это Мясник, минимальны.

– Тогда для чего ты об этом вообще рассказываешь? – Эдвин, как и большинство присутствующих, вовсе не разделял оптимизма Люциуса.

– Есть определенное сходство. То есть… в четырех изученных случаях удалось установить, что демона притягивает исключительно жестокое убийство. Более того, в трех случаях из четырех это были Видящие. В четвертом случае этого установить не удалось.

– Минутку, – прервала Матильда. – Хочешь сказать, что если убить Видящего, то такое убийство вызовет демона?

– Нет, корреляция не означает… То есть… нет. Не всегда, когда погибает Видящий, это притягивает демона. Но вот именно этого конкретного демона, видимо, притягивает только это. А Дункан предположил, что убитая женщина и ее дочери были Видящими, так что это привлекло мое внимание…

– То есть самое первое убийство совершает не демон? – переспросил Магнус.

– Нет. В двух случаях, когда это удалось установить, убийца полностью отвечал за свои действия. Но, как я уже говорил, это наихудший вариант. И весьма неправдоподобный.

– Жопа, – оценил ситуацию Эдвин.

Магнус вскочил на ноги, сбрасывая внучку Нолана. Эдвин проследил за его взглядом и заметил Касс. Девушка тряслась от страха.