– Да, – ответила Зои, глядя на Джейн. – Я все понимаю, Джейн. Никому ни слова.

– Спасибо, Зои. – Джейн, наклонившись, поцеловала Зои в макушку, а потом кивнула мне: – Начинай.

– Хикори, вы помните наш разговор, когда я попросил вас отключить и сдать на закрытый склад приборы, при помощи которых работает ваше самосознание?

– Да.

– Мы тогда говорили о конклаве, – продолжал я. – И вы сказали, что не считаете, будто конклав представляет угрозу для этой колонии.

– Я сказал так, потому что мы убеждены, что опасность крайне незначительна.

– Почему вы так считаете?

– Конклав предпочитает эвакуировать население колоний, а не уничтожать его, – пояснил Хикори.

– Откуда вам это известно?

– Из той информации о конклаве, которую предоставило нам наше правительство.

– Почему вы до сих пор не поделились с нами этой информацией?

– Нам приказали не делать этого.

– Кто?

– Наше правительство.

– Но почему вам дали такой приказ?

– Мы имеем постоянный приказ нашего правительства не делиться с вами информацией по вопросам, в которых вы мало информированы. Причем виноваты в этом не мы, а ваше правительство, которое требует от нашего хранить в тайне очень широкий круг вопросов. Мы не лгали вам, ни Дикори, ни я, но мы не имели права выдавать вам ту информацию, которой располагаем сами. Вы должны помнить, как перед отбытием с Гекльберри мы расспрашивали вас, что вам известно о статусе этой части пространства.

– Помню, – кивнул я.

– Мы пытались выяснить, много ли из того, что мы знаем, можно будет сообщить вам. Должен с сожалением сказать, что вы тогда произвели впечатление не слишком осведомленного человека. Поэтому в той ситуации мы имели право сказать вам очень немного.

– Но теперь вы готовы сказать больше?

– Теперь вы задаете прямые вопросы. А Зои приказала нам не лгать.

– Вы видели наш видеофильм о том, как конклав уничтожает вхайдианскую колонию?

– Да, когда вы показывали его всем своим колонистам.

– Он соответствует вашему собственному фильму?

– Нет. Наш был намного длиннее.

– Почему же наша версия оказалась настолько короче?

– Мы не можем строить предположения о причинах тех или иных поступков вашего правительства, – резонно заметил Хикори.

Я задумался; построение фразы оставляло немало простора для толкований.

В разговор вступила Джейн.

– Вы сказали, что конклав предпочитает эвакуировать колонии, а не уничтожать их. Вы сделали этот вывод по видеофильму или у вас еще какая-то информация?

– Да, у нас есть и другая информация, – ответил Хикори. – На видео снята лишь первая попытка конклава удалить колонию с планеты.

– И сколько же всего было таких попыток? – продолжала допытываться Джейн.

– Мы не знаем. Почти весь год по времени Роанока мы не имели связи с нашим правительством. Однако известно, что ко времени нашего отправления конклав ликвидировал семнадцать колоний.

– Сколько из них было уничтожено? – спросила Джейн.

– Три. Остальные эвакуировались. В десяти случаях колонисты вернулись во владения своих рас. Четыре колонии решили присоединиться к конклаву.

– У вас есть какие-нибудь доказательства? – спросил я.

– Конклав направлял документы о каждой такой акции правительствам всех неприсоединившихся рас, – объяснил Хикори. – Мы располагаем информацией обо всех прекративших свою деятельность колониях вплоть до нашего прибытия на Роанок.

– Но почему? – удивилась Джейн. – Какое отношение эта информация имеет к вам?

– Наше правительство хорошо знало, что эта колония основывается, несмотря на предупреждения конклава. И хотя мы и не знали этого наверняка, но все же ожидали, что Союз попытается скрыть ее от конклава. Раскрыть вам нашу информацию мы должны были лишь после того, как конклав отыщет вашу колонию.

– С какой целью? – спросила Джейн.

– Чтобы убедить вас сдаться. Мы не можем позволить ей погибнуть.

– Из-за Зои? – спросил я.

– Да.

– Ни фига себе! – воскликнула Зои.

– Тише, тише, малышка, – сказал я.

Зои послушно замолчала. Я же пристально посмотрел на Хикори.

– А если бы мы с Джейн решили не сдаваться? Если бы мы предпочли гибель капитуляции?

– Мы предпочли бы не отвечать на этот вопрос.

– Не пытайтесь уклоняться, – жестко сказал я. – Отвечайте.

– Нам следовало бы убить вас и лейтенанта Саган. Вас и любых других лидеров колонистов, которые согласились бы с гибелью колонии.

– Ну и как, убили бы? – поинтересовался я.

– Это было бы нелегко, – признался Хикори. – Нам было предписано сделать это с отключенными эмоциональными блоками. Не думаю, что Дикори или я решились бы потом снова включить их. Эмоции были бы невыносимо интенсивными. К тому же нам известно, что лейтенанта Саган генетически модифицировали до эксплуатационных параметров Специальных сил. Поэтому убить ее было бы чрезвычайно трудно.

– Откуда вы знаете? – удивилась Джейн.

– Мы заметили это. Мы знаем, лейтенант, что вы стараетесь скрыть свое новое качество. Но вас выдают мелочи. Например, вы слишком быстро шинкуете овощи.

– О чем они говорят? – спросила Зои, изумленно взглянув на Джейн.

– Потом объясню, – бросила Джейн, не сводя взгляда с Хикори. – Ну и как теперь? Вы все еще настроены убить меня и Джона?

– Если вы решите позволить уничтожить колонию, то да.

– Вы не посмеете! – выкрикнула Зои и вскочила с места; ее глаза метали молнии. – Я запрещаю! Вы никогда и ни за что не сделаете этого.

Хикори и Дикори трясло от эмоциональной перегрузки, которую они испытывали, столкнувшись с гневом Зои.

– Мы вынуждены не подчиниться вам, – выговорил наконец Хикори. – Вы слишком важны. Для нас. Для всех обинян.

Зои раскраснелась, ее тоже трясло – от бешенства.

– Из-за обинян я уже лишилась одного родителя! – воскликнула она.

– Ну-ка, живо успокойтесь все! – прикрикнул я. – Никто никого не убивает. Договорились? Все это чушь собачья. Зои, послушай, Хикори и Дикори не станут убивать нас, потому что мы с мамой не собираемся допустить уничтожения колонии. Вот и все. И я ни за что на свете не допущу, чтобы с тобой случилось что-нибудь плохое. И Хикори, и Дикори, и мы с мамой – мы все согласны, что ты слишком важна для того, чтобы рисковать твоей жизнью.

Зои с громким всхлипом глотнула воздуха и разрыдалась. Джейн обняла ее и усадила на диван. Я же вновь повернулся к обинянам.

– Я хочу четко и недвусмысленно вас попросить: при любых обстоятельствах защищайте Зои.

– Мы будем ее защищать. Всегда.

– Вот и прекрасно. Только постарайтесь, защищая ее, не убить меня. Или Джейн.

– Мы постараемся, – пообещал Хикори.

– Вот и прекрасно, – повторил я. – С этим мы разобрались. Пойдем дальше.

Мне потребовалось не менее минуты, чтобы вспомнить, о чем я думал перед тем, как случился этот инцидент: новость о том, что спутники, которых мы повсюду таскаем с собой, запланировали мое убийство, и последовавшая за этим неожиданная, хотя и вполне объяснимая истерика Зои изрядно вывели меня из равновесия.

– Вы сказали, что вам известно о прекращении деятельности семнадцати колоний, верно?

– Да.

– В четырнадцати случаях обитатели колоний уцелели. Четыре из них присоединились к конклаву. Вы имели в виду только колонистов или расы целиком?

– Только колонистов.

– Значит, ни одна из тех рас, которые лишились колоний, не присоединилась к конклаву?

– Ни одна, – подтвердил Хикори. – Это вызвало в самом конклаве определенное беспокойство. Там рассчитывали, что хотя бы некоторые из них под влиянием случившегося примут приглашение присоединиться. Но действия этой организации, похоже, вызвали противоположную реакцию.

– Конклав не пытается заставить расы войти в свой состав силой? – спросила Джейн с дивана.

– Нет. Он просто не разрешает им дальше расширять свое влияние.

– Не понимаю, как они могут устраивать это, – сказал я. – Вселенная огромна.