– Господи, – пробормотал Сиборг.

Саган повернулась к нему:

– Ты сможешь забраться на дерево с раненой ногой?

– Смочь-то смогу, но только у меня нет ни малейшего желания разделить судьбу несчастного Винье.

– Можешь не переживать, – успокоила его Саган, – прыгать буду я.

– Но ты же видела, что произошло с Винье! – возмутился Харви.

– Видела, – подтвердила она. – Но он был мертв и не мог контролировать полет. Кроме того, он весил больше, а на дереве были мы с тобой. Я легче, я жива, и вы с Сиборгом тяжелее. Надеюсь, мне удастся перелететь через пулеметы.

– Если твои расчеты неверны, ты превратишься в паштет, – нахмурился Харви.

– По крайней мере, это будет быстро.

– Да, – угрюмо кивнул он, – но уж слишком грязно.

– Слушай, когда меня не будет в живых, можешь критиковать меня сколько душе угодно, – остановила его Джейн. – А сейчас я предлагаю всем троим забраться на дерево.

Через несколько минут Сиборг и Харви были по обе стороны от Саган, которая сидела на согнутом стволе на четвереньках, пытаясь удержать равновесие.

– Не желаешь сказать последнее слово? – спросил Харви.

– Я всегда считала тебя страшным занудой, Харви.

Он улыбнулся:

– Я тоже тебя люблю, лейтенант. – Дэниел кивнул Стиву: – Давай!

Они спрыгнули с дерева.

Ствол рывком распрямился. Саган пришлось проявить чудеса ловкости, чтобы удержаться на нем. Когда дерево достигло апогея своего качания, она оттолкнулась от ствола ногами, сообщая дополнительную силу энергии броска. Она взлетела невероятно высоко, как ей показалось, и без труда перелетела над пулеметами, которые бессильно следили за ней, не имея возможности открыть огонь. Как только Саган оказалась за пределами охраняемого периметра, пулеметы развернулись обратно внутрь. У нее хватило времени подумать: «Сейчас будет больно»; она успела сжаться в комок и тотчас же врезалась в землю. Ткань комбинезона затвердела, принимая на себя часть энергии удара, и все же Джейн почувствовала, как хрустнуло сломанное ребро. В затвердевшем комбинезоне она откатилась гораздо дальше, чем было бы без него. Наконец Саган распласталась в высокой траве, пытаясь вспомнить, как дышать. На это ушло гораздо больше времени, чем она ожидала.

Издалека донеслись голоса Сиборга и Харви, окликавших ее. Кроме того, Саган услышала в противоположной стороне низкий гул, нарастающий по мере приближения. Лежа в траве, она развернулась, стараясь что-либо разглядеть.

К впадине приближались двое обинян в вооруженном мотоцикле на воздушной подушке. Они ехали прямо на Саган.

– Первым делом тебе необходимо уяснить, что Союз колоний – это зло, – сказал Бутэн.

К Джареду вернулась головная боль, жаждущая реванша; ему страстно хотелось снова увидеть Зои.

– Никак не могу с этим согласиться, – наконец с трудом промолвил он.

– В чем нет ничего удивительного, – усмехнулся Бутэн. – Тебе от роду всего-то пара лет. И всю свою жизнь ты безропотно выполнял то, что тебе приказывали другие. Пожалуй, тебе до сих пор еще ни разу не приходилось делать выбор, ведь так?

– Эту лекцию я уже слышал, – пробормотал Джаред, вспоминая Кайнена.

– От солдата Специальных сил? – искренне удивился Бутэн.

– Нет, от пленного рраей. Его звали Кайнен. По его словам, вы с ним встречались.

Бутэн наморщил лоб.

– Фамилия мне незнакома, – наконец сказал он. – Однако за последний год с лишним мне довелось встретиться с большим числом рраей и энешанцев. Для меня они все на одно лицо. Впрочем, я готов поверить, что такие слова ты услышал от рраей. Они считают всю концепцию Специальных сил жуткой с моральной точки зрения.

– Да, знаю, – согласился Джаред. – Кайнен сказал, что я раб.

– А ты и есть раб! – возбужденно воскликнул Бутэн. – Или в лучшем случае бесправный слуга, вынужденный отрабатывать срок, изменить который не в твоих силах. Да, вам наговорили про то, как хорошо появиться на свет специально для того, чтобы защищать человечество, как хорошо быть прикованным к товарищам по взводу цепями интеграции. Но если хорошенько разобраться, это всего лишь средства держать вас в узде. Тебе всего год, от силы два. Что ты знаешь о вселенной? Только то, что тебе сказали, – что это негостеприимное, враждебное место, где человечеству приходится постоянно ожидать нападения врагов. Но как ты отнесешься к тому, что я тебе скажу: все, что наговорил Союз колоний, – ложь?

– Нет, правда, – возразил Джаред. – Вселенная враждебна людям. Я достаточно повоевал, чтобы утверждать это со знанием дела.

– Но, кроме войны, ты ничего не видел, – напомнил Бутэн. – Тебе никогда не приходилось бывать там, где не нужно убивать врагов, на которых указывает Союз колоний. Конечно, есть своя правда в том, что вселенная враждебно относится к людям. Однако причина этого в том, что Союз колоний враждебно относится к вселенной. С тех самых пор, как человечество вышло в космос, оно постоянно воюет со всеми видами живых существ, которых встречает. Изредка то тут, то там встречаются те, кого Союз колоний соизволит считать полезными в качестве союзников или торговых партнеров, но число их ничтожно мало. В пределах горизонта «сквозного скачка» человечеству известны шестьсот три вида разумных живых существ, Дирак. И знаешь ли ты, скольких из них СК считает потенциальной угрозой, из чего следует, что ССК могут нанести по ним предупредительный удар, когда им вздумается? Пятьсот семьдесят семь. Враждовать с девяноста шестью процентами известных разумных рас – это уже не просто глупость. Это расовое самоубийство.

– Другие виды тоже воюют между собой, – возразил Джаред. – Не один только Союз колоний ведет войны.

– Ты прав, – согласился Бутэн. – У каждого вида есть враги и противники, с которыми ему приходится воевать. Но другие виды не пытаются воевать со всеми, кого только встречают во вселенной. Рраей и энешанцы долго враждовали друг с другом, прежде чем их помирил союз против нас, и как знать, быть может, вражда между ними вспыхнет с новой силой. Но ни одни, ни другие не считают своими потенциальными врагами все остальные расы. Так не считает никто, кроме Союза колоний. Тебе приходилось слышать о конклаве, Дирак?

– Нет, – признался Джаред.

– Конклав – это представительнейший форум, в котором участвуют сотни видов разумных существ, обитающих в нашей части галактики, – начал Бутэн. – Он собрался больше двадцати лет назад, для того чтобы попытаться создать работоспособную основу правительства целого региона. Задача конклава заключается в том, чтобы остановить войны за новые земли. Расы должны отказаться от бесконтрольного захвата необитаемых планет, что неизменно приводит к спорам, и перейти к систематизированному распределению новых колоний. Поддерживать порядок предстоит межвидовым вооруженным силам, которые будут ставить на место всех, кто попытается захватывать новые владения силой. Не все виды собираются подписаться под заключительными соглашениями конклава, но только две расы отказались даже направить своих представителей. Одной являются консу, потому что они такие, какие есть. А другой – Союз колоний.

– Ты хочешь, чтобы я поверил тебе на слово.

– От тебя я ничего не жду, – возразил Бутэн. – Ты об этом ничего не знаешь. Так же как и основная масса ССК. И, определенно, об этом не знают простые колонисты. Союз колоний контролирует все космические корабли, межзвездные зонды и спутники связи. В его руках сосредоточена вся торговля и те зачатки дипломатии, которые осуществляются на космических станциях. Союз колоний является узким горлом, через которое проходят все потоки информации; именно он определяет, о чем должны знать колонии, а о чем – нет. И не только колонии, но и Земля. Черт побери, с Землей дело обстоит хуже всего.

– Почему? – удивился Джаред.

– Потому что вот уже два столетия общественное развитие на Земле искусственно сдерживается. По сути дела, Дирак, Союз колоний выращивает там людей. Использует богатые страны для вербовки в армию. Использует бедные страны в качестве посевного материала для освоения колоний. И такое положение дел настолько его устраивает, что СК активно подавляет естественную эволюцию общества на Земле. Ему не нужны перемены. Это создаст проблемы с набором солдат и колонистов. Поэтому Союз колоний отрезал Землю от остального человечества, чтобы ее население даже не подозревало о том, что его удерживают на одном месте. Для этой цели была специально создана заразная болезнь, получившая название «завиток», а населению Земли сообщили, что это инфекция, занесенная инопланетянами. И вот эту заразу использовали в качестве предлога для введения карантина целой планеты. Через каждое поколение-два вызывается очередная эпидемия, чтобы поддержать обман.