Противник отшвырнул свое оружие и бросился на колени прямо в грязь. Указал в сторону, на глубокое в этом месте русло реки.

– Она велела поджечь ворота, чтобы задержать вас, господин! А сама она… ушла туда! Туда!!! – выкрикнул он.

– Лжешь, пес! Там нет прохода!

– Господин… мы видели сами… я видел!..

Кицунэ это надоело.

Удар был коротким, но смертельным. Рыдания противника оборвались на полуслове. Мужчина рухнул набок, а грязь вокруг его тела окрасилась красным.

Шелест откуда-то сзади – Кицунэ обернулся, довольный тем, что приближаются очередные враги. Но на этот раз судьба привела друзей.

– Кентаро!

Он опустил меч, увидев выходящего из зарослей Духа и… госпожу Мэйко! Девушка выжила!

Шомиё подошел к ним, отмечая, что медичка вся в грязи, а одежда ее мокра до нитки. Дух… что же, по нему было видно, что по дороге сюда он расправился со многими врагами. Кровь пятнала его доспехи асигару и даже шляпу.

– Ты нашел то, что искал? – спросил Кицунэ. Кентаро в ответ поднял свою левую руку, запястье, которое сейчас несло какой-то сложный механизм.

– Нашел, – усмехнулся Дух, – и это я очень правильно сделал, потому что тут нам не пройти. – Он указал на горящие ворота.

– Наверняка нет, – согласился шомиё. – А я сам гнался за… красной ведьмой.

– Ведьмой?

– Невероятно, правда? Но я своими глазами видел, какой силой владеет… эта женщина… в сущности, девочка. Она убивала моих людей, словно испуганных детей! И так легко… во имя всех демонов, кем она была?

Мэйко пошевелилась, крепче вцепилась в руку Духа и взглянула на господина Кицунэ.

– Вы говорите, девочка? – переспросила она. – Девочка с бледной кожей… и карминовыми губами?

– Да! Это она! О демоны, я сам послал ее в Дом Спокойствия вместе с остальными беженцами из деревни у теплых источников.

– Да, – признал и Дух. – Я тоже помню.

– Какой же я глупец… она была с бабкой… неужели и та тоже ведьма? О проклятье, кто знает, сколько Змей было в той группе… они проникли в Дом Спокойствия и легко подготовили плацдарм для удара главных сил!

– Ты не мог этого предвидеть, господин, – успокоил его Кентаро. – Коварство Змей не было тогда для нас столь очевидным, как сейчас.

– Оборона Дома Спокойствия – это моя прямая обязанность, – возразил Хаяи. – И я ее не выполнил!

– Не все еще потеряно! – крикнула Мэйко. – Нужно только добраться до господина Фукуро!

– Вот только как? Я преследовал ведьму вплоть до этого места, но нарвался лишь на этих гадов! – Самурай указал на скрюченные трупы павших от его катаны. – А сама она исчезла! Один из них сказал, что она двинулась другой дорогой… потому что не прошла через ворота! Но тут нет никакой другой дороги! Пасть Кита – единственный вход в главный комплекс!

Кентаро осторожно отстранил от себя Мэйко и попросил Кицунэ указать ему то место, о котором шла речь. Он подошел туда. Долго осматривался, но в конце концов кивнул. Гад не соврал, другая дорога была. Недоступная для людей… потому что она была создана для Духов.

– Хаяи, – сказал он, вернувшись к шомиё и медичке, – теперь груз ответственности за госпожу Мэйко ложится на твои плечи. Я должен следовать за красной ведьмой.

– Кентаро, я же сказал – другой дороги нет!

– Есть, и я собираюсь двинуться именно по ней. Найдите какое-нибудь убежище и ждите, когда все закончится… Хаяи, наши войска должны быть уже близко, они наверняка видят зарево пожаров. Помощь скоро придет, но господин Фукуро может до нее не дожить! Я сделаю все, чтобы спасти нашего даймё.

– Береги себя, господин мой, – попросила его Мэйко.

Кентаро вновь подошел к месту, которое осматривал всего минуту назад. Все еще шел дождь, ночь была полна шума – отзвуки ночной резни, победные крики Змей, настоящая песня уничтожения.

Дух встал на самом краю острова. Склон обрывался тут вниз почти вертикально, а под обрывом шумело течение. Справа были видны густые заросли главного острова, слева – острова поменьше, обозначающие дорогу, по которой они пришли сюда.

Кентаро прыгнул.

И сразу же взмахнул левой рукой. Механизм кёкэцу-сёгэ затрещал, но не подвел – крюк с тросом выстрелил вперед, вонзившись в корень, торчащий из обрыва. Дух потянул рукой к себе, барабан начал скручивать трос обратно. Когда Дух был уже близко, выдернул крюк, оттолкнулся ногами от корня и – опять в полете – еще раз выбросил вперед трос.

Вся боковая часть главного острова была покрыта подобными корнями и деревцами, растущими из щелей. Один прыжок, оттолкнуться, второй прыжок – Кентаро заметил, что дальше ландшафт выравнивается, но для обычного человека он все еще оставался недоступным. И вдобавок он заметил кое-что еще.

Внизу, среди самых густых бамбуковых зарослей, была видна старинная пагода. Сколько у нее было изначально этажей – пять? шесть? Трудно было сказать, поскольку верхушка ее была срезана – будто какой-то гигант мимоходом одним движением величественной ладони сшиб со строения верхнюю часть. Темная, грязная, заросшая мхом… забытая. И невидимая с любого другого места острова – кроме того, в котором сейчас находился Кентаро.

Он резко дернул рукой. Эластичный трос потащил его тело к следующему из корней. Капли дождя хлестали тело воина, когда тот, словно призрак, перелетал над зеленой стеной бамбуковых зарослей. Он оттолкнулся от скользких камней обрыва и полетел к пагоде. Ноги ударили в мокрую почву, Кентаро присел, но не потерял равновесия. Он находился у основания сооружения. Взглянул вверх, чтобы прикинуть, не удастся ли с одной из покатых крыш пагоды добраться сквозь лес до главного комплекса. Он был уверен, что находится уже совсем рядом с резиденцией.

Но увидел он нечто иное.

Мужчина, одетый в черное, стоял на краю крыши третьего этажа пагоды. Смотрел вниз, на Кентаро. Не двигался, застыв, точно статуя.

Но это был человек, Кентаро не сомневался.

– Ты тоже из Змей? – громко крикнул Дух.

Молчание. Шум дождя, крики откуда-то издалека.

Воин положил руку на рукоять Алого Клинка.

– Ты знаешь дорогу в главный комплекс? Покажешь мне ее?

Молчание.

– В таком случае прошу пропустить меня. Я сам найду нужное направление!

Тень прыгнула с крыши пагоды. Выхватываемое оружие запело еще в полете.

Кентаро отбил молниеносный удар прямого меча ниндзя-то. Уклонился от пинка… и от следующего, высокого и размашистого удара.

Воин был быстрым, возможно даже столь же быстрым, как Дух… потому что – и эта тревожная мысль ударила Кентаро сильней, чем меч, – его противник тоже был Духом!

Неужели и такие воины вступали в клан Змеи? Возможно, это были такие же несчастные, как и он сам? Опозоренные тем, что не защитили своих хозяев, решили, что единственным выходом осталось присоединиться к Змеям?

Теперь это не имело значения. Кентаро должен был одолеть в бою черного Духа… или погибнуть.

Рванулся вперед, атаковал в мгновенном контрударе. Враг заблокировал удар изящным вертикальным парированием, отбил и рубанул, целясь Кентаро под мышку. Тот ушел с линии стали пируэтом… и ударил по открытой спине противника, уверенный, что бой только что им выигран.

Но это был не конец.

Неприятель оттолкнулся ногами от земли и перепрыгнул Духа, одновременно нанося удар мечом. Кентаро отбил в последний момент; хотел нанести ответный удар, но враг уже опустился на землю, оттолкнулся снова, еще выше, и вот он уже стоял на самой нижней из крыш пагоды.

Вот только Кентаро не собирался давать ему ни минуты отдыха.

Прыгнул, одновременно запуская кёкэцу-сёгэ. Трос понесся к врагу, крюк вонзился в крышу у самых его ног. Завертелся барабан, и Кентаро помчался в воздухе к противнику. Удар! Тот парировал… и тоже прыгнул, возносясь в воздух, к верхним этажам строения.

Ты не уйдешь, подумал Кентаро.

Кёкэцу-сёгэ затрещало, когда крюк с тросом входил в свое место на предплечье, но не успели ноги врага коснуться края крыши, как Кентаро взмахнул левой рукой, вновь запуская механизм. Острый крюк вылетел вверх, но не долетел до следующей крыши… вместо этого он вонзился во врага, в правую сторону груди; потекла кровь. Противник покачнулся.