Один из воинов наклонился, дотронулся до жидкости, понюхал ее.

– Назад, назад!!! – крикнул он.

Слишком поздно.

С палуб кораблей, из «вороньих гнезд» на их мачтах полетели горящие стрелы. Миг – и они вонзились в разлитые пятна масла. Масло зашипело. И взорвалось огнем.

Хеби не верил своим глазам – казалось, только что родился сплетенный из огня дракон. Бешено зарычал, ударил жаром, а потом пожрал все, к чему только прикоснулось масло.

Солдаты закричали – бешено, нечеловечески, – когда пламя пожрало все вокруг, вгрызлось в тела под доспехами. Люди стали живыми факелами, один вспыхивал от другого, отряды потеряли всякую дисциплину, погибая страшной смертью. Несколько человек бросилось вперед, пытаясь погасить в воде охватившее их пламя. Огонь действительно с шипением погас, но и тут их ждала смерть – тела с оружием и в доспехах камнем шли ко дну.

Тем временем корабли уходили от берега настолько быстро, что бушующее пламя не могло коснуться парусов или бортов. Несмотря на это, Хеби знал, что это не конец боя. Их роль закончилась – теперь на сцену должен был выступить Дух.

Кентаро хладнокровно наблюдал, как алое пламя поглощает солдат на набережной, видел с крыши уходящие корабли.

Потом случилось страшное – огонь добрался до стрелков, лизнул пороховницы, и те взорвались, разрывая людей на кровавые ошметки, превращая воинов в перемешанные куски мяса, крови, элементов брони.

Но и это все еще не было концом боя.

– Сейчас! – крикнул он своим.

Ему ответили свистки.

Скрытые во тьме бандиты выскочили из своих схронов, но не бросились в атаку на задние шеренги городских отрядов, а вытолкнули на улицу скрытые в боковых переулках повозки, отрезая солдатам дорогу к бегству.

Те после некоторого замешательства поняли, что попали в ловушку, начали расталкивать повозки. Тогда Дух подал следующий сигнал.

Несколько лучников высунулись из своих засад и пустили горящие стрелы в сторону повозок. Повозок, загруженных не только деревом и камнями, но и наскоро собранными самодельными бомбами. Простейшая конструкция: порох, засыпанный в мешки с пулями, да привязанный сосуд, полный масла. Достаточно было одной горящей стрелы, чтобы взорвать такой заряд.

Так и случилось. Бомбы рванули – взрыв разорвал как повозки, так и стены соседних домов. Щепки, обломки камня и ружейные пули полетели во все стороны, хлестнув по людям и строениям. Один взрыв, второй, третий… Кентаро с радостью прислушивался к очередным, все более отдаленным взрывам.

Выхватил меч.

Пришла пора закончить этот бой.

– Смерть! – крикнул он, спрыгивая с крыши.

Влетел между солдат, первого ударил в горло, второго убил прямым выпадом, приколов его к обугленной и изрытой пулями стене. Заплясал между следующими, одновременно следя за тем, чтоб не споткнуться об одно из изуродованных тел, не завязнуть в кровавой грязи.

Его люди тоже выскочили из своих убежищ, связав боем ослабленные, напуганные и уставшие отряды врага.

Кентаро тем временем вновь рубанул, высоко подпрыгнул, оттолкнулся от стены ногами и проскользнул за спину следующего врага; ударил в спину. Сбоку сверкнула сталь, кто-то из противников хотел достать Духа, но тот был быстрее. Пригнулся, рубанул горизонтально, отрубив по колено ногу врага.

Кровь, жар пламени, алый блеск огня с набережной, резня и он – Дух, восставший из мертвых, залитый кровью. Он выглядел как демон, что покинул ад лишь для того, чтобы воссоздать его здесь – в порту Кедо.

Парировал очередной удар, разворот, выпад, кровь бьет на лицо и кимоно. Дальше, новый враг и новый удар. Блещет катана. Противник падает, неспособный даже крикнуть.

Раздались какие-то крики со стороны вражеских отрядов. Видимо, очередные команды.

Дух ожидал атаки, последнего отчаянного нападения. Он сек и рубил, не видя уже даже рядом своих людей. Но не был погружен в боевое безумие, о котором его так часто предупреждал Седой Пес Ину, о нет! Кентаро убивал страшно, но хладнокровно. Не поддавался эмоциям, не терял дисциплины, вплетенной в его тело годами тренировок и лишений.

Перед ним стояла задача, и задача эта была – убить как можно больше врагов. Это он и делал. Методично и хладнокровно. Глыба льда, танцующая среди океана огня.

– Пощады! – крикнул кто-то. – Пощады!

Еще удар и еще, катана начертила в воздухе кровавый крест.

– Пощады!

Кентаро поднял оружие… и опустил его.

Перед ним стоял крепкий бородатый офицер, держащий свой меч за тупую часть клинка, высоко над головой. Универсальный жест капитуляции, известный даже мангутам.

Движением чибури Дух стряхнул кровь со своего меча, потом перехватил его в ладонях и сунул в ножны, одновременно пальцами стирая остатки крови. В эту минуту катана была единственной вещью на нем, которую не покрывала кровь.

Он медленно приблизился к офицеру, принял от него оружие.

– Вы сдаетесь? – спросил он мужчину.

Бородач кивнул.

– Не могу тратить жизни моих людей в безнадежном бою. Да, мы сдаемся. Примите наше оружие.

Дух взглянул на меч противника. Клинок был покрыт кровью, а значит, этот человек убил или как минимум ранил нескольких его людей. Да, он проигрывал, но сохранял честь.

Кентаро протянул оружие обратно.

– Оставь себе свой меч, господин. Ты и твои люди. Знай, что, хотя мы и начали этот бой, не мы затеяли эту войну.

– Войну?!

– Да. Когда-нибудь ты поймешь, о чем я говорю. Человек, за которого вы собирались отомстить, шомиё Мацухори Арагами, заслуживал смерти и погиб с позором, не достав своего меча. Каждый из твоих людей в тысячу раз лучше его. Ты верно поступил, что спас их жизни. Как тебя зовут?

– Хайеки Теншин. Капитан Хайеки Теншин.

– Капитан Хайеки, проводи меня в административный квартал. Я должен поговорить с советом города от имени моего господина.

Советники смотрели на пожары с безопасной высоты башни ратуши.

Огонь пожирал значительную часть нижних кварталов, а заодно и портового. Яркое зарево наверняка было заметно даже с верхних этажей Железного Дворца, далеко в холмах севера.

– Как думаешь, наши побеждают? – спросил один из советников, мужчина в желтой шапке, формой напоминающей банан.

– Трудно сказать, – ответил другой, мужчина в одеждах апельсинового цвета.

– Не послать ли нам туда пожарную стражу? – спросил третий, одетый в голубое.

– А зачем? В самый центр боя? – ответил вопросом на вопрос желтый. – Да и вообще эти кварталы давно у нас и у всего города были бельмом в глазу. Пускай сгорят и они, и их жители.

– Да, может, и так, – кивнул головой голубой.

– Так, так, именно так, – поддакнул и апельсиновый.

Прибежал слуга, упал ниц перед господами советниками.

– Господа, есть новости из порта! – выкрикнул он.

– Говори!

– Прибыл капитан Хайеки. И с ним кто-то еще!

– Кто таков?

– Дух.

Это прозвучал незнакомый им голос. Советники обернулись в направлении, откуда он прозвучал, и увидели двоих людей.

Знакомый им капитан Хайеки выглядел как скопище несчастий – грязный, черный от сажи и крови. Узнали его лишь по бороде, ибо лицо капитана было измученным и перемазанным. А вот рядом с ним стоял…

Демон! Это наверняка был демон! Этот человек также носил бороду. Кимоно его было полностью красным от крови, черные штаны покрыты грязью, пылью, сажей и кровью же. И она же ярко-алым окрасила лицо, сделав его воистину пугающим.

Советники даже отшатнулись, когда демон сделал шаг в их сторону.

– Так это вы управляете этим городом? Такая группа… комедиантов!

– Да как ты смеешь?! – вырвалось у желтого советника, но его товарищи, явно лучше него понимающие значимость момента, быстро его успокоили.

Город у их ног горел. А в ратуше появился капитан стражи с каким-то загадочным, залитым кровью мужчиной. И, похоже, именно этот мужчина от сей минуты отдавал приказы.