Однако следующий небесный остров оказался совсем другим. Издали он выглядел как плотная масса деревьев со светлыми стволами и светло-зеленой листвой, растущих густо, как трава, и источающих сладковатый аромат зелени. Вблизи картина не изменилась, а когда Лун пролетел под деревьями, то обнаружил лишь спутанный ковер корней, а не остров.

Он развернулся и увидел, что Утес уже приземлился на край острова и перешел к земному облику, чтобы протиснуться между стволами внутрь рощи. Лун опять спикировал вниз, сел на крайнее дерево и вцепился когтями в корни. Среди переплетений ветвей виднелись крупные мертвые деревья и засохшая молодая поросль, чьи корни навсегда застряли в этой массе. Лун сложил крылья и осторожно подтянулся, проникая внутрь.

Он пробирался между стволами под щебетание птиц над головой, переступая через дыры в массе корней, сквозь которые виднелась земля далеко внизу. Сладкий аромат был чистым и пронзительным, почти как у дерева-горы, но более выраженным.

Он нашел Утеса на небольшой поляне, где тот пил воду из дождевого водоема, образовавшегося на месте упавшего ствола. Лун присел на край, чтобы зачерпнуть воды ладонями. Закончив, он откинулся назад и спросил:

– Что это за небесный остров?

– Облачный лес, – ответил Утес, вытирая с лица воду. – Я слышал о таких, но никогда не видел.

Лун снова огляделся. Лиственный полог был достаточно разрежен и пропускал солнечный свет, заливавший всю рощу теплым золотистым сиянием. Здесь росли более молодые деревца, словно лес разрастался из центра наружу. Жаль, что они наткнулись на это место слишком рано – здесь было бы приятно поспать несколько часов.

– А на юге то же самое? Та большая штука, похожая на облако? – спросил Лун.

Если это единый массив, а не скопление обрывков облаков и тяжелых туч, то он превосходил размерами любой небесный остров, который доводилось видеть Луну.

Утес пожал плечами.

– Я слышал истории об огромном небесном острове, который видно с дальнего юга. Но не считал их правдивыми. Его называли не то Стеной, не то Облачной стеной, как-то так.

Лун мысленно отнес это к категории «необъяснимых явлений, не представляющих особой опасности, которые интересно наблюдать». Он потянулся, глубоко вдыхая аромат облачного леса. Он подумывал перейти в земную форму, но Утес, видимо, скоро засобирается в путь, так что оно того не стоило. Как раз в этот момент Утес хмыкнул и начал подниматься.

Птичьи трели внезапно стихли.

Лун стиснул зубы, подавив шипение. Утес замер, наклонив голову и прислушиваясь. Легкий ветерок не приносил зловония сквернов, да и в самом лесу его не было. Утес бесшумно переступил через гнилое бревно и скользнул между двумя ближайшими деревьями. Лун осторожно встал и последовал за ним.

Пока они шли к краю острова, мох и переплетенные корни не скрипели под ногами, но от тихих нервных шорохов птиц и летающих ящериц шипы Луна непроизвольно подрагивали. Раксура достигли внешнего кольца крупных деревьев. Дальше расстилались лишь пустое голубое небо и зеленые холмы внизу, а северо-западный ветер дул прямо в лицо.

– Скорее всего, это скверны, – еле слышно прошептал Утес. – Надо заставить их разделиться. – Он резко мотнул головой. – Ты выйдешь с другой стороны.

Лун шевельнул шипами в знак согласия и юркнул между деревьями. Положение было плохим, но еще не безнадежным. Скверны, должно быть, подкрадывались к ним против ветра. Они заметили Луна и Утеса еще на рассвете и ждали, пока раксура остановятся на отдых. Вероятно, сквернов было мало – небольшая группа разведчиков. Внутри облачного леса им будет неудобно сражаться, да и они не могли точно знать, откуда появятся Лун и Утес.

Лун добрался до внешней кромки леса, протиснулся между стволами и заметил трех дакти, парящих высоко в небе. Он резко прыгнул в воздух, расправил одно крыло и изобразил, будто второе повреждено.

Дакти клюнули на приманку и спикировали на него. В последний момент Лун резко расправил второе крыло, поймал воздушный поток и скользнул под лес. Ухватился за свисающий корень, подтянулся и скрылся из виду.

Двое дакти пронеслись мимо, но третий попытался последовать за ним и врезался в корни. Лун накинулся на него, разорвал правое крыло, бросил добычу и устремился к остальным. Одного он поймал, когда тот по глупости попытался подняться к нему, и распорол ему грудь. Второй обратился в бегство, отчаянно хлопая крыльями, и в этот момент Лун услышал треск и рев с противоположной стороны леса.

Лун зарычал, забыл о дакти и взмыл к корням. Он нашел проход в основании леса и протиснулся внутрь сквозь корни и мох. Продираясь меж узкими стволами, он почувствовал, как корни под ногами вибрируют, а деревья впереди трясутся и гнутся – что-то происходило у самого края леса. Лун вскарабкался в крону, чтобы лучше видеть. Заметив Утеса, он взревел от ужаса.

Утес был в крылатой форме, но на него что-то упало – огромная липкая масса, похожая на паутину, приклеившая его левое крыло и половину тела к мертвым деревьям на внешней кромке леса. Кетель парил прямо над ним, нанося удары, пока Утес пытался освободиться.

Лун перескакивал с дерева на дерево, затем спрыгнул в нижний ярус, в опасной близости к извивающемуся телу. Он бросился вперед и начал рвать липкую сеть когтями. Вблизи он разглядел, что это мешок, сделанный из вещества, которое кетели выделяют для переноски дакти или владык. Оно намертво приклеилось к высохшим деревьям, и Лун не мог разорвать его достаточно быстро…

Что-то ударило ему в спину и отбросило к ближайшему дереву. Он упал на мох и, перекатившись, увидел пробирающихся к нему трех дакти, оскалившихся в насмешке. Но деревья росли слишком близко, чтобы враги могли атаковать одновременно, и один оттолкнул остальных, чтобы первым прыгнуть на Луна. Это было серьезной ошибкой.

Лун схватил его за плечи, резко дернул на себя, раскрыл пасть до предела и откусил дакти морду. Он швырнул еще дергающееся тело во второго, который попытался отступить, но застрял между деревьями, так что Лун успел распороть ему грудь. Третий уже удирал, но Лун настиг его среди засохших деревьев на краю острова, прижал к корням и свернул шею. От удара сухие корни треснули и сломались, и Лун понял, как освободить Утеса.

Он продрался сквозь стволы к тому месту, где в липкой сети застряла левая нога Утеса, и начал рвать и ломать хрупкие корни двух ближайших мертвых деревьев. Лишившись связи с остальным лесом, деревья стали крениться и падать. Утес, видимо, это почувствовал – он дернул ногой, и деревья оторвались, увлекая за собой еще несколько других.

Утес упал и извернулся, липкая масса растягивалась, нити рвались. Кетель зацепился одной когтистой лапой за край леса, пытаясь ударить Утеса по лицу. Лун находился достаточно близко, чтобы разглядеть ошейник из черепов на шее кетеля – все принадлежали земным созданиям разных форм и размеров, некоторые были настолько свежие, что на них еще оставались куски гниющей плоти.

И тут над ними нависла еще одна темная фигура, заслонив свет.

Лун взглянул на очередного кетеля и подумал: «Ну все, нам конец».

Но тот обрушился на первого кетеля, сорвал его с места и потащил прочь. Когда они пролетали мимо Утеса, тот как раз освободился от липкой сети. Два дерущихся кетеля скрылись из виду под массивом леса.

Утес откатился в сторону, и Лун прыгнул в воздух. Взмахнул крыльями, поймал поток ветра и оглянулся. Два кетеля падали, сцепившись в схватке. Тот, что помог им, наверняка был из стаи полукровок – такого же размера и без ошейника.

Три фигуры поменьше уносились в противоположном направлении, спасаясь с поля боя. Это были владыка и два дакти.

Впереди рыкнул Утес. Лун развернулся, и они полетели на юг, прочь от этого места.

Лун и Утес летели до тех пор, пока облачный лес не скрылся из виду. Внизу простиралась местность, изрезанная речными протоками, бегущими через неглубокие ущелья, слишком крутые и негостеприимные для земных созданий. Здесь росли лишь редкие высокие деревья с тонкими стволами и одноярусными кронами, раскинутыми словно зонтики. Лун пытался подать Утесу знак приземлиться, и наконец тот начал снижаться.