Воцарилась тишина.

– Сон не может указывать на тех сквернов, – наконец сказала Жемчужина. – Если они столкнутся с существом, подобным тому, что обитало в другом городе предтеч, оно истребит их, как и прочих.

Лун не был готов поставить на это чью-либо жизнь.

– Если это и впрямь город предтеч и в нем поджидает нечто, оно может даровать этим сквернам то, что сулило прочим. Оружие, позволяющее им разорять города земных обитателей и кормиться где вздумается. – Лун обращался к Жемчужине, но все его внимание было сосредоточено на Нефрите. Он не мог понять ее реакцию. На ее лице застыло непроницаемое выражение, присущее дипломатам, его было почти столь же трудно прочесть, как лицо Утеса. – Быть может, именно поэтому они сюда и явятся.

Душа беспокойно заерзала.

– Нам неведомо, явятся ли они сюда, – возразила Флора. – В прорицании ничего такого не было. А сон… Он мог быть предостережением для дворов, еще оставшихся на востоке.

– Некоторые из них были нашими союзниками, – напомнил Звон. – Мы должны их предупредить.

– Но больше мы их не любим, – язвительно заявил Утес.

– И скверны никогда сюда не явятся, – сказал Лун, – потому что им ничего от нас не нужно.

Все услышали в его словах сарказм.

– Я не хуже тебя знаю о грозящих опасностях, – хмуро произнесла Жемчужина.

Лун посмотрел ей в глаза. Он прекрасно знал об этом, просто хотел, чтобы она произнесла это вслух.

– Позвольте мне поговорить с земными существами. Быть может, они расскажут нам больше об увиденном, – сказала Нефрита, чтобы разрядить обстановку.

– Мы даже не уверены, что это и впрямь город предтеч. Быть может, скверны заблуждаются или же оказались поблизости случайно, – добавила Елея.

Звон с сомнением фыркнул, и Елея ткнула его локтем. Все остальные осознали, что Нефрита и Елея общими усилиями пытаются прервать спор, прежде чем он перейдет в русло, чреватое громкими криками, шипением и рычанием.

Жемчужина поднялась и расправила крылья.

– Назначьте встречу с земными существами на завтра. Сегодня уже слишком поздно. И не позволяйте им узнать, где расположен двор, пусть это будет другое место.

В знак согласия Нефрита щелкнула шипами.

– Я этим займусь.

Жемчужина встала и в один прыжок достигла коридора в приветственный зал, поток воздуха от ее крыла едва не опрокинул чашки с чаем. Флора кивнула Нефрите и, сменив обличье, поспешила следом за ней.

Все, кроме Утеса, вздохнули с облегчением.

– Мне так жаль, что я стал причиной разногласий между вами, – сказал Делин.

– Рано или поздно это должно было случиться, – отозвался Лун.

Нефрита обернулась к Елее, а Утес схватил Луна за руку и помог подняться, сказав:

– Мне надо с тобой поговорить.

Лун последовал за ним вниз по лестнице и через извилистый проход в чью-то опочивальню. Сейчас там никого не было, но раксура не придавали большого значения уединению, арборы и воины постоянно спали в чужих опочивальнях. Кому бы она ни принадлежала, ее владелец, вероятно, не возражал бы против того, что праотец и первый консорт устроят в ней ссору, если ничего не сломают.

Утес повернулся к Луну.

– Если ты меня ударишь, я откушу тебе лицо, – сказал Лун.

Утес проигнорировал угрозу, вероятно, потому, что не посчитал ее серьезной.

– Как ты думаешь, что будет дальше? Мы последуем за земными существами в тот город и прогоним сквернов?

Лун не ожидал, что Утес сразу перейдет к сути, и замолчал, проглотив все заготовленные ответы. Ему не хотелось отправляться куда-то на край земли, чтобы сражаться со сквернами. Он не хотел покидать свой выводок. Но это не меняло ситуацию.

– Нельзя же это проигнорировать. – Он не знал, чего захочет Нефрита или как к этому отнесется. Или как сильно ее разозлит такое предложение.

– А вдруг там есть нечто, что было обещано сквернам в другом городе?

Утес застонал и устало потер лицо.

– Хороший вопрос.

И тут Лун понял: Утес затащил его сюда не для того, чтобы накричать, а чтобы они решили, как быть дальше. Это не приободрило Луна, поскольку он надеялся, что Утес уже знает, что делать. Поселившись при дворе, Лун понял, что гораздо проще указывать на проблемы, чем с ними разбираться.

Он развернулся и рассеянно побрел вперед, пока не уткнулся в чашу очага. Лежащие в ней камни уже почти остыли, пора было их обновить.

– Если это не город предтеч, за который по какой-то причине его принимают скверны, то… Но как еще они могли об этом узнать?

Существо в том городе притягивало к себе сквернов без всяких усилий, с помощью мысленного призыва, который не слышали раксура.

– Скверны могли узнать про город в Кише, – предположил Утес.

Нахмурившись, Лун повернулся к нему:

– Ты о владыках сквернов в Кише? Я думал, они не могут попасть в города из-за кишских шаманов.

Как упоминал Делин, кишские шаманы обладали особой магией, позволяющей обнаруживать владык сквернов, а также делающей невосприимчивыми к способностям сквернов запутывать и обманывать. Лун всегда считал, что скверны избегали территории Киша именно по этой причине, а не из-за страха перед кишским оружием.

– Я не о владыках. – Увидев выражение лица Луна, Утес поднял брови. – В чем дело? Ты же знаешь, что они способны заставить земные создания делать все, что им заблагорассудится. Думаешь, они не могли отловить кого-нибудь из земных созданий, чтобы послать шпионить в Киш?

Интересная мысль. Скверны умели внушать нужные идеи, причем после этого земные создания вообще забывали про встречу со скверной и помнили события, которых никогда не было. Если бы скверны отправили земного подсматривать и подслушивать, а затем вернуться с докладом, это позволило бы обойти шаманов. Земные создания даже не подозревали бы, что шпионят, а скверн, вероятно, потом просто съел бы их, уничтожив любые улики.

– Так что, если кто-то из ученых рассказывал о карте и скверны узнали об этом, они могли бы отправить к исследователям земное создание…

– И это земное создание до сих пор может быть где-то рядом, – сказала Нефрита, показавшаяся в дверях опочивальни.

Чувствуя себя виноватым, Лун дернулся. Конечно, внезапный уход Утеса не остался незамеченным. Нефрита почуяла состояние Луна и требовательно спросила:

– В чем дело? Что вы замышляете?

– Ничего, – ответил Лун. И честно добавил: – Пока что.

Она вздохнула и вошла в опочивальню.

– Полагаю, вы оба понимаете, что нам придется послать кого-нибудь в тот город и узнать, что там на самом деле происходит.

Какое облегчение, что Нефрита тоже это признала. Лун ощутил, как напряжение в груди слегка отпустило. Ему не хотелось идти против Нефриты.

– Мы это понимаем, и ты понимаешь. Поймет ли Жемчужина? – многозначительно заметил Утес.

Нефрита не ответила, но критически оглядела Луна.

– Ты не должен был вступать с ней в перебранку на глазах у Делина. Ты же знаешь, как она относится к земным.

Наверное, она была права. Но тогда Луну казалось, что все проигнорировали важный вопрос. А если бросаешь вызов Жемчужине, лучше побыстрее с этим разобраться.

– А мне показалось, что ей понравилась моя смелость, – искренне сказал он.

– Очень смешно.

Шипы Нефриты дернулись от смеси раздражения и веселья. В дверном проеме появилась Елея, а вслед за ней осторожно шагнул Звон.

– Мы должны кого-нибудь послать. – Звон недовольно поморщился. – Лично я не хочу больше встречаться с этими существами. Но лучше я увижу их запертыми в городе предтеч, чем в Пределах.

Настала тишина – все явно размышляли над его словами. Хорошо все-таки, что Делин пришел сюда, подумал Лун, потому что, если одна из тех тварей вырвется на свободу и начнет охоту на раксура…

– Можем послать кого-нибудь в Опаловую Ночь за подмогой, – предложил он. – Малахита поймет, чем это грозит…

– Я не буду просить твою мать о помощи, – прервала его Нефрита. – Пока мы не узнаем, с чем имеем дело.