— Нет, пацан, ты неправильно шантажируешь! — крикнул я ему, и рывком снял с шеи кулон.

Летун даже не понял, что произошло, как я рухнул вниз всем своим весом прямо на него и вцепился в ящик на его теле. Мы полетели вниз, переворачиваясь и набирая скорость свободного падения.

— Ты больной! Отпусти! — заорал он, пытаясь выбраться из своего деревянного футляра.

— Ты вернешь меня домой! — проорал я и надел на шею кулон.

Все еще падая по инерции, мы влетели в тучу под нами, которую я ждал. Падение замедлилось, и в этот момент молния ударила в деревянную ласту пацана.

— Ай-ай! — закричал он от неожиданности и начал махать рукой, чтобы потушить огонь.

— Сейчас пойдёт дождь, не дрейфь! — успокоил я летуна, буквально сидя у него на спине. — Греби давай вперед!

Взгляд бегал по сине-серым клубам в поисках грозового кристалла, в такой большой туче его не могло не быть.

Дождь уже образовал чарующую паутину капель, и доспех моего пилота перестал гореть, загребая зависшую в воздухе морось.

— Туда! — я заметил слабый блеск в нескольких метрах от нас.

Пацан послушно замахал ластами. Грозовой кристалл в окружении сотен мелких лиловых разрядов маячил уже в пределах досягаемости. Крепко вцепившись здоровой рукой в ящик летуна, потянулся забинтованной, чтобы схватить кристалл.

— Есть! — в этот момент две белые молнии из тучи поочередно ударили мне прямо сжатый кулак.

— А-а-а-а! — незажившие ткани словно облили кипятком. В воздухе заискрились мелкие крупинки зеленого кристалла, молния уничтожила его.

— Вперед! Греби, пацан! — голова кружилась от боли, состояние руки не удавалось понять из-за темноты.

Наконец мы выбрались из тучи.

— Маяк! — впереди прорезал тьму спасительный ориентир.

Здесь, снаружи, дождь уже не висел каплями, а лил, как из ведра. Мокрая одежда ощущалась, как реальный груз для моего невесомого тела, деревянный костюм моего пилота тоже впитывал воду, потяжелел и начал терять высоту.

— Дотянем⁈ — спросил парня, жмурясь, чтобы сбросить капли, заливающие глаза.

— Откуда я знаю⁈ — зло огрызнулся он. — Не я же из нас больной!

До цели оставалось всего-то метров пятьдесят, впереди уже показался силуэт Мирель. Она не ушла, хотя рисковала, но только попасть под молнию, но и израсходовать адаптацию.

По моим грубым прикидкам, высоты у нас не хватит, чтобы М приземлиться траву, мы должны были воткнуться прямо в обрыв под островом.

Я быстро стянул с себя намокшую рубаху. Слегка поднялись, но все еще мало.

— Бросай ласты! — рявкнул я своему пилоту

— Ты сумасшедший? Мы так двигаемся!

— Снимай живо! Они тянут нас вниз.

— Нет! — крикнул юнец и судорожно начал грести наверх, чтобы выровняться по гарнизону с островом.

Мирель уже подбежала к краю.

До острова оставалось каких-то пять метров, русалка, наклонившись, смотрела на нас уже сверху вниз.

— Да чтоб тебя! Тупой что ли⁈ — ногой я сдернул с руки пацана деревянную доску, которая тут же исчезла в темноте далеко внизу.

Нас мгновенно подкинуло вверх. Поняв, что это работает, пацан отцепил вторую ласту и сбросил с руки. Мы прекратили движение вперед и начали подниматься вертикально.

— Мирель! — прокричал я сквозь ливень силуэту на краю земли. — Веревку!

Как только мы поравнялись с краем острова, русалка сбросила петлю. Едва конец попал мне в руку, девушка затянула нас на остров.

Сняв кулон, плюхнулся на мокрую траву, подвернув под себя обожженную руку.

Мирель бросилась ко мне.

— Что там случилось? Ты просто исчез!

Я сел и кивнул в сторону стоящего поодаль пацана, который чего-то ждал. В глазах Мирель появилась холодная решительность, она рывком подскочила в юнцу и подняла его одной рукой за деревянный костюм.

— Зачем ты перерезал веревку? — сказала она настолько спокойно, что стало жутко даже мне.

— Мирель! — окликнул я её, чтобы она не натворила делов. — Оставь его, мальчишка просто заигрался, он не хотел меня убивать.

— А вот он хотел нас убить! — парнишка оставался смельчаком даже болтаясь на руке у русалки. — Он больной!

Мирель поставила его на землю, не спуская глаз.

— Чего не уходишь? — я поднялся, опираясь на здоровую кисть. — Мы в расчете.

— Ты выбросил мои крылья!

— Ах да, точно. Тогда, может, сперва обсохнешь?

— Не надо мне обсыхать! — рявкнул парень нервно, перекрикивая шум дождя. — Верни мне крылья!

— Жди здесь.

Я пошел в кладовую и оторвал пару широких, достаточно лёгких просмоленных досок от ящика.

— Держи, — кинул доски ему под ноги. — Привяжешь сам, веревка есть.

Вести с ним дискуссии дальше не было ни времени, ни желания. Ладонь горела так, словно я держал в ней горсть горящих углей, а маяк ждал топлива.

— Идем, — позвал Мирель, и мы последовали на маяк.

Прежде чем закрыть за собой дверь краем глаза заметил, что юноша закрепил деревяшки на руках, разбежался и прыгнул с края острова.

— Разобьется, — подумал я, закрывая дверь. — Да и черт с ним!

За моей спиной завыла сирена, маяк ждал своей порции энергии. Я попросил Мирель закинуть уголь в топку, а сам принялся обрабатывать ожог. На столе лежал третий грозовой кристалл, добывая который, я чуть не лишился кисти.

Под вымокшей от крови и воды повязкой зияла открытая рана. В месте контакта с молнией часть кожи почернела, а та, что ранее успел восстановить зелёный кристалл, теперь почти отсутствовала, открыв плоть. С тыльной стороны кисти остался рисунок из синих дорожек, словно все вены закипели, обозначив свои извилистые русла.

Крохотные осколки зеленого кристалла увязли в воспаленных тканях и пытались их лечить.

— Да-а… — протянул я. — Дело дрянь.

Мирель посмотрела на мою изуродованную руку и повторила с той же интонацией: — Да-а-а, дело дря-я-янь. А потом добавила: — Будет долго заживать.

Я взял со стола зеленый кристалл, коих осталось три, и повертел в руке.

— Слушай, а если его разбить, то он выдаст много энергии и быстро? — девушка закивала, а я продолжил. — Просто я ведь так уже делал там, под водой.

— Ты же тогда его съел, да? — спросила она.

— Правильно мыслишь, Мирель.

Сцена с раскрошенными зубами возникла в голове.

— Изоляция! Тогда вся энергия оказалась изолирована в теле, поэтому впиталась в него.

— Изоляция? Это как? — русалка нахмурилась.

— Это когда отделено от всего остального.

Я вспомнил, как часть энергии вышла через открытый от бессилия рот.

— Но сейчас мне нечем ее изолировать, — Мирель внимательно слушала. — Половина просто вылетит в трубу!

— Куда вылетит?

— Ай, на ветер, на ветер вылетит.

Нужно как-то удержать энергию. Перед глазами всплывали размытые картинки одной и той же ситуации, которую я уже наблюдал.

— Думай, думай! — взгляд блуждал по кухне, по Боцману, по Мирель, по столу. — Кристалл!

Пазл из мыслей мгновенно собрался в целую картину. Грозовой кристалл! Он гасит один камень за другим! Эта его способность мне и была сейчас нужна.

Я отработал руку перекисью, сходил в кладовую и вернулся с долотом, молотком и целью аккуратно располовинить зеленый кристалл. Удерживать энергию я планировал лишь до момента прикосновения к ране.

— Мирель, держи вот так и здесь, — девушка взялась за кристалл и поставила на него лезвие долота четко посередине. — Я начну аккуратно бить, а ты держи крепко.

Она кивнула и сосредоточенно уставилась на конструкцию перед собой.

Подложив вплотную серый грозовой кристалл и убедившись в его влиянии на зеленый, я сделал первый пробный удар. Вышло слабовато. Сделал второй, лезвие чуть сдвинулось в сторону.

— Мирель, у тебя отлично получается, но старайся держать покрепче, — я хотел подбодрить и направить девушку. — У тебя же силы немерено, сожми как в последний раз!

Короткий кивок и суровый взгляд дали мне понять, что указания приняты к сведению.

Удар!

Кристалл раскололся четко посередине, яркий зеленый дым со вспышкой вырывался наружу и поднялся над столом.