Затем появилась капитанская шпага в ножнах, лёгкая, с латунной гардой. У меня таких собрался уже целый арсенал.

Бандажи и хирургические щипцы засунул в мешок.

И наконец сундук!

Мирель с усилием толкала его вверх, взбивая хвостом пучину, а я тянул изо всех сил на себя за ручки.

— Тяжёлый зараза! — натужно рыкнул я, переваливая добычу через борт.

Доски лодки скрипнули под немалым весом, из сундука полилась вода. Не хватало ещё и потонуть с этим барахлом!

Я выпрямился, оглядывая груз. Обе лодки сидели в воде заметно глубже, чем на старте, но край борта ещё оставался над водой.

— Всё? — спросил я.

Мирель кивнула, показала большой палец, потом улыбнулась и мягко оттолкнулась от лодки, скользнув обратно в воду.

Я взялся за весло, пора возвращаться.

Взмахнув вёслами, направил лодки обратно к Маяку. Груз сидел плотно, лодки шли ровно, но медленнее, вода поднималась выше по бортам. Я не торопился, главное — не перевернуться на полпути.

Когда нырнул в коридор тумана, уже доплыв до середины, услышал это снова.

Голос! Теперь явный. Он шёл не извне, а звучал внутри моей головы, шёпот тысячи голосов, слившихся в один протяжный зовущий звук.

— Смотритель… будь с нами…

По коже побежали мурашки, я тряхнул головой.

— Ерунда, показалось. Мало ли что мерещится после бессонной ночи.

Вытянул факел из уключины и ткнул им в сторону стены тумана, пламя вспыхнуло ярче, осветив серые клубы. На секунду… Нет, на долю секунды мне показалось, что там, внутри, проступил силуэт. Человеческий? Нет, нечто размытое, без чётких границ.

Туман съёжился от света и отступил.

— Чёрт знает что! Надо поскорее покинуть это место.

Пока грёб дальше, голова не отпускала навязчивую мысль. «Будь с нами». С кем, с «нами», с туманом? Он что, живой и не один? Или это просто усталость и стресс играют со мной?

Я не знал, но стоило разобраться.

Через несколько минут лодки ткнулись носами в камни, я выпрыгнул, привязал конец к валуну и оглянулся.

Мирель стояла на берегу. Она уже успела, взяв с камня кристалл, что я для неё положил, переодеться, выжать волосы и теперь ждала меня, уперев руки в бока.

— Долго ты, — сказала она.

— Груз тяжёлый, — ответил я. — Помогай давай.

Мы выгрузили всё на камни и я перетаскал трофеи в Маяк, сложив их в углу первого этажа. Мирель тоже помогала, таская по две-три вещи за раз, несмотря на мои протесты.

— Посмотрим, что в бочках? — русалка просто сгорала от нетерпения. — А тут ещё мешки!

— Может, лучше это? — я указал на сундук капитана — Думаю, там нас ожидают настоящие сокровища.

Мы вдвоём затащили его внутрь, затем на кухню, где было довольно светло, и я сходил за ломом, который мы принесли с корабля.

Мирель стояла рядом, затаив дыхание.

Я вставил лопатку лома под крышку, надавил. Замок хрустнул, металл лопнул с противным скрипом, освободив крышку.

Внутри сундука, обитым, конечно же, чёрным бархатом, лежали чёрные кристаллы. Думаю, главарь пиратов принципиально не стал собирать синие кристаллы из-за их цвета.

Я аж присвистнул.

Мирель наклонилась, протянула руку, взяла один и поднесла к свету. Кристалл блеснул глубоким, почти маслянистым блеском со слабым свечением внутри.

— Сколько их? — спросила она.

Я начал пересчитывать, выкладывая рядами и шевеля губами.

— Девяносто два, — сказал я, выпрямившись, и почесал затылок. — Пожалуй, таким количеством можно снести целый остров.

Это оказалось наследием двух Маяков и того Смотрителя, который погиб по пути сюда. Он собирал их по карте для пиратов.

— А знаешь, — сказал я русалке, — нам не хватает всего восьми штук, чтобы открыть облачный маяк.

Мирель подняла на меня глаза.

— Осталось собрать каких-то восемь кристаллов!

Ещё два дня мы разбирали добычу и привозили новые партии, пока не забрали с корабля всё нужное. Под слоем кристаллов в сундуке капитана оказались монеты судовой журнал, бутылка качественного виски и пара пистолетов, но боевыми их назвать язык не поворачивался. В наше время они считались бы коллекционными: позолота ствола и рукояти из слоновой кости инкрустированные драгоценными камнями, странно, что не чёрными. В общем, кич и стандартный капитанский набор. Почти… если не считать томик Жюля Верна «Путешествие к центру Земли» 1922 года издания полностью на английском языке. Откуда он у капитана пиратов, догадаться было несложно. Удивил скорее интерес главаря бандитов к подобной литературе, надеюсь, он хотя бы прочёл эту книгу.

— Пополнит мою размокшую библиотеку.

В судовом журнале значились Маяки как перечёркнутые, так и нет, до которых пираты ещё не успели добраться. Описание осад с записями прямо поверх поверженных, когда открывались новые обстоятельства, такие, например, как магический щит, и скрупулёзный подсчёт каждого кристалла и каждой монеты. К слову, монеты оказались через одну с разной печатью, разного веса и номинала. Никакой единой валюты в этом мире не существовало, и пираты просто грабили всех, у кого сохранилось золото, так сказать, из прошлой жизни. Годились такие деньги только в качестве бартера для тех, кто также любил жёлтые монетки.

Разбирая бочки и мешки, мы постоянно качались на эмоциональных качелях.

— Фу-у, здесь зерно! — скривила лицо Мирель. — Но оно уже испортилось от воды.

— О, а у меня бобы! — кричал я с другого конца — Бобам всё нипочём!

В какой-то момент мы даже стали вести счёт, кому повезёт больше.

— Так, у меня мука! — выражение лица менялось за секунду. — Превратилась в месиво. На выброс.

— Мясо-о!! — воскликнула русалка. — Но какое-то странное, я не знаю его.

— О-о, солонина⁈ Вот это удача, Мирель! — мешок чуть не выпал из моих рук. — А ну…

Я выловил из рассола плотный ломоть и откусил.

— М-м-м-м! Говядина! — волокнистая структура и вкус, которого мне так не хватало. Даже несмотря на излишнюю солёность, это мясо выигрывало у рыбы.

Вооружившись ножовкой, я таки вернулся за дубовым капитанским столом. Собственно на сам стол я не претендовал, А вот развороченную дверь пора было чинить. Сквозняк уже начал подмораживать первый этаж.

— Ой, а это я не знаю, что такое, крупа какая-то? — Мирель зачерпнула горсть и понюхала. — Тоже намокла. На выброс.

— Дай-ка взглянуть, — я отвлёкся от своей очередной бочки. — Да ладно! Ты нашла порох!

— Это хорошо?

— Да не простой порох, а современный, белый, так сказать. Он не боится воды, мы его просто высушим.

Два бочонка пороха тут же отнесли в кабинет для просушки.

Моя оружейная палата пополнилась ещё четырьмя ружьями, коробкой ртутных капсюлей и коробкой бумажных патронов, а коллекцией холодного оружия уже можно было вооружить маленькую частную армию.

— Смотри, я похожа на пирата? — Мирель нацепила кожаную портупею с элегантной шпагой со сферической гардой.

— Хм, выглядишь отлично! Опасно!

— Я видела, как люди сражаются с этой тонкой палкой, — она сделала выпад.

— Воу! Воу! Осторожно, дорогая, не зашиби дедушку! — я отскочил, чтобы не попасть под удар.

В двух последний бочонках, одном маленьком и одном покрупнее, оказались рис и сливочное масло. Крепкие герметичные бочки, залитые смолой, позволяли продуктам сохранить свежесть довольно долгое время, даже в воде.

Добыча полностью компенсировала тяжёлое сражение. Я нашёл среди камней свою окровавленную рогатку и отправился, судя по часам, готовить завтрак, Мирель же приступила к разбору сундуков и ящиков, в которых по большей части лежали вещи.

Промывая рис и смывая одну за другой белёсую воду, я думал о том, как заканчивается существование даже в этом мире, где жизнь и так, казалось бы, оборвалась. Думал о странных голосах в тумане, о тех словах в записке, что туман «живой», и о том, что совсем скоро ступлю на неизведанную землю Облачного маяка.

Вытерев ветошью руки, я поставил воду с рисом на плиту и тут услышал сирену, неприятную, но оповещающую о реалиях.