Надев новую побрякушку и немного рассмотрев её на руке, Гриша мысленно подметил:

— И всё же, на эту роль больше подошёл бы китайский дракон. Хотя, наверное, я всё же придираюсь.

Помимо браслета, в сундуке нашлось ещё пара баночек с зельями маны и горсть золотых монет. Всё это тут же отправилось в инвентарь, а сам парень направился на середину комнаты, чтобы начертить магический круг.

Фишес, оказавшись в уже знакомом нам «ничто» быстро смирился со своей смертью. Собственно, выбора у него особо не было, да и вера говорила о том, что великий красный дракон Галатрас воскресит его, как только будет на это его воля. Поэтому, очнувшись в своём тронном зале, который он узнал, как только открыл глаза, он нисколечко ни удивился. Изумление настало немного позже, когда он, встав, обернулся, чтобы поклониться своему повелителю, и увидел на своём троне Григория — своего убийцу.

Такого он не ожидал. Впрочем, как и того, что он не почувствует никакой ненависти к этому человеку, столь нагло восседавшему на княжьем троне.

— Что это со мной? — озадаченно подумал ящер, с удивлением глядя на Гришу.

— Человек, кто ты⁈

— Твой господин, — ответил Григорий, уже немного мозолившую его сознание фразу.

Ящеролюд ещё сильнее удивился. Раньше, за подобные слова, он бы не задумываясь, бросился и разорвал бы негодяя. Но сейчас он не испытывал никакой ненависти. Наоборот, в душе было полное принятие сих слов.

— А ведь он меня убил… — подумал Фишес, вспоминая последние минуты своей жизни. После чего, с досадой озвучил:

— Вы так бесчестно лишили меня жизни. Вам не стыдно за это? — в его голосе был упрёк и некая толика обиды.

— Зато я приобрёл великолепного слугу, — весело ответил сидевший на троне наглец. — А завтра, благодаря тебе, приобрету ещё несколько сотен великолепных воинов.

— Но ведь это неправильно! — попытался возразить ящеролюд, хотя и сам не совсем понимал, что конкретно неправильно.

— Неправильно, что ваше подземелье возникло так рано. Между прочим, я даже подготовиться толком не успел. А тут на тебе, данж пятого ранга.

Сказанное было вроде как понятно Фишесу, но в то же время не совсем. Но главное он понял, его собеседник также негодовал из-за произошедшего. Пусть и несколько иного.

— В любом случае, у меня нет иного выбора, как зачистить это подземелье любыми доступными мне способами. Впрочем, у тебя также немного выбора. Либо ты служишь мне, либо ты умрёшь.

У Фишеса не было желания умирать. И вроде как, служить тоже не было желания. Правда, здесь он задумался и понял, что в отношении последнего ошибся. Это уже совсем ни в какие ворота не лезло, поэтому он спросил:

— Что вы со мной сделали?

— Убил и воскресил, — ответил парень, опустив тот факт, что превратил его в вампира.

— Но ведь воскрешать может только бог! — воскликнул ящеролюд и тут же осёкся.

— Прошу простить меня, мой повелитель, — встав на колени, произнёс Фишес полным смирения голосом. — Я был дерзок.

— У тебя остались ещё вопросы? Задавай пока я добрый.

— Только один, мой повелитель, — не поднимая головы, ответил ящеролюд. — Как мне вас называть?

— Зови меня Григорий, ну или как тебе там привычнее, — уже немного расслабившись, ответил Гриша. Но тут ящер выдал:

— Я вас понял, мой повелитель. Сегодня же я отдам приказ, возвести статую в вашу честь!

— Э-э-э! Нет! — встрепенулся Гриша. — А вот это нам не нужно!

— Но почему, мой повелитель⁈ — от удивления даже оторвав морду от пола, вопросил Фишес. — Ведь все должны знать, как выглядит настоящий бог!

— Вот блин! Фанатик хренов! — подумал Григорий, понимая, что ничего с этим не поделаешь. Ведь как он уже успел понять, наносимые им чары контроля использовали самые простые пути для промывания мозгов. А для рептилоидов, как несложно догадаться, таковым путём оказалась религия. И если для рядовых ящеролюдей основным выражением веры было поклониться и служить, то княжич уже хотел выпендриться.

Вот только Грише это не нужно было. Да и вообще, откровенно помешало бы всему тому, что он задумал.

— Потому что они всё ещё верны ложному божеству.

— Так значит, их надо покарать за это! — с воодушевлением воскликнул ящер.

Глубоко вздохнув и прикрыв лицо рукой, Григорий подумал:

— Ничего, могло быть хуже.

В действительности ему хотелось немного отдохнуть. Выехать куда-нибудь на рыбалку и забыть про всю эту политику, подземелья, ящеролюдей и всю подобную этому хню. Но пока подобного варианта не было. Поэтому улыбнувшись, Гриша ответил:

— Мне они нужны. Они станут солдатами моей новой армии. Поэтому никакого самоуправства! Надеюсь, это понятно⁈

— Да, мой повелитель! — с готовностью воскликнул ящер, хотя понял он лишь одно, нужно следовать приказам Григория, иначе он рассердится.

— Вот и славно. А вот насчёт религии и Бога, мы с тобой и твоими собратьями как-нибудь отдельно поговорим. Хорошо.

На этот раз ящеролюд ответил менее уверенно, но всё так же согласием. Поэтому, понимая, что дело в шляпе, Гриша, потерев руки и соскочив с трона, подытожил:

— Замечательно, тогда займёмся делом. Для начала отойди в сторонку, я займусь твоими жёнами.

Собственно дальнейший захват крепости прошёл без каких-либо проблем. В первую же ночь Гриша обратил всех находившихся во дворце дружинников в нежить, причём действовал он до безобразия просто. Фишес отправлял Фшиаша, за дежурившими в карауле ящеролюдьми, те, естественно, приходили, и здесь их уже обрабатывал Григорий. Убивал и превращал в вампиров.

Утром же Гриша позволил себе немного вздремнуть, после чего «конвейер» запустился вновь. Теперь приглашались уже в первую очередь сакшасы, за ними последовали их жёны и воины, а уже на сладкое остались обычные людоящеры-охотники или, как их чаще называли фаши.

Всё про всё дело заняло несколько дней. Всё же народу в крепости хватало. Двадцать два вакаша, двадцать сакшасов — ящеролюдей-рыцарей, при каждом из которых по три суаша — ящеролюда-воина, помимо этого в крепости имелось десять саашафов — ящероюдей-магов и сто двадцать ящеролюдей-охотников.

Всех крестьян и детей Гриша приказал убить. И пусть это немного удивило Фишеса и остальных ящеролюдей, но приказ был выполнен. В тот же день Григорий отправился на выход из подземелья. Ведь ему ещё нужно было решить парочку вопросов снаружи, и лишь затем он планировал продолжить зачистку.

Григорий не стал рисковать, прежде чем выходить из подземелья, он, накинув на себя невидимость. Собственно, сделал он это не зря. Вокруг творилось хрен знает что, причём в хорошем смысле слова. Было видно, что Фатеев и Солонко здесь зря не сидели. В небе кружила вертушка, на врата было направлено с десяток танковых дул и несколько зенитных расчётов. Народу, естественно, немерено. Все чем-то заняты, суетятся. Григорий же, спокойненько проходя между ними, отметил:

— Блин, а ведь это прямо засада. Один противник в инвизе и вся оборона по пи…е.

Мысль была не очень весёлой, хотя и не такой уж трагичной. Всё же монстры не знали, что их ждут с противоположной стороны врат. Возможно, именно поэтому подобных прецедентов не возникало. Но исключать, что такое не может произойти в будущем, Гриша также не мог. Поэтому мысленно сделав соответствующую отметку у себя в голове, он побрёл дальше, в поисках палатки Солонко.

За время Гришиного отсутствия лагерь претерпел прямо кардинальные изменения, в связи с чем палатку Виталия Игоревича Солонко пришлось поискать. Но не зря ведь говорят: «кто ищет, тот всегда найдёт». Вот и Гриша, нашёл её и сразу направился внутрь.

Здесь как раз проходило небольшое собрание. За не очень просторным столом сидело три достаточно крупных мужчины, непосредственно сам Виталий Игоревич, Матвей Викторович Фатеев и какой-то неизвестный мужчина крайне представительного вида. Последнего Гриша, естественно, просканировал способностью «Видящий»: